litceysel.ru
добавить свой файл
1 2 ... 4 5


Игорь Якимов


АЛХИМИК


сказка в трёх действиях


версия 110510


Igor Yakimov

11-137 Biezina st.

Riga, Latvia, LV1029

home +371 67401651

mob. +371 29403587

e-mail: igor.yakimov@inbox.lv

igor.yakimov@rambler.ru


2011 г.


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА


Май

Генрих

Статс-дама

Принцесса

Король

Лилит

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ


В подвале со сводчатым потолком разместилась лаборатория алхимика. Массивная входная дверь и дверь поменьше, ведущая в кабинет за стеной. В лаборатории царит беспорядок: огромный, в рост человека, медный перегонный куб помят, всюду битое стекло, разноцветные лужи. На полках - фарфоровые, стеклянные, каменные банки и баночки со снадобьями — некоторые опрокинуты. Посреди подвала большой деревянный стол в пятнах, изъеденный кислотами и щелочами. Стол завален кучей пожелтевших бумаг, покрытых алхимическими знаками и формулами. Г е н р и х нервно перебирает бумаги .

Генрих. (Читает) «Выпарив жидкость, получишь вещество, которое можно резать ножом. Положи его в обмазанную глиной реторту и дистиллируй не спеша, покуда киммерийские тени не покроют реторту своим темным покрывалом...» Вот же дрянь, бред собачий...(Швыряет бумагу на пол, берёт следующую) «... и появятся жидкости различной природы. Собери их отдельно, и получишь безвкусную флегму, спирт и красные капли. Ректифицируй капли, и увидишь появление горючей воды и человеческой крови...» Ах, чтоб тебя, опять не то!



Стук во входную дверь.


Чёрт! (Кричит) Закрыто!


Стук повторяется. Генрих идёт к двери.

Чтоб вас с вашими болячками! (Открывает дверь) Чего тебе? Что? Королевский повар? Чего не может? Ходить не может? Это к лекарю. Ах, сходить не может! Так ему и надо, стряпает черт знает что, флегма безвкусная... Ладно, ладно. Стой там. (Хватает с полки баночку, суёт в дверь) Что? Да как хочет так пусть и принимает. Хоть всё сразу! Пронесёт так, что только держись. (Закрывает дверь, возвращается к столу) Проклятье, какая пропасть бумаги! От поноса, от запора, от насморка, от колик в боку... А главного всё нет и нет. (Читает) «...Поместить очищенную сатурнову соль в реторту, присоединить к ней приемник и осторожно нагревать. Сперва появится флегма...» Тьфу ты, опять! (Продолжает читать) «...затем пойдет спирт. Когда реторта раскалится, появится темно-красное масло. В тигле из него получишь лучшую жидкость для зародыша гомункулуса...» Да на кой чёрт мне гомункулус! Ах, старик, старик, какую скверную штуку ты выкинул! Нашёл время умереть! Чтоб ты сидел в аду на лучшей сковородке!



Стук в дверь.


Чтоб — вас — всех — черти — взяли! (Орёт) Закрыто!


Стук повторяется. Генрих идёт к двери, открывает.

Входит М а й, держа в руках небольшой узелок.


Ты ещё кто такой? Что-то я тебя не помню. Новый паж Принцессы?

Май. Нет, я...

Генрих. Сокольничий короля?

Май. Я не имею чести принадлежать к придворным его величества...

Генрих. Откуда же ты взялся?

Май. С улицы.

Генрих. Что? Кто тебя пустил?

Май. Просто вошел. У ворот никого не было.


Генрих.Ну и порядки в нашем замке! Любой проходимец шастает по комнатам, как у себя дома. Совсем распустились, бездельники! Ладно, говори, что у тебя - и до свиданья, мне некогда. Ну? Что у тебя болит?

Май. Я здоров.

Генрих. Тогда какого дьявола ты припёрся? Ты кто такой?

Май. Меня зовут Май. Я окончил курс естественных наук в Гейдельберге, и... Мне нужен доктор Аурелиус, королевский алхимик.

Генрих. Аурелиус? Зачем?

Май.Прошу прощенья, я скажу это только ему.

Генрих. (усаживается в кресло и принимает позу утомлённой задумчивости) Я слушаю. Ну-с?

Май. Простите...


Генрих. Что же вы стоите столбом, юноша? Говорите.

Май. Я не понимаю. Неужели...

Генрих. Да, мой мальчик, да... Я - доктор Аурелиус.

Май. Не может быть! Доктору далеко за восемдесят.

Генрих. Девяносто два. Девяносто два годика!

Май. Вы...

Генрих. Молодо выгляжу? Алхимия, дорогой мой, великая наука! Эликсир молодости - слышал, наверно?

Май.Неужели вам удалось...

Генрих. Удалось, удалось. Давай, не тяни — я хоть и выгляжу молодо, но помереть могу в любую минуту. Выкладывай, что у тебя.

Май. Доктор! Одни о вас говорят, как о величайшем учёном, которому подвластны стихии вещества, а другие... простите, доктор...


Генрих. Ну-ну?

Май. ...другие говорят, что вы продали душу дьяволу и каждый, кто свяжется с вами, будет гореть в аду.

Генрих.Ага! А ты не боишься пламени преисподней?

Май. Жажда знаний сжигает меня хуже адского пламени. Я завершил университетский курс, но этого крайне мало... Доктор, примите меня в ученики! Я почитаю вас за величайшего ученого, я прочёл все ваши книги, а трактат о телесных сущностях я помню наизусть... (Декламирует) Neque porro quisquam est qui dolorem ipsum quia dolor sit amet, consectetur, adipisci velit... (Нет никого, кто любил бы боль саму по себе, кто искал бы её и кто хотел бы иметь её просто потому, что это боль.)

Генрих. (Ошалело) Чего ты хочешь?

Май. Знаний.

Генрих. Зачем?


Май. Хочу сделать людей счастливыми.

Генрих. Ох уж эта мне молодёжь... Сами стать счастливыми не умеют, но как осчастливить других - знают... Ты сам-то счастлив?

Май. С этого как раз я и хочу начать. Я готов стать предметом собственного научного опыта, хочу сначала проверить идею на самом себе...


Стук в дверь.


Генрих. Да что же это! До каких пор всякие бездельники будут мешать великому учёному! (Открывает дверь, ахает, кланяется) Ваше сиятельство, госпожа Статс-дама!


Входит С т а т с — д а м а.


Статс-дама. Оставьте в покое титулы, не до того. Его величество король заболел.

Генрих. Ай-яй-яй, какое несчастье! Что стряслось с его величеством?

Статс-дама. У него сильный, можно сказать, королевский, насморк. Невыносимо смотреть, как его величество страдает. Бродит по замку, грозно сморкается и свирепо шмыгает носом... Нам нужен порошок от насморка.


Генрих. Момент!


Генрих подходит к полкам, выбирает склянку покрасивей и с поклоном отдаёт Статс-даме. Май удивлённо и подозрительно смотрит то на склянку, то на Генриха.


Наилучшее лекарство для королевских носов.

Май. (Шепотом, Генриху). Доктор, что с вами?

Генрих. А что такое?

Май. Вы ошиблись! (Статс-даме) Простите, сударыня, а наш король — он что, деспот, тиран?

Генрих. (Маю) Ты что, с ума сошёл? (Статс-даме) Простите его, ваше сиятельство! Мой приятель закончил университет, поэтому совершенно не думает, когда говорит.


Статс-дама. Ничего, ничего... (Маю) Конечно, юноша, у нашего Короля, как и у любого другого, есть свои недостатки. Характер у его величества, скажем откровенно, не сахар, но деспот, тиран — это слишком. Во всяком случае, его деспотия дальше меня не распространяется, а я уже привыкла.

Май. В таком случае, одну минуту...


Быстро вынимает из узелка несколько склянок, поочерёдно нюхает содержимое,

смешивает порошок, заворачивает в бумажку и подаёт Статс-даме.


Пожалуйста.

Статс-дама. Какой приятный запах!

Май. Это лучшая соль от насморка, известная науке. Его величество сразу же поправится. А это отдайте мне. (Отбирает склянку). Доктор Аурелиус по рассеянности дал вам другое лекарство.

Статс-дама. Доктор Аурелиус? Господь с вами, молодой человек, доктор Аурелиус умер.


Май.Умер?!

Статс-дама. Полгода назад. А что вас удивляет? Доктор был в весьма преклонном возрасте.

Май. (Глянув на Генриха) Вы ничего не путаете?

Статс-дама. Да что вы! Я сама присутствовала на погребении. Правда, сначала его не хотели хоронить на церковном кладбище - господин кюре уперся - и ни в какую, пришлось хлопотать, но в конце концов вмешался его величество и всё кончилось великолепно, похороны получились просто чудесные. На мне ещё была такая шляпка с чёрной вуалью...

Май. Простите! (Указывает на Генриха) А это кто?

Статс-дама. Генрих, слуга покойного доктора.

Генрих. А-пчхи!

Статс-дама. Будьте здоровы, Генрих! Извините, молодые люди, я хочу поскорее передать лекарство его величеству. До свиданья!



С т а т с – д а м а уходит.


Генрих. А-пчхи!

Май. Эликсир молодости, говоришь? Говоришь, девяносто два года?

Генрих. Это шутка... Ты что, не понял? Я пошутил.

Май. Кто тебе позволил шутить подобным образом?

Генрих. Но-но, потише, любезный! Ты на себя посмотри! Врываешься в чужой замок, задаешь дурацкие вопросы, смешиваешь порошки... Тебя что, просили?

Май. Зачем ты всучил Статс-даме сулёму? Хотел отравить Короля?

Генрих. А с чего ты взял, что в склянке сулёма? До чего глупы эти учёные! Любой надписи верят, как дети... Не сулёма это вовсе!

Май. А что же?

Генрих. Мел. Обычный мел. (Вздыхает) Когда Аурелиус умер, все почему-то решили, что я тоже должен делать лекарства, так с тех пор и тянутся. А я ни бельмеса в этом не понимаю и понимать не хочу - ненавижу этот постоянный дым, чад, вонь, эти зелья, порошки, всю эту алхимию. Добро, если б я лечил простых смертных, кто бы и помер - беда не большая, одним больше, одним меньше... Но в королевским замке... Мигом угодишь на плаху. Поэтому я эти чёртовы порошки потихоньку выбросил, а в склянки насыпал толчёного мелу... Теперь у меня всякий захворавший придворный жуёт мел и выздоравливает. По крайней мере, никто ещё не умер.


Май. Вот оно что... Но почему же ты не выбрал себе занятие по душе?

Генрих. У меня здесь стол и квартира. Душа, знаешь ли, на пустой желудок плохо понимает, что ей нужно.

Май. Satur venter non studet libenter.

Генрих. Ты, вообще-то, нормально говорить умеешь?

Май. Сытое брюхо к ученью глухо.

Генрих. А, ученье! Учиться - только даром время терять, вот что я тебе скажу. Разбогатеть можно и без этого. Вот ты учился, учился — и что? Кто ты теперь? Магистр? И что? Что у тебя есть? Одна душа и за ней - ни гроша. Аурелиус тоже, даром что доктор, всю жизнь был гол, как сокол, нищим и помер. А вот товарищи мои, школяры-двоечники — что ты думаешь? Все как один в люди вышли! Михель - купец, Фриц - контрабандист, Эрих и вовсе — то-ли разбойник, то- ли министр финансов. Богатейшие люди! Вот и выходит, что всё учение твоё — пшик один.

Май. Что ж, похоже, нам не по пути. Счастливо оставаться, Генрих!

Генрих. Куда же ты теперь?


Май. Поищу места в какой-нибудь аптеке. Буду составлять лекарства, а в свободное время заниматься счастьем. Жаль, что не успел застать в живых доктора Аурелиуса. Надо же - опоздал на целую жизнь!


Входит К о р о л ь. Генрих ломается в поклоне.


(Королю) Приличные люди, прежде чем войти, стучат.

Король. Приличные — может быть. Не знаю, ни с одним не знаком.

Генрих. (Маю, шипит) С ума сошёл! Это Король! Кланяйся, балда!

Май. (Неловко кланяется) Добрый день, ваше величество! Не обижайтесь, что не признал вас сразу. Говорят, это хорошая примета - будете богатым!

Король. Богатым? Ну-ну, смотри. Никто тебя за язык не тянул. А что не узнал - так я и не обижаюсь. Это в книжках короли или молодцы, или подлецы. А я обычный, как все. Иной раз нет-нет - да и сделаешь сдуру что-нибудь хорошее. Всё, как у людей. Не без греха, вобщем.


Генрих. Простите, ваше величество. Это мой приятель... даже не приятель, а так — знакомый из провинции. Деревенщина, совершенно не обучен разговаривать с королями.

Король. Ладно, ладно. Мне надо с тобой побеседовать, а приятель пусть подождёт в кабинете. Только не подслушивать!

Май. Не имею привычки.

Король. Привычки! Хорошо тебе! Для некоторых это святая обязанность. Ладно, ступай. И дверь не закрывай, чтоб я видел, что ты не изменяешь своим... привычкам.


Май, поклонившись, уходит в кабинет. Король удобно устраивается в кресле.


Король. Нуте-с, любезный мой Генрих, как дела?

Генрих. Весьма успешно, ваше величество!

Король. Нашёл?

Генрих. Я просмотрел половину записей.


Король. Я спрашиваю — нашёл?

Генрих. Пока нет.

Король. Так какого чёрта дела у тебя успешны?

Генрих. Ну, всё же... половина записей... просмотрел...

Король. Как вам это нравится! Полгода я кормлю его, пою, отпускаю жалование как родному, а дело ни с места!

Генрих. (Показывает на стол, заваленный бумагами) Ваше величество, посудите сами: Аурелиус оставил после себя целую кучу бумаги. И на каждом листике формулы, значки, какие-то каракули... с обеих сторон. И придворные эти таскаются со своими болячками, отвлекают... Да с каждой бумажкой приходится разбиратся несколько дней!

Король. Что так?

Генрих. Вы же знаете, что я в этом ничего не понимаю!


Король. Не понимаешь?

Генрих. Не понимаю.

Король. А может, дело не в этом?

Генрих. Ваше величество, клянусь, чем хотите — не понимаю!

Король. (Достаёт пакетик с лекарством, которое сделал Май) В таком случае вот это вот — что такое?

Генрих. Лекарство.

Король. Я сам знаю, что лекарство! А не твой дурацкий мел, от которого у придворных зубы так сверкают, что ночью по замку ходить страшно! От этого порошка мой насморк прошёл сразу же, как не бывало! И ты смеешь мне врать, что ничего не понимаешь?! А может, ты думаешь как бы тебе - фьюить - на вольные хлеба? С нужной-то бумажкой? Может, ты просто морочишь мне голову?

Генрих. Ваше величество! Секрет получения золота...


Король. (Оглянувшись) Цыц! Что ты орёшь?

Генрих. (Понизив голос) ...секрет получения золота – это вам не лекарство от соплей. Не надо быть сильно учёным, чтоб понять, что дело сложное. Иначе уже любой завалящий аптекарь купался бы в деньгах. А потом, это лекарство составил не я.

Король. А кто? Святая Тереза?

Генрих. Это приятель. Тот самый, что ждёт в кабинете. Я хотел, как обычно, а он влез... Я и моргнуть не успел, как он всучил Статс-даме порошок.

Король. А кто он такой, этот твой приятель?

Генрих. А! Магистр! Только что из университета. Помешанный на алхимии. Такой же полоумный, как наш покойник Аурелиус. Пришёл просится к нему в ученики. Нафарширован бредовыми идеями, как гусь яблоками. Ищет места...

Король. Места? Угу. Гм. Ага. А это неплохо! А то всё мел да мел. Кое-кто из придворных уже, по-моему, догадывается. Начнут ещё плести интриги. Так вот по доброте душевной окружишь себя пауками, а они плетут, плетут. Пожалуй, я дам ему место, пусть готовит лекарства. Вместо тебя.


Генрих.(Быстро падает на колени) Ваше величество! А как же я?!

Король. Пойдешь на повышение. Будешь заведующим его величества алхимической лаборатории.

Генрих. (Быстро встаёт с колен) У заведующего лабораторией жалование должно быть побольше.

Король. Перебъёшься. Думаешь, раз начальник, так ничего не надо делать? Будешь перебирать бумажки, пока не найдёшь нужную. И смотри у меня, чтоб никто ни сном, ни духом, а не то...

Генрих. Могила!

Король. Вот именно. Хорошо, хоть это ты понимаешь.


Входит С т а т с – д а м а.

Статс-дама. (Королю) Ах, вы ещё здесь, ваше величество! А я уже начала беспокоиться...


Король. Обо мне?

Статс-дама. О золотом , который вы выпросили у меня утром.

Король. О чем?

Статс-дама. О золотом, который вы взяли у меня, чтобы наградить аптекаря за чудодейственное лекарство от насморка.

Король. Не припоминаю. Какого аптекаря?

Статс-дама. Того самого молодого человека, который сделал для вас лекарство. (Генриху) Где ваш приятель, Генрих?

Генрих. Э-э-э... вышел.

Король. (Статс-даме) Видите, вышел. Вернётся — отдам.


Генрих. Я могу передать.

Статс-дама. Прекрасно. Ваше величество, отдайте золотой Генриху, а то снова забудете.

Король. (Копается в карманах) Завалился куда-то...

Статс-дама. Ну, будет, будет. Отдайте. Неудобно.

Король. Я иногда просто удивляюсь своей доброте... Тридцать лет терпеть ваш деспотизм... (Вздохнув, нехотя кладёт на стол золотой) Примите...

Генрих. (Кланяется) Благодарю. Передам обязательно.

Король. (Статс-даме) Ступайте, нам ещё необходимо побеседовать о делах... Отдал я золотой, отдал! Чего вам ещё? Лучше распорядитесь насчёт обеда.


Статс-дама. Не задерживайтесь, ваше величество!


С т а т с — д а м а уходит.


Король. Наконец-то! Простая статс-дама, а ведёт себя, как жена, прости господи. Верно говорят - пусти женщину в душу, так она достанет до печёнки. И ты тоже хорош, лезешь не в своё дело... (Жадно смотрит на золотой) А не перекинуться ли нам в картишки? По быстрому? (Достаёт колоду, тасует) Я вот и колоду захватил. А?

Генрих. На что сыграем?

Король. А вот! (Показывает глазами на золотой).

Генрих. Секунду... (Подходит к двери, кричит в кабинет) Эй, приятель!.. Как тебя... Май!...



В дверях появляется Май, с головой ушедший в какую-то рукопись.


Май. Да-да, конечно.

Генрих. Э-э-э, дружище! Враль клал в ларь, а вралья брала из ларя?

Май. Да, безусловно.

Генрих. Королева Клара покарала короля Карла за кражу коралла?

Май. Разумеется.

Генрих.Ага! Ну так я возьму твой золотой?

Май. Да, благодарю. Я тут почитаю ещё немного...

Генрих. Читай, читай... Читай на здоровье!

Король. Ничего себе! Ему до денег и дела нет! Точно ученый!

Май скрывается в кабинете, Генрих и Король с азартом усаживаются друг против друга.



Король. Сдвинь.

Генрих. (Сдвигает колоду, Король сдаёт) Ещё... Ещё... Двадцать! Себе...

Король. Двадцать одно! (Быстро забирает золотой).

Генрих. Э! Э! Ваше величество! Это что же?!

Король. Что именно?

Генрих. Вот это, вот это что?! Ну вот, торчит из манжета! Случайно, не пиковый ли туз?

Король. Нечего юлить, проиграл так проиграл!

Генрих. А ну, покажите рукав! Нет, покажите, покажите!

Король. Вот ещё... Привязался!


Генрих. (Вытаскивает из манжета карту) Ага! Что я говорил!

Король. Говорил — туз. А это валет.

Генрих. Ай-яй-яй, ваше величество! Ладно бы вы у себя в покоях мошенничали, там всё равно такой сброд шатается, что с него и спросу нет, но здесь, в храме науки! Не стыдно? Позвольте золотой обратно!

Король. Не позволю.

Генрих. Отдайте!

Король. Я его выиграл.

Генрих. Нечестно!

Король. Честно, нечестно... Вымогатель ты, вот что я тебе скажу!

Генрих. Отдайте золотой!

Король. Ладно, давай так: золотой останется у меня, но я выполню любое твоё желание.


Генрих. Любое?

Король. Любое разумное.

Генрих. Это как?

Король. Это проси всё, что хочешь... Кроме денег.

Генрих. Только дайте королевское слово, а то опять передёрните.

Король. Подумаешь, один раз случайно смошенничал...

Генрих. Это я вас поймал один раз. То-то я думаю — что это его величеству последнее время везёт в карты? Нет, вы дайте слово!

Король. Черт с тобой, жадина. Даю.

Генрих. Королевское?

Король. Королевское, королевское. Давай уже не тяни, мне обедать пора.


Генрих. (Думает) Угу... Кроме денег... Ага...

Король. Ну?

Генрих. Вот что: выдайте за меня Принцессу!

Король. Принцессу?

Генрих. Принцессу.

Король. За тебя?

Генрих. За меня.

Король. Замуж?

Генрих. Да.

Король. Насовсем?

Генрих. Пока да, а там посмотрим.


Король. Надеешься на приданое? Зря. Ни гроша ведь не получишь.

Генрих. А титул?

Король. Зачем же для этого жениться? Я тебе титул и так дам, недорого.

Генрих. Одно дело - получить титул просто так, и совсем другое - получить титул с удовольствием.

Король. Принцессу, значит, замуж за тебя? Гм... Да пожалуйста!

Генрих. Обещаете?

Король. Обещаю.

Генрих. По-королевски обещаете?

Король. Ну какой ты зануда, а! Ладно, честное королевское.

Генрих. (Деловито) Так! Когда свадьба?


Король. Ишь ты, какой прыткий! Так сразу калечить молодую душу! Тут дело тонкое, времени требует. Принцессу сначала надо приучить к этой ужасной мысли. Поэтому свадьбу сыграем сразу же. Вот бумажку мне найди - и сыграем. Честное королевское!


Входит Май. Вид у него радостный и ошарашенный одновременно.

У него в руках - одна из бумаг с записями Аурелиуса.


Май. Господа! Ваше величество! Генрих! Смотрите, что я нашёл!

Король. (Испуганно) Что?!

Май. Всё-таки доктор Аурелиус был гением! Здесь такое!

Генрих.Что? Что именно?

Май.Здесь секрет...

Генрих. (Заглядывает в бумагу) Чего?


Май. Посмотри, Генрих, до чего всё просто!

Генрих. (Ничего не понимает) Мда, проще некуда...

Король. Да что ж вы тянете кота за хвост, убийцы! Секрет чего?!

Май. Секрет создания искусственного человека!

Король. (Утирает лоб) Ф-ф-ф-у...

Май. Не обычного гомункулуса, заметьте, а самого настоящего человека! Представляете?! Что с вами, ваше величество? Вам плохо?

Король. Наоборот, мне хорошо! (Вскакивает, пританцовывая, напевает) Гомункулус, гомункулус, тра-ля-ля-ля-ля-ля!


Май. Здорово, правда?

Король. Ещё как!

Май. Представляете - настоящий человек с заранее заложенными свойствами ума и характера! Конечно, всё это надо проверить, но в целом... Ваше величество! Подарите мне эту бумагу!

Король. Зачем же бумагу? Ты, говорят, ищешь места аптекаря? Вот и оставайся. Генрих уберёт это всё (указывает на бумаги) в кабинет, и стол будет в полном твоем распоряжении... И всё остальное тоже. Будешь смешивать лекарства для моих придворных...

Май. А в свободное время — работать на искусственным человеком.

Король. Это как угодно. Хоть над гомункулусом.

Май. Благодарю вас, ваше величество! Вы самый добрый король на свете!

Король. Я знаю. Вобщем, за работу, господа. Я-то добрый, но долгого испытания моя доброта не выдержит.



следующая страница >>