litceysel.ru
добавить свой файл
  1 2 3 ... 15 16
Глава вторая



Томми Райке не любил ранних звонков. Во-первых, ненавидел просыпаться раньше обычного, а во-вторых, после такого звонка чаще всего приходилось подниматься и спешить в родное Полицейское Управление или сразу выезжать на место происшествия. Самыми неприятными были, конечно, звонки воскресные — обычно они перечеркивали все планы на выходной.

Именно последний случай и приключился. Открыв глаза, Томми несколько секунд вслушивался в противный писк лежавшего на столике линкома, затем нехотя протянул руку к трубке:

— Райке...

Звонил дежурный офицер. Томми слушал его и хмурился. Да, работа есть работа... Сверхурочные, понятно, заплатят по тройному тарифу... Но как все объяснить Джейн?

— Хорошо, сейчас подъеду... — Томми положил трубку, устало сел на кровати. Так вот всегда: стоит наметить что-то — обязательно сорвется...

Через десять минут Томми уже поднимал глайдер в воздух. Настроение — хуже не бывает... Ведя машину к Золотому Городку — элитному пригороду Алькута, — Райке думал о том, что снова придется иметь дело с какими-нибудь зажравшимися сволочами. Нет ничего неприятнее, чем работать с богачами: все нервы вымотают!..

Взять хоть того же Дэвида Свинглера — торговца антиквариатом. Сколько пришлось с ним помучиться? Жена у него, видите ли, в бассейне утонула... Муж был убит горем и по этой причине не хотел общаться с полицейскими иначе как через своего адвоката... В конце концов удалось доказать, что Кристина Свинглер утонула не сама, что именно нежный, любящий супруг и держал ее в воде до тех пор, пока дражайшая половина не перестала трепыхаться... Да, Свинглер уже второй год за решеткой, но каких нервов стоило препроводить его туда?! К тому же это лишь счастливое исключение — обычно подобные Свинглеру люди не сидят...

Сегодняшнее происшествие тоже не сулило ничего хорошего. Дежурный офицер сообщил об убийстве в доме Кристофера Клеменса — известного промышленника. О том, кто именно убит, дежурный ничего не знал. Впрочем, Томми не огорчился бы, окажись убитым сам Клеменс: на редкость поганый человечишка этот несколько раз уличался в грязных делишках, однако всегда умудрялся выходить сухим из воды...


Нужный ему дом Томми увидел сразу, выделив его из десятков роскошных особняков по безошибочной примете- белому медицинскому глайдеру. Чуть в стороне стояла невзрачная серая машина с маячком за ветровым стеклом. Рядом с нею лениво прохаживался высокий худощавый человек.

Это был Борис Зотов — пришедший к ним чуть больше года назад молодой лейтенант. Впервые за сегодняшнее утро Томми почувствовал что-то вроде удовлетворения. Несмотря на молодость, лейтенант отличался сообразительностью, к тому же был не из трусливых, а -это немало значило в их работе.

Посадив машину рядом с полицейским глайдером, Томми вылез из своего аппарата, пожал руку подошедшему Зотову.

— Привет. И что тут у нас?

— Убийство, — ответил Борис, опуская глаза. Томми показалось, что он чего-то недоговаривает. — Думаю, тебе надо взглянуть самому.

— Клеменс?

— Возможно... — пожал плечами Зотов. — Сложно сказать... Посмотри сам. Я такого еще не видел.

Обычно лейтенант не говорил загадками... Нахмурившись, Томми прошел в дом, думая о том, что труп наверняка обезображен. Иначе бы Борис не мог не узнать Клеменса.

Труп — точнее, то, что от него осталось, — находился в спальне. Сначала Томми даже подумал, что это чей-то розыгрыш, но, присмотревшись, отверг свой вариант. Лежавший на постели скелет был настоящим — о том свидетельствовали как зубы с коронками, так и след перелома на бедренной кости правой ноги.

— Экспертов вызвал? — спросил Томми, хмуро взглянув на лейтенанта. Теперь он понял, почему Борис не опознал личность погибшего.

— Скоро будут, — кивнул Зотов. — Но как такое можно сделать?

— Ты о нем? — Томми кивком указал на скелет. — Не знаю... Возможно, какая-то кислота.

— Нет, — покачал головой лейтенант. — Кислота бы проявилась и на костях. Здесь что-то другое.

— Выварили? — предположил Томми. — С какой-нибудь щелочью?

— Я уже думал об этом — все равно не сходится. Взгляни на цвет костей: они совсем свежие. Такое ощущение, будто его кто-то обглодал... — Борис задумчиво смотрел на костяк. — Скажем, муравьи... или какие-нибудь рыбы.


— Да, возможно, — согласился Томми, отдав должное сообразительности Бориса. — То есть сюда его принесли уже потом.

— Я читал о чем-то подобном, — продолжил Борис, словно не слыша Райкса. — На Земле есть река Амазонка, в ней обитают пираньи — хищные и очень прожорливые рыбы. В древности жившие на берегах Амазонки племена опускали своих умерших в воду. Пираньи быстро обгладывали тело, оставляя чистый скелет. Его потом и хоронили.

— Но у нас таких рыб нег, — возразил Томми.

— Нет, — с сожалением согласился лейтенант. — Посмотрим, что скажет эксперт.


К огорчению Томми, судебно-медицинский эксперт тоже не смог сообщить ничего конкретного, пообещав передать предварительное заключение к концу дня. По его словам, он тоже не встречал в своей практике ничего подобного. Прибывшие с ним криминалисты начади осмотр квартиры. Оставалось надеяться, что они отыщут что-нибудь полезное.

Скелет увезли. Проводив взглядом медицинский глайдер, Томми устало вздохнул, теперь — самое сложное.

Для начала он допросил домработницу — именно она обнаружила утром останки. По словам женщины, хозяин всегда храпел, а сегодня утром в его комнате было непривычно тихо. Она подумала, что хозяина нет, и решила убрать спальню в его отсутствие. Зашла внутрь, увидела... И сразу же позвонила в полицию.

Судя по всему, скелет принадлежал Клеменсу. Об этом свидетельствовали одежда на стуле — ее опознала домохозяйка — и найденное криминалистами в постели массивное золотое кольцо. Женщина подтвердила, что оно — хозяина. Клеменс его никогда не снимал — просто не мог: кольцо давно вросло в палец. -

Так что личность погибшего не вызывала у Томми сомнений. Отыскав в кармане костюма Клеменса записную книжку, Томми обзвонил по найденным в ней номерам коллег и друзей погибшего. С их помощью удалось выяснить, что последний раз пострадавшего видели прошлой ночью. Клеменс вышел из ночного бара сразу после полуночи с какой-то девицей. Куда он отправился дальше, сообщивший эти сведения человек не знал. Поблагодарив его, Томми оставил Бориса присмотреть за домом, а сам отправился в указанный бар.


Заведение было закрыто — оно начинало работать с восьми вечера. Пришлось выяснять адреса хозяина и работавших вчера барменов, искать их... Чертовски утомительное занятие! Неудивительно, что в нервотрепке Томми совсем забыл о Джейн...

Джейн он встретил два месяца назад. Ему она сразу понравилась. Томми был не против того, чтобы на ней жениться. Возраст давно уже к этому шагу подталкивал — месяц назад Томми исполнилось тридцать пять... Джейн вроде бы тоже не возражала связать с ним свою судьбу...

Единственным темным пятном в их отношениях стала его работа. Жизнь полицейского всегда полна опасностей, а когда ты — комиссар в отделе по расследованию убийств, трудно надеяться на спокойную старость... Скажем, месяц назад, во время одной из операций, Борис с сорока метров завалил целившегося в Томми преступника — фактически спас комиссару жизнь... Томми знал, что может погибнуть — как погибли уже многие из их Управления. Он смирился с этим. Проблема в том, что с такой перспективой не хотела мириться Джейн...

Сегодня они должны были отправиться к ее маме. Джейн придавала визиту огромное значение. От того, насколько будущей теще понравится потенциальный зять, во многом зависело их будущее.

Встреча планировалась на два часа дня. Томми обещал заехать за Джейн, но свалившиеся на него хлопоты напрочь перечеркнули визит. Томми хотел позвонить и предупредить Джейн, но сначала пожалел будить ее ранним звонком, а потом просто забыл, с головой уйдя в работу. Так что когда во время его беседы с барменом запищал линком и в трубке раздался возмущенный голос Джейн, Томми молча чертыхнулся — и как он выпустил ее из виду?

— Прости, Джейн... — попытался оправдаться Томми, понимая, что ничего из этого не получится. — Меня срочно вызвали на работу. Здесь такая нервотрепка... Да, я понимаю... Обещал, но так вышло... Я извинюсь потом, твоя мама меня поймет... Я не могу отказаться — это моя работа. Давай съездим к маме...

В линкоме послышались гудки — Джейн бросила трубку... И угораздило же кого-то шлепнуть этого типа именно сегодня!

— Проблемы? — спросил немолодой уже бармен. В его глазах светилось понимание.

— Да... — хмуро отозвался Томми. Сунув линком в карман, взглянул на собеседника — в конце концов, работа есть работа. — Вы говорите, он ушел сразу после полуночи?

— Точно, — подтвердил бармен. — По сорок пятому каналу как раз закончилось субботнее шоу. Он подхватил свою девицу и ушел.

— Кто такая?

— Первый раз у нас была. Наверное, из новеньких... — Бармен пожал плечами. — Видная такая, светловолосая. В темном платье и в туфлях на высоком каблуке. Еще брошка у нее имелась красивая — вот здесь... — Бармен коснулся груди.

— В баре есть видеокамера?

— Нет, — покачал головой бармен. — Вы же понимаете у нас бывают очень известные люди. Они бы этого не одобрили.

— Хорошо... — Томми устало вздохнул. — Вам придется проехать в Управление Полиции на Набережную. Наши специалисты помогут вам составить фоторобот женщины.

— Ладно, — без особой радости согласился бармен. Потом почему-то замялся. Было видно — хочет что-то сказать, но не решается.

— Что еще? — спросил Томми. — Давай, не темни. У нас частная беседа, без протокола.

— Вам бы поговорить с Малышом... — через силу выдавил бармен. — Он... Ну, в общем, он контролирует всех этих девочек.

— Короче, сутенер, — хмуро подсказал Томми.

— Да, в некотором роде... — согласился бармен. — Он вчера подходил к той девице, и они на пару минут отлучались из бара. Малыш не терпит на своей территории чужих.

— Хорошо, где найти Малыша?

— Прямо напротив бара высотка стоит, а сразу за ней — здание старого колледжа. Там сейчас комнаты сдаются. Малыш на третьем этаже, комната триста девять. Вы его сразу узнаете — высокий такой, лысый, а на лысине татуировка в виде паутины... Только вы поосторожнее с ним — он немного нервный... — Бармен как-то криво усмехнулся. — И, пожалуйста, не говорите ему, что это я вас прислал.


— Не скажу, — пообещал Томми. — Говоришь, Малыш и девка эта выходили из бара?

— Да. Девушка потом вернулась, а Малыш больше так и не появился.

— Хорошо... — вздохнул Томми. — Езжайте в Управление, спросите Новикова. Я позвоню ему, он будет в курсе... Поднявшись со стула, комиссар направился к двери.

— Да, господин комиссар. Обязательно...

Покинув квартиру бармена, Томми на лифте спустился вниз, забрался в глайдер. Снова вздохнул — с Джейн действительно получилось нехорошо... Может, позвонить ей?

Увы — линком Джейн отключила. Все правильно: знает, что он будет звонить, вот и изгаляется...

Тогда Томми набрал номер Бориса. Тот ответил сразу.

— Борис? Оставь кого-нибудь вместо себя и дуй к бару «Желтый аллигатор» — он недалеко от отеля «Калифорния»... Да, вниз по улице метров триста, не больше... Жди меня там, я сейчас подъеду...

Томми сунул трубку линкома в карман и запустил двигатель.

Когда он опустил машину на стоянку рядом с баром, Зотова еще не было. Но не прошло и минуты, как в небе показался его серый глайдер.

— Есть что-нибудь новенькое? — спросил Томми вылезшего из машины лейтенанта.

— О Клеменсе? Эксперты пока работают. Один, кстати, сказал, что отпечатков пальцев очень много, но все — бесформенные.

— Это уже любопытно... Идем. Навестим одного человека. Будь начеку — парень дерганый.

— Учту, — кивнул Борис.

Высотку Томми обошел стороной. Его интересовал исключительно старый колледж. Пока шли, Томми думал о словах Бориса. Бесформенные отпечатки говорили о многом.

Большинство убийств происходит спонтанно. Порой преступник и сам потом не может толком объяснить, как все произошло... Другое дело, когда на месте преступления обнаруживаются бесформенные отпечатки. Значит, преступник почти наверняка пользовался специальной пастой — ею смазывают пальцы, чтобы не оставить следов. То есть преступление готовилось заранее. Ни о какой спонтанности или стечении обстоятельств в данном случае речь уже не идет.


К огорчению Томми, Малыша дома не оказалось. На настойчивые звонки, а потом и стук кулаком в дверь никто не откликнулся. Зато когда стало ясно, что в интересующей комнате никого нет, приоткрылась дверь напротив. В образовавшейся узкой щели мелькнул зоркий старушечий глаз.

— Нету его, — сказала старуха, внимательно глядя на полицейских. — Ночью еще уехал.

— А вы не в курсе, куда именно? — спросил Томми. — Нам бы поговорить с ним.

— Не знаю я. Но, думаю, он совсем уехал. Не вернется уже.

— Почему вы так решили? — немедленно среагировал Томми.

— Чемодан у него был. И еще я слышала, как он билет заказывал.

— Куда именно, вы, конечно, не расслышали?

— Нет... — Старуха прикрыла дверь. Тихо щелкнул замок.

Ситуация становилась все интереснее... Не иначе Малыш и та незнакомка действовали в сговоре... Знать бы наверняка, не пропало ли что из дома Клеменса? Люди вроде него часто держат у себя большие суммы нигде не учтенных денег — весьма лакомый кусочек для потенциальных грабителей.

Пока спускались вниз, Борис не проронил ни слова, — ждал, когда шеф сам поделится с ним своими мыслями. Томми так и сделал, но сначала позвонил в Управление и попросил назначить Зотова ему в помощники по новому делу. Начальство с готовностью пошло навстречу. Борис не возражал — не раз им уже доводилось работать вместе.

Требовалось узнать настоящее имя Малыша. Сделать это оказалось на удивление просто. Еще поднимаясь наверх, Томми заметил в фойе дверь с приколотым к ней листком бумаги. На листке корявыми буквами сообщалось: «Сдача квартир».

Туда сразу же и отправились. Быстро обнаружили невысокого, плюгавого старикашку. При виде полиции он почему-то засуетился, однако Томми не стал обращать на это внимание — грехи старика пока его не волновали. Узнав, зачем пришли полицейские, плюгавый с готовностью достал учетную книгу, и через пару минут Томми знал полное имя Малыша.


Выйдя на улицу, комиссар снова позвонил в Управление и сообщил полученные сведения, дабы объявили розыск столь стремительно съехавшего жильца. Первым делом теперь проверят списки вылетевших с Виолы за последние сутки пассажиров. Если Малыш и в самом деле успел удрать, то его преследованием займутся правоохранительные службы окрестных планет.

Все нюансы ситуации обсудили, потягивая пиво в небольшом баре близ Театра — в любимом заведении Томми. Увы, пока нельзя было не признать, что преступники их переигрывали. Клеменс мертв, его убийца — или убийцы? — сбежали... Томми знал, что как только составят фоторобот спутницы Клеменса, ее тоже немедленно объявят в розыск, однако особых надежд на успех поисков не питал. Виной всему бесформенные отпечатки: опытный преступник всегда предусмотрит безопасные пути отхода. Имелись все основания полагать, что Малыш и его подружка сейчас с субсветовой скоростью удаляются от Виолы и пьют шампанское в ознаменование успешного завершения дела...

Впрочем, некоторые моменты продолжали смущать Томми. И прежде всего — скелет в постели. Человека можно одинаково надежно убить сотней разных способов — зачем же было лишать Клеменса плоти? Если преступники таким образом хотели затруднить идентификацию личности, то это просто смешно: современные технологии не оставляют им никаких шансов.

— Возможно, это сделали в назидание кому-то... — предположил Борис в ответ на рассуждения Томми. — Мне кажется, версию убийства ради наживы нельзя рассматривать как единственную. То, что Малыш и эта женщина исчезли, еще ничего не значит. В конце концов, они могли оказаться просто случайными свидетелями и скрылись, испугавшись расправы.

— Убийцы они или свидетели — мы в любом случае должны их найти, — ответил Томми. — Думаю, нам стоит съездить в Управление и поговорить с экспертами.

— Да, — согласился Борис.


Увы, выводы экспертов лишь еще больше запутали дело.

Криминалист сообщил, что анализ отпечатков не выявил следов применения спецсредств. Говоря обычным языком, преступник не пользовался пастой, скрывающей отпечатки пальцев. Не работал он и в перчатках — об этом эксперт тоже заявил с абсолютной уверенностью.


Столь же категорично он гарантировал, что преступник не свел папиллярные линии на пальцах рук хирургическим или иным путем даже в случае уничтожения папиллярного узора все равно остаются некие стабильные оттиски, которые при желании можно идентифицировать. На вилле Клеменса не удалось найти и двух одинаковых отпечатков — они в самом деле были абсолютно бесформенны. По мнению эксперта, преступник применил какую-то новую, ранее не встречавшуюся в практике криминалистики методику.

Патологоанатом отчитался в том же ключе. По его мнению, мягкие ткани тела могли быть съедены какими-то простейшими организмами, размер которых не превышает ста микрон, — об этом свидетельствовала тщательность очистки костей. Эксперт заявил далее, что определить, какой именно вид простейших использовался в данном случае, не представляется возможным — на останках не обнаружено ни намека на следы таинственных организмов, что само по себе ставило множество вопросов... По итогам предварительного осмотра эксперт рекомендовал отправить останки на более детальное исследование в соответствующие научные учреждения.

— Одним словом, они ничего не выяснили, — сказал Томми, прочитав отчеты. — Странно все это.

— Странно, — согласился Борис. — Надо бы проверить родственников Клеменса и его партнеров по бизнесу.

— Придется... — вздохнул Томми. — Вы что-то хотели сказать? — Он взглянул на подошедшего к нему невысокого смуглого сержанта. Нашивка на рукаве свидетельствовала, что служивый работает в патрульной службе.

— Сержант Гофман, сэр, — представился он. — Возможно, мое сообщение ничего не значит, но месяц назад у нас был один интересный случай. Я бы никогда не подумал, что это серьезно, но ребята говорят, что вы нашли скелет...

— Садись... — Томми указал на стул. — Рассказывай. Сержант сел.

— Наверное, прозвучит глупо... В общем, месяц назад нас направили на вызов. Звонила женщина, просила прислать вооруженных полицейских, а еще лучше — вызвать армейские подразделения. Говорила о каком-то чудовище... Короче, нас послали разобраться... — Сержант на несколько секунд замолчал. Было видно, что его все еще одолевают сомнения, стоит ли рассказывать свою историю.


— Продолжай, — произнес Томми, впрочем без особого энтузиазма в голосе.

— Да, сэр... Приехали мы туда, с трудом достучались — все двери оказались заперты... В конце концов нам открыла молодая женщина. В руках у нее был пистолет — мощный, из тех, что бьют не лучом, а разрывными пулями... Кое-как уговорили ее отдать оружие и рассказать, что случилось. Выслушали мы ее и позвонили в психиатрическую клинику — нам показалось, что это как раз их компетенция. Я бы никогда об этом не вспомнил, но та женщина тоже говорила о скелетах.

— Как звали женщину и что именно она вам рассказала?

— Рита Валлентайн. По ее словам, она была с коллегами в какой-то экспедиции и на одной из планет к ним на корабль проникло некое существо. Очень необычное — оно может принимать облик любого человека. Самое интересное в том, что оно ест людей. Сама женщина этого не видела, но утверждала, что все происходит очень быстро: в считанные минуты от человека остается лишь скелет. Очень чистый, словно его держали в какой-то кислоте. И еще: съедая человека, существо получает в свое распоряжение его память. Во время полета команда пыталась от него избавиться, но неудачно: думали, что выкинули за борт чудовище, а на самом деле убили своего.

— И куда оно делось? — с усмешкой спросил Томми.

— Съело капитана и приняло его облик. Они сели на Меоте, затем на рейсовом корабле прилетели сюда. Вечером чудовище под видом капитана пришло к девушке в гости.

— Любопытно, — улыбнулся Томми. — Ну и дальше, дальше...

— Я лишь передаю ее рассказ, сэр! — Было видно, что улыбка Томми злит сержанта. — Монстр сказал, что съест ее, но сначала предпочел заняться с ней любовью. Развлекался почти всю ночь, а под утро ушел, заявив, что раздумал ее есть.

— Она его покорила... — вставил Томми.

— Наверное... — Сержант предпочел не заметить сарказма комиссара. — Он сказал, что женщины гораздо более интересны, нежели он предполагал. В этом мире, мол, и так полно еды, а женщин лучше использовать по их прямому назначению... Потом он ушел. Женщина сразу позвонила в полицию. Вот и вся история... — Сержант пожал плечами.


— Хоть фильм снимай... — покачал головой Томми. — И где это произошло?

— В Золотом Городке. Улица Лесная, десять.

Томми ничего не ответил. Нельзя сказать, что рассказ сержанта произвел на него впечатление — уж слишком нелепо все звучало... С другой стороны, упоминание о скелете требовало проявить к истории толику внимания.

— В какую клинику ее увезли?

— Психиатрический институт при Медицинской Академии.

— Хорошо, сержант, спасибо... — Томми пожал сержанту руку. — Мы обязательно все проверим.

— Да, сэр. Буду рад, если это вам как-то поможет. Сержант ушел. Томми взглянул на Бориса:

— И как тебе это?

— Очередная страшилка... Но, думаю, все же стоит встретиться с девицей. Возможно, и не было никакого чудовища — просто кто-то удачно использовал слух о нем в своих целях. Вдруг как-то свяжется все с нашим делом?

— Логично. Ладно, прыгай в глайдер и лети в клинику.

— Слушаюсь, — кивнул Борис. — Это любопытно.

— Встретимся здесь же. Я пока покопаюсь в связях Клеменса...-Томми выудил из кармана блокнот покойного и начал внимательно изучать записи.


* * *


Был вечер воскресенья. Я лежал в полной горячей воды ванне и размышлял о том, как повезло мне в жизни. Используя человеческую терминологию, сложившаяся ситуация сравнима с пребыванием хорька в курятнике!.. Я не совсем представлял, что это за зверь, но для меня был важен сам принцип. Несколько миллиардов человек — неплохой продуктовый запас, не правда ли? И это только на Виоле, а ведь есть еще Земля, Энола, Илиона — всех планет и не перечесть... Похоже, я и в самом деле вытянул свой счастливый билет!

Я с интересом оглядел свое тело. Уродливое, конечно, причем уродливое до безобразия... Тем не менее я постепенно начал к нему привыкать. Первоначальные флуктуации внешности прошли. Я научился сохранять стабильность даже во сне. Весьма кстати, надо сказать: было бы очень неприятно, если бы какая-нибудь девица, проснувшись однажды утром, увидела рядом с собой нечто большое и зеленое. Вряд ли она признала бы меня красавцем — увы, у людей в этом плане крайне странные представления...


Этой ночью я сытно поужинал. Моей жертвой оказался какой-то глупый промышленник — некто Клеменс. За прошедший месяц--вторая охота. До Клеменса я познакомился с каким-то налетчиком — он проник ночью на мою виллу.

Строго говоря, вилла, конечно, мне не принадлежит, ее хозяин в отъезде. Зовут его Самуил Морган — он какой-то ученый или что-то в этом роде... Думаю, он не будет возражать, если я временно воспользуюсь пустующим домом. Тем более я уже спас его виллу от грабителя. Этот наглец пролез через открытое окно и даже попытался угрожать мне пистолетом!.. Пистолет я положил в ванной на шкафчик — хорошая вещь, всегда может пригодиться в хозяйстве. Бренные останки незадачливого налетчика не без изящества устроил в шкафу...

Что касается Клеменса, то с ним я впервые использовал облик женщины в качестве наживки. Получилось отлично — до сих пор вижу вытянувшееся лицо этого урода, когда в постели с ним вместо прелестного юного создания объявилось... Ну, в общем, понятно кто.

Обычно я охочусь почти каждый день — не столько ради еды, сколько ради развлечения. Я пока присматриваюсь к человеческому миру. Благо, могу обходиться без еды неограниченно долго. Впрочем, могу и есть в неограниченных количествах — это тоже для меня не проблема.

Вы спросите, как такое возможно?.. Всему виной Тканевый Модификатор — штука не столь простая, как может показаться на первый взгляд. Как бы вам все объяснить, не ударяясь в метафизику?..

Вот представьте, что вы съели лягушонка... Нет, пример явно неудачен... Лучше так: вы съели бифштекс — сочный, отлично прожаренный. Пережеванная масса попадает в пищеварительный тракт, разлагается на составляющие и используется вашим организмом. Не переваренные остатки удаляются, извиняюсь, в канализационный коллектор... Это — у вас.

У меня и моих сородичей ситуация совсем иная. Прежде всего, у нас вообще не остается отходов — ну разве что кости. При необходимости я могу переварить и их, но это займет около часа и не доставит большого удовольствия...


Строго говоря, как такового переваривания в вашем классическом понимании у нас не происходит — у меня нет ни желудка, ни пищеварительных соков. Утилизация поглощенных тканей ведется на уровне клеток, каждая из которых представляет собой обособленную единицу, полностью подконтрольную моему сознанию.

Вы чувствуете удовольствие, когда жуете бифштекс, но ощутить процесс пищеварения не можете... Мой диапазон удовольствий гораздо шире. Я чувствую каждую клеточку моего организма, и, когда она вгрызается в чужую плоть, я ощущаю истинный экстаз!

Идем дальше. Здесь начинается самое интересное. Дело в том, что перестроенные Тканевым Модификатором клетки работают на удивление неэффективно, если иметь в виду сохранение полученной энергии...

Представьте себе воздушный шарик: вы можете закачать в него строго ограниченное количество воздуха, чуть превысили норму — и шарик лопнет... Я — не лопну никогда! Излишняя энергия просто стравливается.

Куда? — спросите вы...

Вот об этом поинтересуйтесь у создателей Тканевого Модификатора. Я же сказал, что не хочу углубляться в метафизику. Намекну лишь, что есть другие планы пространства и сознания, о которых люди пока не имеют никакого представления...

Одним словом, я могу есть не переставая, но стоит мне прерваться хотя бы на сутки, и я снова чувствую зверский аппетит. Как будто и не ел вовсе! Именно это представляется мне обидным, когда рядом нет хорошей еды, и восхитительным, когда еды много!.. Так что не считайте меня кровожадным или жестоким — в конце концов, я просто люблю хорошо поесть!

Ладно, отвлечемся от вопросов пищеварения. В человеческом мире существуют и более интересные темы. Скажем, самым приятным открытием для меня оказались женщины — вот уж не думал, что эти прелестные создания могут доставить столько удовольствия!.. Ну разве мог я съесть Риту после всего, что она для меня сделала? Да никогда в жизни!.. Думаю, женщин вообще лучше не есть — разве что в самом крайнем случае...


Боялся ли я, что Рита расскажет обо мне полиции? Ничуть!

Прежде всего, ей просто никто не поверит. Будь, допустим, я человеком, сам бы поднял на смех всякого, кто заговорил бы со мною о встрече с инопланетным монстром!..

Более того, если в меня, в конце концов, и поверят, это сделает мою жизнь только интереснее: начнется настоящая охота, большое противостояние! Я — против Человечества!! Хорошо звучит, верно?..

Ну, и напоследок вот что: никто не может причинить мне какой-нибудь существенный вред — я и сам не знаю, как меня можно уничтожить... Да здравствует Тканевый Модификатор! Что я еще могу сказать?

Однако что-то я разболтался! Пора и меру знать... Думаю, неплохо сейчас прогуляться по городу... Заодно и слегка перекусить...


* * *


Адрес Института Психиатрии удалось отыскать в памяти глайдера. Задав параметры полета, Борис включил автопилот и всю дорогу отдыхал, откинувшись на спинку сиденья и размышляя о рассказе сержанта. Если отвлечься от истории с монстром — уж слишком фантастичной она выглядела, — то, в целом, ситуация вырисовывалась вполне четко. Возможно, преступник как раз капитан того самого корабля... Надо узнать у девушки его имя и проверить алиби этого типа на минувшую ночь.

Впрочем, Борис не воспринимал свои размышления уж слишком всерьез. Поездка в Институт выглядела очередной рутиной — требовалось просто отработать одну из версий, причем не самую главную... Работа как работа — ничего необычного...

Институт Психиатрии занимал внушительных размеров здание. Посадочная площадка находилась на крыше. Посадив машину, Борис отыскал администратора, предъявил ему удостоверение и объяснил причину своего визита.

К удивлению лейтенанта, администратор хорошо знал Риту Валлентайн — ему даже не понадобилось сверяться с данными компьютера. Объяснялось все очень просто: две недели назад Рита Валлентайн сбежала, избив двух санитаров и изувечив охранника. Как пояснил администратор, от нее никто не ожидал такой прыти... Управление Полиции немедленно поставили в известность, однако поиски беглянки пока не дали результатов.


Таким образом, побеседовать с Ритой Борису не удалось. Зато ему разрешили познакомиться с ее личным делом. В качестве консультанта любезно выступил один из работников клиники доктор Янош Кшиштоф.

— В данном случае, — сказал док, — мы имеем дело с классическим параноидным синдромом. Пациентка была убеждена в существовании инопланетного монстра, которого они, якобы случайно, подобрали на какой-то планете. При этом она не смогла указать ни названия планеты, ни даже учреждения, от которого организовывалась экспедиция. Примерно через неделю пациентка перестала упоминать о монстре. На мой контрольный вопрос, существовал ли он, ответила отрицательно.

— Возможно, просто схитрила? — заметил Борис. Сидя в кабинете доктора, он рассматривал фотографию Риты Валлентайн — симпатичной девушки двадцати-двадцати пяти лет. Светлые волосы, большие внимательные глаза, чуть вздернутый носик... Почему-то Борис представлял ее совсем другой — гораздо старше...

— Да, — согласился доктор, — мы решили также. Многие пациенты, оказавшись у нас, начинают хитрить, скрывать свои страхи... Но Рита Валлентайн пошла дальше: убедившись, что мы не собираемся ее отпускать, она просто сбежала!.. Могу вас заверить: это первый побег из нашей клиники — у нас очень строгие меры безопасности.

— Выходит, недостаточно строгие... — сказал Борис, возвращая доктору папку с историей болезни пациентки.

— Просто она — настоящая бестия! — возразил доктор. — Избила двух санитаров — без ничего, голыми руками! Сломала ногу охраннику! Забрав ключи, выбралась из охраняемой зоны, поднялась на стоянку, выкинула из машины одну из наших сотрудниц и улетела!.. Неслыханно!

— Спасибо, господин Кшиштоф, вы мне здорово помогли... — Борис поднялся с кресла, пожал доктору руку. — Что касается вашей пациентки, то мы постараемся ее найти.

— Всегда рад быть полезен... — улыбнулся доктор. — Если что нужно — заходите.

— До свидания... — Борис открыл дверь кабинета и вышел в коридор.


Итак, Рита Валлентайн сбежала... Это существенно осложняло дело. Еще час назад Борис весьма скептически оценивал причастность девушки к убийству Клеменса, пусть даже относительную, но теперь его мнение изменилось. Пока Борис не строил каких-либо предположений, но чувствовал, что напал на след...

Из Института он сразу отправился в родное Управление — требовалось срочно поднять все данные на Риту Валлентайн. Если сведения о ее побеге поступили в Управление, то кто-то должен был заниматься этим делом.

Томми сидел в своем кабинете, прижав к уху линком. Увидев вошедшего Бориса, молча указал на кресло...

— Да, я понял... Как только он появится, перезвоните мне, хорошо? До свидания... — Томми положил трубку, взглянул на Бориса и устало вздохнул.

— Есть что-нибудь новое? — спросил Борис.

— Ничего, — покачал головой Томми. — Последние полгода Клеменс вообще отошел от дел — всем заведовал его управляющий. Там все чисто. Убивать Клеменса не было никакого смысла: согласно завещанию, все его деньги отходят Фонду Милосердия.

— Адвокат уже огласил завещание? — удивился Борис.

— Нет просто Клеменс его никогда не скрывал. Он всегда говорил, что не потерпит, чтобы кто-то потом шиковал на заработанные им денежки. Детей у него нет — по крайней мере, официально, а с остальными родственниками он всегда жил на ножах. Потому и любил говорить о своем завещании — чтобы знати, что не получат ни креда... — Томми секунду помолчат. — Как там наша дама? Рассказана что-нибудь интересное?

— Нет, — покачал головой Борис. — Рита Валлентайн сбежала из клиники две недели назад. При этом избила двух санитаров и охранника.

— В самом деле? — Томми с интересом взглянул на Бориса. — Похоже, ей у них не понравилось.

— Я тоже так решил, — согласился Борис. — Надо посмотреть, кто из наших занимается ее побегом.

— Виктор — из третьего отдела. Он говорил, что ищет какую-то сумасшедшую. Наверняка она... Кстати, возьми... — Томми протянул Борису листок с портретом. — Девица, с которой Клеменс ушел из бара.


— Бармен составил? — спросил Борис, беря листок.

— Да. Говорит, что очень похоже.

Портрет и в самом деле получился. Мельком бросив на него взгляд, Борис даже вздрогнул: с листка на него смотрела Рита Валлентайн.

— Если хочешь, — медленно произнес Борис, — могу назвать тебе ее имя. Это и есть Рита Валлентайн.

Томми ничего не ответил. Быстро подтянул к себе такой же листок, внимательно вгляделся в него. Потом посмотрел на Бориса.

— Ты уверен?

— Абсолютно. Я видел ее фото в истории болезни.

Томми снова ничего не сказал. Откинувшись на спинку кресла, он поднял глаза к потолку и задумался. Борис не мешал ему — знал, что в такие минуты шефа лучше не беспокоить.

— Итак, что мы имеем... — нарушил наконец молчание Томми. — Девчонка сбегает из клиники, две недели где-то прячется... Вчера ее видят в баре с Клеменсом, затем Клеменс погибает... Где сейчас Рита, мы не знаем... Возможно, у нее есть напарник — Малыш, он же Диего Рамирес...

— ...который съехал этой ночью... — закончил за шефа Борис. — Я почти уверен, что они уже покинули Виолу, причем по чужим документам. Поэтому проверять списки пассажиров — бессмысленно.

— Прогнать через компьютер видеозаписи камер слежения! — предложил Томми.

— Минимум — восемь космодромов... — напомнил Борис. — Нужно звать Олсона.

Томми поджал губы. Все правильно: без специалиста здесь не обойтись. Только Олсон сможет быстро сделать эту работу, но портить человеку воскресный вечер...

— Хорошо, я поговорю с ним... — вздохнул Томми. — Черт, придется подарить ему гарпун.

Борис невольно улыбнулся. Он знал, что Олсон коллекционирует старинное оружие. Томми тоже любил оружие. Три года назад он привез с Геи старинный охотничий гарпун. Его древко было отполировано мозолистыми руками охотников за акулами, хищное зазубренное лезвие с бритвенно-острыми краями вызывало восхищение... Неудивительно, что Олсон, увидев однажды этот гарпун, захотел его заполучить. Томми не соглашался: гарпун украшал стену его гостиной, отлично вписываясь в интерьер... Теперь были все основания полагать, что гарпун все-таки перейдет к новому владельцу.


— Может, Фрэнк справится? — спросил Борис.

— Нет, — покачал головой Томми и снова вздохнул. — Только Олсон...


Если у Олсона и были какие-то планы на воскресный вечер, то одного намека на возможность заполучить долгожданный гарпун оказалось достаточно, чтобы о них забыть. Не прошло и двадцати минут, как его глайдер опустился у стен Управления.

Олсон был незаменим, когда дело касалось компьютеров. Кое-кто даже считал этого невысокого полного человека их богом. Одно время Олсон собирался перейти в какое-то элитное секретное подразделение, но что-то там не сложилось, и он остался в родном отделе — к великой радости начальства. Поговаривали, что виной всему стала тучность компьютерного аса, но худеть Олсон категорически отказался.

— Ну и что тут у вас? — спросил толстяк, вкатываясь в кабинет. Его круглое лицо лучилось счастьем. — Опять кого-то потеряли?

— Да, — отозвался Томми. — Вот эту даму... — Он протянул Олсону фотографию девушки, уже настоящую — ее получили по запросу из Института Психиатрии. — И вот этого джентльмена.

Карточку Малыша Томми отыскал в картотеке Управления — оказалось, что Диего Рамирес два года назад привлекался за торговлю наркотиками. Это существенно облегчало задачу.

— Важные люди? — Олсон вгляделся в фотографии.

— Подозреваются в убийстве Кристофера Клеменса.

— А получше фоток нет? — Олсон с сомнением осмотрел снимки.

— Нет. Потому и позвали тебя.

— Ладно, поищем, — пожал плечами Олсон. — Какие записи просмотреть?

— За последние сутки, — ответил Томми.

— А можно за две недели? — попросил Борис. — С десятого числа?

— Можно, почему нет? — Снова пожал плечами Олсон. — Машина ищет, не я.

— Зачем тебе за две недели? — Томми взглянул на Бориса. — Их же видели вчера.

— Так... — уклонился от ответа Борис. — На всякий случай.

— Хорошо, сделай с десятого числа, — согласился Томми, повернувшись к Олсону. Спорить с Борисом он не стал — вопрос не был принципиальным. — Сколько тебе понадобится времени?

— Ты как раз успеешь съездить за гарпуном! — ответил Олсон, засмеялся и вышел из кабинета.




<< предыдущая страница   следующая страница >>