litceysel.ru
добавить свой файл
1
Открытый радиоуниверситет


Передача первая


Еврейское национальное движение и палестинские арабы:

корни конфликта


Ведут Илана Раве и Алек Эпштейн


В июле 1922 года, когда Лига Наций официально утвердила мандат на управление Палестиной, предоставленный англичанам на международной конференции в Сан-Ремо, в Палестине/Эрец-Исраэль проживали около шестисот тысяч арабов и всего восемьдесят тысяч евреев. Будущее этой территории было крайне туманным: подмандатная территория – не колония, согласно Уставу Лиги Наций, держатель мандата не обладал безраздельной властью над вверенными ему территориями, напротив, держателю мандата вменялось в обязанность оказывать местным общинам содействие в управлении страной до тех пор, «пока они не созреют окончательно для обретения независимости». Иными словами, полномочия страны – держательницы мандата носили исключительно временный характер, срок мандатного правления должен был когда-либо завершиться, однако ни в одном из постановлений не было сказано, когда именно. Эта ясность относительно того, что британское правление является временным, при полной неопределенности касательно конечной точки этого временного промежутка, была важным фактором, дестабилизировавшим социально-политическую обстановку в стране. Каждая община – и арабская, и еврейская – знала, что настанет день, когда англичане покинут Палестину, и должна была как-то к этому подготовиться, не имея ни малейшего представления, случиться это через год, через десять лет или через полвека.

Вопрос о том, какая форма политического устройства возникнет в Палестине/Эрец-Исраэль после ухода англичан, также оставался открытым. Будет ли это арабское государство, где евреям, как национальному меньшинству, будут гарантированы те или иные права, либо это будет, наоборот, еврейское государство, в соответствии с духом статьи 2 Постановления о мандатном правлении в Палестине, гласящей: «Мандатный уполномоченный будет нести ответственность за создание в стране таких политических, административных и экономических условий, которые наилучшим образом обеспечат создание еврейского национального дома»? А может быть, в будущем речь пойдет о едином еврейско-арабском государстве, либо унитарном, либо федеративном? Подобная «размытость» представлений об окончательном статусе Палестины/Эрец-Исраэль провоцировала каждую из сторон на действия, направленные на создание необратимых последствий, с которыми тогда, когда вопрос о будущем Палестины/Эрец-Исраэль окажется на повестке дня, невозможно будет не считаться.

Несмотря на то, что отдельные авторы утверждают, что «постановление о мандатном правлении в Палестине носило ярко выраженный просионистский характер», в нем ни разу не фигурирует понятие «еврейское государство», а лишь заимствованное из письма министра иностранных дел Великобритании А.Дж. Бальфура лорду Л.У. Ротшильду (известного как «Декларация Бальфура») понятие «национальный дом для еврейского народа» («a national home for the Jewish people»). Как известно, в Декларации Бальфура ничего не говорится о том, что такое «национальный дом», каков его статус – будет ли это еврейское государство, еврейская автономия (политическая или национально-культурная), либо же речь идет о некоем «духовном центре», «очаге» развития языка иврит и национальной культуры. Очевидно, что каждый из вышеперечисленных сценариев предусматривал весьма различное развитие событий, неодинаковым образом затрагивая палестинских арабов: если при создании еврейского государства им оставалось довольствоваться ролью национального меньшинства, то в «духовном центре» им вполне мог принадлежать и политический суверенитет. Кроме того, Декларация Бальфура никак не определяет территориальные границы будущего «национального дома для еврейского народа», и оставалось совершенно неясным, идет ли речь о всей территории Палестины или только о какой-либо (какой?) ее части. На конференции в Сан-Ремо, прошедшей в 1920 году, в сферу британского мандата были переданы, в том числе, и территории к востоку от реки Иордан, на которых год спустя англичанами было создано государство Трансиордания; еврейским иммигрантам было запрещено селиться в нем. Каково было значение этого решения для будущего Палестины/Эрец-Исраэль? Значило ли создание арабского государства Трансиордания на большей части территории, переданной под британское мандатное управление, что на всей остальной территории будет в будущем создано еврейское государство, либо же, наоборот, подобно тому, как на восточном берегу Иордана было создано арабское государство, арабское государство будет создано и к западу от реки Иордан? Или, может быть, территория к западу от Иордана будет разделена в какой-либо пропорции (какой?) между арабами и евреями?


Ни евреи, ни арабы, ни даже англичане не представляли себе в начале 1920-х годов, какое политическое будущее ждет Палестину/Эрец-Исраэль. В этих условиях каждая из сторон прикладывала все возможные усилия для того, чтобы максимально увеличить свои шансы на обретение политического суверенитета в послемандатный период. Важно подчеркнуть, что сами мандатные власти не имели ясного и четкого видения желаемой для них будущей политической ситуации: понимая важность Палестины не только как страны, на карте которой значатся святые для христианского мира города Иерусалим, Назарет и Вифлеем, но и как региона, находящегося на пересечении торговых путей между Европой, Азией и Африкой, как «ворот» от Средиземного моря к нефтяным полям Среднего Востока, англичане не знали ни сколько они планируют пробыть в Палестине, ни на каких условиях они будут готовы уйти из нее. В этих условиях лидеры каждой из населявших страну национальных общин пытались повлиять на политику мандатных властей, максимально корректируя ее в свою пользу. С первых дней своего правления в Палестине/Эрец-Исраэль англичане оказались втянутыми в водоворот противостояния между палестинскими арабами и еврейским национальным движением.

Постановление о мандатном правлении в Палестине сформулировано в терминах, не предполагавших наличие межнациональной напряженности между населявшими страну общинами. Так, статья вторая этого документа гласила, что «страна – держатель мандата будет нести ответственность за создание в Палестине таких политических, административных и экономических условий, которые наилучшим образом обеспечат создание национального дома для еврейского народа», а также «обеспечит защиту гражданских и религиозных прав всех жителей Палестины, независимо от расовой и религиозной принадлежности». Иными словами, предполагалось, что создание национального дома для еврейского народа совместимо с защитой прав жителей Палестины иной расовой и религиозной принадлежности. Статья шестая декларировала, что мандатная администрация «будет обеспечивать наиболее благоприятные условия для еврейской иммиграции», «обеспечивая защиту прав и статуса других групп населения». На практике мандатные власти почти сразу же обнаружили, что возложенные на них обязанности являются несовместимыми между собой. Политические лидеры палестинских арабов выступали резко против еврейской иммиграции и создания в стране национального дома для еврейского народа, рассматривая и англичан, и евреев как «крестоносцев ХХ века», коих необходимо как можно быстрее изгнать с арабского Ближнего Востока. Надежды некоторых еврейских лидеров (Хаима Вейцмана, Моше Шарета и других) договориться с арабскими националистами о мирном сосуществовании и совместных действиях против английских властей по тем или иным причинам оказались тщетными.


Следует отметить, что глава военной разведки британских войск в Каире бригадный генерал Гилберт Клайтон (Gilbert Clayton), изначально бывший противником Декларации Бальфура, еще в мае 1919 года предупреждал вышестоящие инстанции о том, что строгое соблюдение англичанами Декларации может вызвать сопротивление палестинских арабов британским властям. По его словам, «палестинским арабам нужна эта территория, и они будут изо всех сил сопротивляться еврейской иммиграции всеми доступными им методами, включая акты насилия». Эти опасения были весьма небеспочвенными.

Уже в конце февраля 1920 года, одновременно с нарастанием напряженности на севере страны, арабы провели серию антисионистских демонстраций в городах и некоторых селах. В этих демонстрациях проявилось воодушевление палестинских арабов по поводу объявленной коронации Фейсала как будущего короля объединенной Сирии (включающей, с его точки зрения, и Палестину). В начале марта, на следующий день после коронации Фейсала, Палестину охватила новая волна демонстраций, которые на этот раз сопровождались многочисленными вспышками насилия. На этих демонстрациях произносились речи и выкрикивались лозунги в поддержку Фейсала, за арабский суверенитет и против сионизма. Обстановка была очень напряженной, и евреи Иерусалима всерьез опасались предстоящих в начале апреля мусульманских религиозных торжеств.

Беспорядки начались в Иерусалиме 4 апреля, после того как в город прибыли мусульманские паломники из Хеврона. Они толпились у Яффских ворот, размахивали портретами Фейсала и выкрикивали лозунги в поддержку арабской независимости и объединения Сирии. Беснующиеся демонстранты нападали на евреев как внутри Старого города, так и за его пределами, неподалеку от Яффских ворот. Беспорядки продолжились и на следующий день и утихли лишь 6 апреля. Пятеро евреев были убиты и около двухсот ранены. С арабской стороны погибло четыре человека; около двадцати были ранено, почти все от огня, открытого британскими военными и полицейскими. Большинство жертв среди евреев оказались из Старого города, поскольку командование «Хаганы» [отрядов еврейской самообороны] предположило, что арабы не будут нападать на жителей этой части Иерусалима, никак не связанных с сионистским движением, а направят свои атаки против еврейского населения новых районов Иерусалима. Основываясь на этом прогнозе, «Хагана» расположила своих бойцов в других районах. Однако наиболее серьезные беспорядки произошли именно в Старом городе. Некоторые утверждают, что организаторы демонстраций намеренно направили туда толпу; другое объяснение состоит в том, что англичане не позволили праздничной процессии двигаться по обычному маршруту, в направлении Шхемских ворот, и тогда арабы ворвались в Старый город через Яффские ворота.


Год спустя произошли новые беспорядки на националистической почве. 1 мая 1921 года евреи, проживавшие в городе Яффо, подверглись нападению со стороны арабов. На следующий день погромы перекинулись и на окрестные населенные пункты, охватив в течение нескольких дней Петах-Тикву, Хадеру и Реховот. Два небольших района Петах-Тиквы – Кфар-Саба и Эйн-Хай – были оставлены местными жителями и разрушены до основания. В ходе описываемых событий погибло 47 евреев (практически все – в Яффо и его окрестностях) и 146 были ранены. Среди арабов погибло 48 человек, и 73 было ранено. Только достаточно запоздалое вмешательство армии, которая действовала жестко и решительно, остановило беспорядки. Абсолютное большинство убитых и раненных среди арабов являлись жертвами столкновений с армией и с полицией.

Между волной насилия в апреле 1920 года в Иерусалиме и беспорядками мая 1921 года прошел всего год. В промежутке между этими событиями ситуация в Палестине/Эрец-Исраэль несколько изменилась.

Фейсал, инаугурация которого на трон короля Сирии (включавшей в себя также и Палестину) вызвала значительный ажиотаж среди палестинских арабов, в июле 1920 года был изгнан французами из Дамаска. После этого воплотить идею о Палестине как части «Великой Сирии», стала невозможно: в Сирии правили французские, а в Палестине – английские мандатные власти, имевшие весьма напряженные отношения между собой. В этих условиях арабские националисты в Палестине начинают собственную борьбу за независимость и суверенитет, воспринимая еврейское национальное движение как своего основного конкурента.

В Палестине военная администрация сменилась гражданским правлением. Место военных, симпатизировавших преимущественно арабам, занял Верховный комиссар Герберт Сэмюэл (Herbert Samuel, 1870–1963), еврей по происхождению, который, по небезосновательному мнению арабов, симпатизировал целям сионизма. В период пребывания Герберта Сэмюэля на посту Верховного комиссара численность еврейского населения в стране удвоилась (с 55 тысяч в 1919 г. до 108 тысяч в 1925 г.), было создано более пятидесяти новых еврейских населенных пунктов. В течение одного года, между апрелем 1920 г. и маем 1921 г., в Палестину прибыло более десяти тысяч евреев, которые приобрели тысячи дунамов земли. Сионистская организация получила официальное признание, были созданы органы местного самоуправления и основан Верховный раввинат. Иврит был признан одним из трех официальных языков Палестины/Эрец-Исраэль.


Однако каково бы ни было отношение Г. Сэмюэля к еврейскому национальному движению, он был и оставался официальным представителем британских властей, ставивших превыше всего необходимость соблюдения спокойствия и правопорядка на подмандатной территории. Британские власти не могли не отреагировать на произошедшие беспорядки. Чтобы предотвратить подобные инциденты в будущем, мандатные власти объявили о значительных изменениях в своей внутренней политике.

Уже 14 мая 1921 г. Г. Сэмюэль объявил о временном прекращении приема репатриантов. Прекращение репатриации явилось шагом навстречу одному из основных требований арабского населения Палестины. На протесты евреев по этому поводу Г. Сэмюэль отвечал, что репатриация будет возобновлена только после воцарения спокойствия в регионе.

3 июня 1921 года (в день рождения тогдашнего короля Британии Георга V) Г. Сэмюэль выступил с программной речью, в которой по новому изложил основные положения британской политики в Палестине. Что касалось еврейской иммиграции, он заявил, что ее масштабы «должны быть приведены в соответствие с экономическими возможностями Палестины», не конкретизируя при этом, кем и как именно будут измеряться эти «возможности». Эта витиеватая формулировка позволила англичанам чем дальше, тем больше накладывать ограничения на иммиграцию, при этом сохраняя свободу маневра и полный контроль над ситуацией. Говоря о Декларации Бальфура, Г. Сэмюэль заверил арабов, что в ней говорится всего лишь о том, что «евреи, как рассеянный по всему миру народ, сердце которого обращено в сторону Палестины, смогут найти в ней прибежище, и некоторым из них будет дана возможность … прибыть в Палестину, дабы содействовать ее процветанию на благо всех ее жителей». Важно отметить, что в своей речи Г. Сэмюэль заменил использованный в Декларации Бальфура термин «национальный дом» термином «прибежище», что в корне меняло представление о роли евреев в будущем политическом устройстве Палестины/Эрец-Исраэль. Г. Сэмюэль также объявил о том, что не будет создано еврейское правительство, наделенное полномочиями по управлению мусульманско-христианским большинством, и что все без исключения жители страны примут равное участие в формировании органов власти.


Эти положения были зафиксированы в опубликованной в июне 1922 года так называемой «Белой книге Черчилля» – первом из серии представленных парламенту отчетов о политических мероприятиях британских властей в Палестине. В этом документе Уинстон Черчилль (Winston Churchill, 1874–1965), годом ранее во второй раз назначенный на пост министра колоний, сформулировал тезис, согласно которому Декларация Бальфура предусматривала «не провозглашение всей Палестины еврейским национальным очагом, но создание такого очага на территории Палестины». «Белая книга» ставила перед собой цель развеять опасения арабов касательно роли Сионистской организации в управлении Палестиной. Статья четвертая Постановления о мандатном правлении в Палестине гласила, что Сионистская организация получит «статус официальной организации, в задачи которой входят консультации и сотрудничество с Администрацией Палестины в тех экономических, социальных и других вопросах, которые могут повлиять на создание еврейского национального дома, на интересы еврейского населения Палестины и … на развитие страны в целом». «Белая книга Черчилля» проясняла, что сфера деятельности Сионистской организации (в будущем – Еврейского агентства) ограничивается еврейской общиной, и что процитированная выше четвертая статья Постановления о мандатном правлении «не предоставляет ей права принимать какое бы то ни было участие в правительстве Палестины». «Белая книга Черчилля» пресекала любую возможность истолкования понятия «национальный дом» как «еврейское государство».

События 1920–1922 годов способствовали формированию модели, которая неоднократно воспроизводилась в мандатный период: арабы прибегали к насильственным методам в борьбе против евреев (и мандатной администрации); после этого назначалась комиссия по расследованию причин беспорядков; комиссия излагала свои выводы по поводу случившегося; исходя из этих выводов, правительство вырабатывало новую политическую линию в отношении палестинского вопроса. В 1920-е – 1930-е годы при помощи насилия арабы добились значительных результатов в политической сфере, однако так и не смогли выработать конструктивную позицию, адекватную региональной политической ситуации.


Отношение лидеров еврейского и арабского национальных движений к изменениям в политике Великобритании в отношении Палестины/Эрец-Исраэль было и оставалось весьма различным. Сионистские организации с болью и горечью констатировали изменения в британской политике, но каждый раз, пусть и с оговорками, принимали новую политику и продолжали конструктивное сотрудничество с мандатными властями, надеясь добиться максимум того, что было достижимо в складывающейся ситуации. Арабские националисты, со своей стороны, раз за разом отвергали все компромиссные предложения англичан, требуя создания арабского государства на всей без исключения территории Палестины.

Подобное отношение сторон отчетливо проявилось уже в их реакциях на «Белую книгу Черчилля»: Исполнительный комитет Сионистской организации неохотно согласился с изложенной в ней политической программой, тогда как лидеры палестинских арабов полностью отвергли ее. Так продолжалось на всем протяжении британского мандата: арабские волнения приводили к созданию комиссий по расследованию, выводы которой заставляли Лондон корректировать свою палестинскую политику, все дальше и дальше отходя от принципов Декларации Бальфура. После инициированных арабами в августе 1929 года беспорядков в Иерусалиме и Хевроне, в ходе которых были убиты и ранены более пятисот евреев (порядок был восстановлен только благодаря прибытию английского военного подкрепления из Египта, вызванного Верховным комиссаром сэром Гарри Чарльзом Луком (Harry Charles Luke), Британия направила в Палестину Комиссию по расследованию во главе с судьей сэром Вальтером Шоу (Walter Shaw). В отчете, поданном Комиссией Шоу Британскому правительству, утверждалось, что основной причиной «ненависти и вражды», которую арабы испытывают к евреям, является еврейская репатриация и приобретение сионистами арабских земель. Летом 1930 года похожий отчет был составлен по просьбе британского правительства и отставным офицером сэром Джоном Хоуп-Симпсоном (John Hope-Simpson). В августе 1930 года правительство Великобритании, основываясь на этих отчетах, опубликовало «Белую книгу Пасфильда» (названную по имени тогдашнего министра колоний Сиднея Уэбба, лорда Пасфильда, Sydney Webb, the Lord Passfield), значительно ограничившую еврейскую иммиграцию. Арабское восстание 1936–1937 годов привело к созданию новой комиссии – на этот раз ее возглавил лорд Эрл Пиль (Earl Peel), но наибольшим влиянием пользовался в ней оксфордский профессор Реджиналд Купленд (Reginald Coupland). Комиссия заслушала более ста тридцати свидетелей, среди которых были как евреи, так и арабы. Отчет комиссии, опубликованный в июле 1937 г., призывал к разделу Палестины на два государства: еврейское и арабское. Небольшая часть территории, а именно коридор, соединяющий Иерусалим с Яффо, должен был остаться под британским контролем. Хотя этот план предусматривал создание арабского государства на 85% территории Палестины/Эрец-Исраэль, лидеры еврейского ишува приняли, а арабские представители категорически отвергли его. В 1938 году для того, чтобы умиротворить растущее арабское недовольство британским правлением в Палестине, правительство назначило новую комиссию – на этот раз во главе с сэром Джоном Вудхэдом (John Woodhead) – для проверки осуществимости плана раздела Палестины согласно рекомендациям комиссии Пиля. В отчете, опубликованном осенью 1938 г., комиссия Вудхэда констатировала, что из-за сопротивления арабов идее раздела Палестины, осуществить его не представляется возможным. Год спустя началась вторая мировая война, и палестинский вопрос сошел с повестки дня. После окончания войны, в 1947 году, новый план раздела Палестины/Эрец-Исраэль был предложен полномочной комиссией ООН; и он был, хоть и с тяжелым сердцем, принят еврейской общиной – и отвергнут палестинскими арабами. Раз за разом условия предлагавшегося мирного соглашения были менее благоприятными для палестинских арабов: в 1937 г. им предлагалось создать государство на 85% всей территории подмандатной Палестины, в 1947 г. – на 45%, в 2000 г. (на переговорах в Кемп-Дэвиде и в Табе) – на примерно 22% (около 95% территорий Иудеи и Самарии, а также весь сектор Газа). Палестинские лидеры последовательно отвергали все эти (и им подобные) предложения, в результате чего палестинское арабское государство не создано до сих пор, хотя в учебниках, по которым занимаются палестинские школьники, оно не только фигурирует как субъект международного права, но и занимает всю (!) территорию подмандатной Палестины; существующего уже более пятидесяти пяти лет Государства Израиль на палестинских картах нет вообще. Нежелание политической элиты палестинских арабов пойти на компромисс в какой-либо форме, жесткая позиция «все – или ничего», и ныне, как и восемьдесят с лишним лет назад, приводит к краху все новых и новых витков переговорного процесса. За прошедшие десятилетия в мире произошли грандиозные изменения, однако непримиримая политика палестинских арабских лидеров в отношении сионистского движения была и оставалась практически неизменной.



Материал для дополнительного чтения (публикации Открытого университета):


  • Авива Халамиш, Иерусалим в период британского мандата, перевод с иврита М. Буман, С. Соломоник и Б. Дымарского под редакцией З. Катвана и А. Учителя // часть десятая курса «Иерусалим в веках» (Тель-Авив: Открытый университет Израиля, 1998).

  • Авива Халамиш, Британские мандатные власти, евреи и арабы Палестины/Эрец-Исраэль в 1917–1929 годах, перевод с иврита М. Урицкого под редакцией А. Эпштейна // часть вторая курса «От «национального очага» – к государству. Еврейская община Палестины/Эрец-Исраэль в 1917–1939 гг.» (Тель-Авив: Открытый университет Израиля, 2004, готовится к изданию).

  • Дан Хоровиц и Моше Лиссак, От ишува к государству, перевод с иврита В. Каплан под редакцией В. Ханина // часть первая курса «Власть и политика в Государстве Израиль» (Тель-Авив: Открытый университет Израиля, 1997).

  • Алан Даути, Становление государства и формирование нации, перевод с иврита М. Буман, С. Соломоник и Я. Синичкина под редакцией А. Эпштейна и Д. Зисерман-Бродской // часть первая курса «Становление израильской демократии. Первое десятилетие» (Тель-Авив: Открытый университет, 2001).