litceysel.ru
добавить свой файл
  1 2 3 4
Секретная интеграция 357


Мистер Макафи посмотрел на ребят. Не отрывая от них взгляда, он закурил новую сигарету, прику­рив от предыдущей. Невозможно было догадаться, о чем он думает.


  • Может, попозже,— сказал он, затушив старый
    окурок.— Сказать, почему я так нервничаю из-за
    этого? Из-за воды в бассейне, понимаете? Если закладываешь за воротник, то эта вода как-то странно на тебя действует. С тобой так не было, Хоган? — Хоган покачал головой.— Со мной было один раз, когда я был в армии.

  • Вы были на Второй мировой войне? — спро­сил Тим.— Дрались с японцами, да?

  • Не довелось,— ответил мистер Макафи.— Тог­да я был слишком молод.

  • Нам тоже не довелось,— сказал Хоган.

  • Нет, я служил во время войны в Корее. Только оставался в Штатах. Играл в оркестре — в военном оркестре, понимаете,— в Форте Орд в Калифорнии. Там на холмах вокруг залива Монтерей полно не­больших баров; любой, кто хочет, может запросто прийти в такой бар и начать играть. Туда ходили в основном профессиональные музыканты, которые раньше играли в Лос-Анджелесе, а теперь их призва­ли в армию, и они попали в Орд. Эти парни — мно­гие из них — играли в студийных ансамблях, так что
    часто можно было встретиться с каким-нибудь настоящим талантом. Как-то вечером завалились мы
    в один такой придорожный бар вчетвером и стали
    играть, и все так очень даже неплохо пошло. Мы все
    малость поднабрались, попивали винцо — вина там
    море, в этой самой долине, забыл, как называется.
    Так вот, пьем мы вино и играем — блюзы и все та­
    кое прочее, и тут в бар заходит эта леди. Белая леди.
    Вроде тех, что сидят у бассейнов и тянут коктейли
    на вечеринках. Усекаете? Полная такая дамочка, не
    то чтобы толстая, просто женщина в теле. И говорит

    нам, что, мол, хочет, чтобы мы пошли и поиграли


358 Рассказы

у нее на вечеринке. А день тогда был вторник или среда, и нам вроде как стало любопытно, чего это она устраивает вечеринку посреди недели. Так ведь, говорит, вечеринка идет с прошлых выходных, нон-стоп. Понимаете? Ну, мы идем, значит, к ней и ви­дим, что все так и есть, тетка нас не обманула. Шум и гвалт стоит такой, что слышно за милю. Наш ба­ритон-сакс, итальянец по имени Шелдон какой-то там, не успел в дверь войти, а ему на шею уже пара-тройка цыпочек бросаются и спрашивают,— ладно, вам еще рано знать, что именно,— но мы рассажива­емся и начинаем наяривать. Выпивки там хоть за­лейся, и все так и норовят угостить тебя. И знаете, что они пьют? Шампанское. Натуральное шампан­ское. Всю ночь хлещем мы это пойло, и к утру все уже лежат в отключке, и мы заканчиваем играть. Я пристраиваюсь возле барабанов и засыпаю. Про­сыпаюсь, потому что слышу, как девушка где-то смеется. Я встаю, солнце светит в глаза, времени ча­сов, наверное, девять или десять утра. По идее, мне должно быть погано, но я чувствую себя лучше не­куда. Выхожу я, значит, на эту терраску, там про­хладно и кругом туман, не такой, что по земле сте­лется, а просто не видно верхушек деревьев — сосен, надо думать, потому как стволы у них такие — пря­мые, одним словом. Все в этом белом тумане, а вни­зу океан. Тихий океан. И тишина такая, что даже сквозь туман слышно, как там на побережье бухают пушки: «Бум, бум». Это в Орде идут учебные стрель­бы. Я спускаюсь к бассейну и все думаю об этой девчонке, которая смеялась, и тут бац — из-за угла выбегает старина Шелдон, а за ним эта самая дев­чонка. Он врезается в меня, она не успевает остано­виться, и мы все трое валимся в бассейн, как есть во всей одежде. Вот тут мне и пришлось хлебнуть малость водички, и знаете, что со мной потом было? Я вдруг опять опьянел вдрызг, ничуть не меньше, чем ночью после всего этого шампанского. Как вам такой расклад, а?

Секретная интеграция 359


  • Все это очень здорово,— сказал Хоган.— За
    исключением выпивки, конечно.

  • Да, было здорово,— подтвердил мистер Мака-
    фи.— Единственное утро, которое я запомнил на
    всю жизнь.

На какое-то время он замолчал. Потом зазвонил телефон. Спросили Тима.

  • Эй,— раздался голос Гровера на другом кон­це,— можно к вам прийти? Этьену надо где-нибудь
    спрятаться на ночь.— Этьен, похоже, перепугался по
    поводу того, что устроил днем на бумажной фабри­ке. Он вдруг решил, что совершил настоящее пре­ступление и что полицейские, если его схватят,
    быстро узнают про остальные дела и будут беспо­щадны. А у Гровера его будут искать в первую оче­редь. Только в таком месте, как отель, у него был
    шанс не попасть в их лапы. Тим спросил мистера
    Макафи, тот ответил, что в принципе не против, но
    как-то неохотно.

  • Не волнуйтесь,— сказал Хоган.— Этьен просто боится. Как и вы.

  • А ты никогда не боишься? — спросил мистер
    Макафи. Голос его при этом как-то странно задро­жал.

  • Из-за алкоголя — нет,— ответил Хоган.— Та­
    кого со мной, пожалуй, не было.

  • О, у тебя еще все впереди. Я-то знаю.— Мис­тер Макафи неподвижно лежал на кровати, его
    лицо казалось особенно черным на фоне подушки,
    Тим заметил, что мистер Макафи сильно потеет.
    Пот стекал по его шее и впитывался в наволочку.
    Вид у него был нездоровый.

  • Может, вам что-нибудь нужно? — встревоженно спросил Тим. И, не услышав ответа, повторил вопрос.

  • Выпить,— театральным шепотом произнес ми­
    стер Макафи. И, показывая на Хогана, добавил: —
    Может, тебе удастся уговорить твоего приятеля

360 Рассказы

позволить мне чуток выпить, чтобы расслабиться. Честное слово, мне правда надо чего-нибудь выпить.


  • Нельзя,—сказал Хоган.—В этом вся суть.
    Я для того и пришел, чтобы вы не напились.

  • Говоришь, ты пришел, чтоб не дать мне вы­
    пить? Ошибаешься.—Он медленно поднялся, как
    будто у него болел живот или что-то внутри, и взял
    телефонную трубку.— Не могли бы вы принести нам
    бутылку «Джима Бима»,—сказал он,—и...— тща­тельно пересчитав людей в комнате,— три стакана?
    Да? Ладно. Хорошо, только один стакан. О, здесь
    уже есть один стакан.— И повесил трубку.— Лабухи своего не упустят,— добавил он.— Гулянка будет в Минджборо, штат Массачусетс.

  • Слушайте, зачем вы нас тогда позвали? —
    спросил Хоган. Голос его звучал упрямо и четко,
    а значит, он в любой момент мог расплакаться.—
    Зачем вы вообще связались с АА, если все равно собирались напиться?

  • Мне была нужна помощь,— начал оправды­
    ваться мистер Макафи,—и я думал, что мне по­
    могут. А ведь и правда помогли, верно? Подумать
    только, кого мне прислали.

  • Эй,— сказал Тим, и Хоган заплакал.

  • Ладно,— сказал мистер Макафи.— Валите от­сюда, ребята. Марш по домам.

Хоган перестал реветь и упрямо произнес:

  • Я остаюсь.

  • Черта с два. Убирайтесь. Вы большие шутники в этом городе, так что должны распознать, когда вас разыгрывают. Ты, парень, иди в АА и скажи, что они тебя подставили. Докажи им хотя бы, что умеешь проигрывать.

Все трое стояли и смотрели друг на друга в этой дешевой комнатушке, оклеенной обоями с хризан­темами в четыре цвета, с перечнем правил в рамоч­ке, висевшей возле двери, с пустым пыльным кув­шином и стаканом, единственным креслом, полу-

Секретная интеграция 361

тораспальной кроватью с бежевым покрывалом и за­пахом дезинфекции, и в какой-то момент им начало казаться, что никто никуда не пойдет, что они так и будут стоять застыв, точно восковые фигуры в му­зее, но тут появились Гровер и Этьен, и Тим с Хоганом впустили их в номер. Мистер Макафи, сжав кулаки, снова подошел к телефону.


— Будьте добры,— сказал он в трубку,— избавьте меня от этих детей. Пожалуйста.

Этьен выглядел так, будто еще не вышел из шо­кового состояния, и казался раза в два толще обыч­ного.


  • По-моему, полицейские нас засекли. Правда,
    Грови?— повторял он. Он притащил с собой все свое водолазное снаряжение, полагая, что оно стало бы неопровержимой уликой, если бы его нашли у него дома.

  • Он переволновался,— пояснил Гровер.— А у вас здесь что — проблемы?

  • Мы пытаемся удержать его от пьянства,— ответил Хоган.— Он позвонил в АА и попросил помо­щи, а теперь говорит: пошли вон.

  • Я полагаю, вам известно,— обратился Гровер
    к мистеру Макафи,— о позитивной корреляции меж­ду алкоголизмом и сердечной недостаточностью, хроническими заболеваниями верхних дыхательных путей, циррозом печени...

  • А вот и он,— сказал мистер Макафи.

Перед открытой настежь дверью возник Бето Куфифо, гостиничный коридорный и городской чу­дак, которому давно следовало бы уйти на пенсию и жить на социальное пособие, но он был мексикан­цем и разыскивался на родине за контрабанду или угон автомобиля — преступление варьировалось в за­висимости от того, кому он об этом рассказывал. Как он оказался в округе Беркшир, никто толком не знал. Его обычно принимали за франкоговорящего канадца или итальянца — единственных чужаков,

362 Рассказы

появлявшихся в этих местах,— и чувствовалось, что ему нравится эта легкая двусмысленность, из-за чего он, собственно, и застрял в Минджборо.

  • Одна бутылка спиртного,—возвестил Бето.—
    Шесть пятьдесят.

  • Как это шесть пятьдесят? — удивился мистер

    Макафи.— Импортное, что ли? — Он достал бумажник и мельком глянул внутрь. Тим разглядел там только одну купюру — доллар.


  • Спросите у них внизу,— сказал Бето.— Мое
    дело — принести.

  • Слушай, запиши ее на мой счет, а? — попро­сил мистер Макафи, протягивая руку к бутылке.

Бето спрятал бутылку за спину.

— Шеф сказал, чтобы вы сразу заплатили.— Ли­цо Бето было все в морщинах, и поэтому трудно бы­ло с уверенностью определить его выражение, одна­
ко Тиму показалось, что коридорный улыбается,
причем явно злорадно.

Мистер Макафи извлек из бумажника доллар и протянул его Бето.

— Держи, а остальное запиши на счет.— Тим видел, как мистер Макафи буквально обливается по­
том, хотя в комнате было довольно прохладно.

Бето взял доллар и сказал:

  • Остается пять пятьдесят. Извиняюсь, сэр, но
    вам лучше поговорить с шефом.

  • Эй, ребята, может, у вас есть какая мелочь? —
    спросил мистер Макафи.— Не одолжите мне пять
    с половиной баксов?

  • Только не на виски,— сказал Хоган.— Даже
    если бы у меня были деньги.

Остальные выгребли из карманов мелочь, и когда пересчитали, разложив монетки на ладошках, на­брался всего лишь доллар с четвертью.

— Остается еще четыре двадцать пять,— объявил Бето.

Секретная интеграция 363

  • Ты прямо как счетная машина,— крикнул ми­
    стер Макафи.—Брось ерепениться, парень, давай
    сюда бутылку.

  • Если не верите мне,— сказал Бето, кивком го­
    ловы показывая на телефон,— спросите внизу. Там
    вам то же самое скажут.

На секунду всем показалось, что мистер Макафи действительно может позвонить. Но, помолчав, он предложил:

  • Слушай, давай я с тобой поделюсь. Согласен?
    Полбутылки тебе. Небось хочется промочить горло
    после трудового дня?

  • Я эту гадость не пью,— ответил Бето.— Только вино. Спокойной ночи, сэр.


Он повернулся, чтобы закрыть дверь. И в этот момент мистер Макафи прыгнул на него, пытаясь выхватить бутылку. Бето от неожиданности выронил ее. Бутылка упала на коврик и откатилась на пару футов. Мистер Макафи и Бето сцепились и начали неуклюже бороться. Хоган схватил бутылку и выбе­жал в дверь; заметив его движение, мистер Макафи изрек что-то вроде «О Господи» и попытался вы­рваться из лап коридорного. Однако, когда он под­скочил к двери, Хоган был уже далеко. Как видно, мистер Макафи понял, что его не догнать, и обесси-ленно приник головой к дверному косяку. Бето из­влек из кармана расческу и причесал остатки волос. Затем, подтянув ремень, прошел мимо мистера Ма­кафи и направился к лифту, злобно оглядываясь на чернокожего постояльца, словно опасаясь, что тот снова может на него наброситься.

Гровер, Тим и Этьен застыли на месте, не зная толком, что делать. Мистер Макафи начал как-то странно хрипеть; ребята и не подозревали, чтб че­ловек может издавать такие звуки, лишь однажды они слышали нечто подобное, когда рыжий бездом­ный щенок по кличке Норман, любивший поиграть с Пьером, если тот не спал, наглотался куриных

/далее две страницы - 364 и 365 - в конце документа/




366 Рассказы

он сидел совершенно один на берегу возле доков и глядел на черный Залив, туда, где кончались огни, теряясь во мраке, и вы оставались наедине с этим огромным ничто; о драках уличных банд, изо дня в день происходивших на соседних улицах, или о драках на пляже под жарким летним солнцем; о джазовых вечеринках в Нью-Йорке, Лос-Анджеле­се, неудачных выступлениях с саксофонными груп­пами, о которых лучше и вовсе забыть (только как?); о полицейских, которые его забирали в участок, о камерах, где он побывал, и сокамерниках, которых звали, к примеру, Длинный Нож, Пако-с-Луны или Фрэнсис Икс Фаунтлерой (который спер у него заначенный бычок «Пэлл-Мэлл», пока он спал в то жуткое утро после пьянки с приятелем-киномехани­ком, когда они пили самогонку вперемешку с вини­щем код экраном кинотеатра для автомобилистов неподалеку от Канзас-Сити, и на этом громадном изогнутом экране громыхал фильм с Джоном Уэй-ном).


— «Кровавая аллея»,— пробормотал Тим.— Точ­но. Я видел этот фильм.

Потом мистер Макафи ненадолго заснул, а про­снувшись, начал громко вспоминать о другой де­вушке, с которой познакомился в автобусе; она игра­ла на тенор-саксофоне и только что ушла от белого музыканта, с которым жила. Они ехали из Чикаго на запад, сидели рядом на заднем сиденье над мотором и пели хором разные вещи, по очереди импрови­зируя, подражая джазовым инструментам, а потом ночью она спала, положив голову ему на плечо, и ее волосы сладко пахли и блестели в темноте; она выш­ла не доезжая Шейенна и сказала, что, пожалуй, по­едет в Денвер; и он больше никогда ее не видел пос­ле того, как бросил прощальный взгляд на ее тон­кую фигурку, бродившую возле старого кирпичного здания железнодорожной станции напротив автовок­зала, среди допотопных — точь-в-точь как в ков-

366 Рассказы

он сидел совершенно один на берегу возле доков и глядел на черный Залив, туда, где кончались огни, теряясь во мраке, и вы оставались наедине с этим огромным ничто; о драках уличных банд, изо дня в день происходивших на соседних улицах, или о драках на пляже под жарким летним солнцем; о джазовых вечеринках в Нью-Йорке, Лос-Анджеле­се, неудачных выступлениях с саксофонными груп­пами, о которых лучше и вовсе забыть (только как?); о полицейских, которые его забирали в участок, о камерах, где он побывал, и сокамерниках, которых звали, к примеру, Длинный Нож, Пако-с-Луны или Фрэнсис Икс Фаунтлерой (который спер у него заначенный бычок «Пэлл-Мэлл», пока он спал в то жуткое утро после пьянки с приятелем-киномехани­ком, когда они пили самогонку вперемешку с вини­щем код экраном кинотеатра для автомобилистов неподалеку от Канзас-Сити, и на этом громадном изогнутом экране громыхал фильм с Джоном Уэй-ном).

— «Кровавая аллея»,— пробормотал Тим.— Точ­но. Я видел этот фильм.


Потом мистер Макафи ненадолго заснул, а про­снувшись, начал громко вспоминать о другой де­вушке, с которой познакомился в автобусе; она игра­ла на тенор-саксофоне и только что ушла от белого музыканта, с которым жила. Они ехали из Чикаго на запад, сидели рядом на заднем сиденье над мотором и пели хором разные вещи, по очереди импрови­зируя, подражая джазовым инструментам, а потом ночью она спала, положив голову ему на плечо, и ее волосы сладко пахли и блестели в темноте; она выш­ла не доезжая Шейенна и сказала, что, пожалуй, по­едет в Денвер; и он больше никогда ее не видел пос­ле того, как бросил прощальный взгляд на ее тон­кую фигурку, бродившую возле старого кирпичного здания железнодорожной станции напротив автовок­зала, среди допотопных — точь-в-точь как в ков-


Секретная интеграция 367

бойских фильмах — повозок, на одной из которых лежал ее футляр с саксофоном, и она помахала ему рукой, когда автобус тронулся с места. А затем он вспомнил о том, как однажды точно так же сам ушел от Джил, только было это уже в Лейк-Чарльз, штат Луизиана, в те времена, когда Кэмп Полк еще не утратил своего значения и на улицах толпами броди­ли пьяные солдаты, распевая:

О призыве я думал с неизбывной тоской, Мне повестку вручили и отправили в строй,И сказали: «Сынок, ты нам нужен — Недобор у нас вышел большой». Так попал я в Б.У.А.


  • Что за Б.У.А.? — переспросил Гровер.

  • «Будущие учителя Америки»,— ответил мистер Макафи.— Крутая организация.

И Джил отправилась на север в Сент-Луис или куда-то еще, а он поехал домой в Бомонт, потому что его мать заболела. До этого он прожил с Джил два месяца в Алжире, городишке через реку напро­тив Нового Орлеана,— не так долго, как в Нью-Йорке, но дольше и спокойнее, чем в Лос-Анджеле­се, и на этот раз они пришли к грустному негласно­му согласию, что здесь, на этой станции, полной пьяных бродяг, посреди болот, посреди ночи они неизбежно должны расстаться.


  • Эй, Джил,— воскликнул мистер Макафи.— Эй, детка.

  • Кого вы зовете? — спросил Гровер.

  • Свою жену,— пояснил Тим.

  • Джил? — произнес Макафи. Его глаза были
    закрыты, он словно изо всех сил старался их от­крыть.— Джил здесь?

  • Вы сказали, что она приедет за вами,— напом­нил Тим.

  • Нет, не приедет. Кто тебе такое сказал, парень? — Его глаза внезапно открылись, пугающе

Секретная интеграция 367

бойских фильмах — повозок, на одной из которых лежал ее футляр с саксофоном, и она помахала ему рукой, когда автобус тронулся с места. А затем он вспомнил о том, как однажды точно так же сам ушел от Джил, только было это уже в Лейк-Чарльз, штат Луизиана, в те времена, когда Кэмп Полк еще не утратил своего значения и на улицах толпами броди­ли пьяные солдаты, распевая:

О призыве я думал с неизбывной тоской, Мне повестку вручили и отправили в строй, И сказали: «Сынок, ты нам нужен — Недобор у нас вышел большой». Так попал я в Б.У.А.

  • Что за Б.У.А.? — переспросил Гровер.

  • «Будущие учителя Америки»,— ответил мистер
    Макафи.— Крутая организация.

И Джил отправилась на север в Сент-Луис или куда-то еще, а он поехал домой в Бомонт, потому что его мать заболела. До этого он прожил с Джил два месяца в Алжире, городишке через реку напро­тив Нового Орлеана,— не так долго, как в Нью-Йорке, но дольше и спокойнее, чем в Лос-Анджеле­се, и на этот раз они пришли к грустному негласно­му согласию, что здесь, на этой станции, полной пьяных бродяг, посреди болот, посреди ночи они неизбежно должны расстаться.

  • Эй, Джил,— воскликнул мистер Макафи.— Эй,
    детка.
  • Кого вы зовете? — спросил Гровер.


  • Свою жену,— пояснил Тим.

  • Джил? — произнес Макафи. Его глаза были
    закрыты, он словно изо всех сил старался их от­
    крыть.— Джил здесь?

  • Вы сказали, что она приедет за вами,— напом­
    нил Тим.

  • Нет, не приедет. Кто тебе такое сказал, па­
    рень? — Его глаза внезапно открылись, пугающе







368 Рассказы

белые.— Надо ей позвонить. Эй? Хоган? Позвонишь ей от меня?

  • Я Тим,— сказал Тим.— Какой у нее номер?

  • В бумажнике.— Он достал из кармана потрепанный бумажник из коричневой кожи, битком на­битый всякой всячиной.— Сейчас— И он принялся рыться в бумажнике, перебирая бумажки и вынимая старые визитные карточки агентств по трудо­устройству, торговцев машинами, ресторанов, рас­положенных по всей стране; календарь двухлетней давности с расписанием футбольных матчей Техасского университета; фотографию, где был снят он
    сам в военной форме, улыбающийся рядом с девушкой в белом пальто, которая тоже улыбалась, потупив взгляд; запасной шнурок, прядь чьих-то волос в конверте с наполовину оборванным названием госпиталя в углу; старое водительское удостоверение армейского образца, давным-давно просроченное; пара сосновых иголок, кусочек язычка от саксофо­на, клочки и обрывки разноцветных бумажек. На одном таком листочке голубого цвета было написа­но «Джил» и указан нью-йоркский адрес и номер те­лефона.

  • Вот.— Он протянул листочек Тиму.— Позвони ей за ее счет. Знаешь, как нужно звонить? — Тим кивнул.— Закажи междугородний разговор и попро­си позвать мисс Джил...— Он щелкнул пальцами, вспоминая фамилию,— ...Джил Пэттисон. Да.
  • Уже поздно, — заметил Тим. — Может, она

    спит? — Мистер Макафи ничего не ответил. Тим
    вызвал оператора и заказал междугородний разго­вор.— Я должен назвать свое имя или нет?


  • Нет, нет, скажи, что звонит Карл Макафи.—
    Связь как будто оборвалась. Когда телефонистка
    дозвонилась, никто долго не брал трубку.

  • Нет, ее здесь нет,— ответил наконец мужской
    голос— Она уже неделю как уехала на Западное по­бережье.

Секретная интеграция 369

  • Вы не знаете другого номера, по которому ей
    можно позвонить? — спросила телефонистка.

  • Где-то был адрес— Мужчина отошел от теле­
    фона. Наступила тишина, и в какой-то момент Тим
    почувствовал, что одной ногой он стоит на самом
    краю пропасти, по которому ходил — Бог знает,
    сколько времени,— сам того не подозревая. Он посмотрел вниз и тут же в страхе отпрянул, но при
    этом успел уловить неприглядность ночи — ночи,
    которая была здесь, и в Нью-Йорке, и, наверное, на
    том побережье, о котором говорил мужчина по теле­фону; эта ночь накрыла всю землю, скрыв во мраке
    и без того еле различимых крошечных людей; и Тим
    подумал о том, как трудно, как безнадежно трудно
    найти человека, который вам вдруг понадобился,
    если только вы не живете с ним всю жизнь в одном
    доме, как Тим со своими родителями. Он бросил
    взгляд на человека, лежащего на кровати, и только
    сейчас осознал, насколько одинок и потерян мистер
    Макафи. Что будет он делать, если им не удастся разыскать эту девушку? Тут мужчина на другом конце снова взял трубку и прочел адрес, Тим его записал, а телефонистка спросила, надо ли звонить в спра­вочную Лос-Анджелеса.

  • Да,— сказал мистер Макафи.

  • Но если она в Лос-Анджелесе, она не сможет

    приехать за вами.


  • Мне надо с ней поговорить.

И Тим еще некоторое время слушал потрески­вание и шорохи в трубке, словно чьи-то пальцы ша­рили в темноте, простершейся над всей страной, пытаясь на ощупь отыскать одного из миллионов живущих в ней людей. Наконец ответил женский голос, это была Джил Пэттисон. Телефонистка со­общила, что с ней за ее счет хочет говорить Карл Макафи.

— Кто? — не поняла девушка.

370 Рассказы

Раздался стук в дверь, и Гровер пошел открывать. Телефонистка повторила имя мистера Макафи, и де­вушка вновь спросила: «Кто?» В дверях возникли двое полицейских. Этьен, сидевший за кроватью, взвизгнув, сиганул в ванную и с громким всплеском плюхнулся в воду.

  • Леон, который дежурит внизу, попросил нас
    посмотреть, что здесь происходит,— начал один из
    полицейских.— Этот тип привел вас сюда, ребятки?

  • Дежурный знает, что мы сами пришли,— сказал Гровер.

  • Так что мне делать? — спросил Тим, помахав
    телефонной трубкой.

  • Повесь трубку,— сказал мистер Макафи.— От­
    бой.— Он лежал, сжимая кулаки и глядя на полицейских.

  • Слушай, приятель,— заговорил второй поли­цейский,— коридорный сказал, что у тебя тут не набралось денег на бутылку виски, так?

  • Верно,— ответил мистер Макафи.

  • Номер стоит семь долларов в сутки. Как собираешься расплачиваться?

  • Никак,— сказал мистер Макафи.— Я бродяга.

  • Вставай,— скомандовал первый полицейский.

  • Эй,— крикнул Тим,— не забирайте его. Он болен. Позвоните в АА, там о нем знают.

  • Остынь, сынок,— сказал другой полицейский.—Он бесплатно переночует в хорошей комнате.
  • Позвоните доктору Слотропу,— сказал Тим.

    Полицейские подхватили мистера Макафи с кро­вати и повели к двери.


  • А мои вещи? — спросил тот.

  • Кто-нибудь о них позаботится. Пошли. И вам,
    детки, давно пора по домам.

Тим и Гровер поплелись за ними в коридор, спу­стились на лифте в холл и, пройдя мимо портье, вышли на пустынную улицу, где полицейские уса­дили мистера Макафи в патрульную машину. Тим

Секретная интеграция 371

подумал, что, возможно, слышал их голоса по радио у Гровера, возможно, они возникали в его снах.

  • Поосторожней с ним,— крикнул он полицейским.— Он правда болен. О нем надо позаботиться.

  • Уж мы-то о нем позаботимся,— сказал полицейский, который сел на заднее сиденье.— И он знает об этом. Верно? Посмотри на него.

Тим посмотрел. Но сумел разглядеть только бел­ки его глаз и блеск пота на скулах. Затем машина, протяжно взвыв, умчалась прочь, оставив после себя запах резины. С тех пор мистера Макафи они боль­ше не видели. На следующий день они заходили в участок, но там им сказали, что его увезли в Питт-сфилд, и невозможно было проверить, действитель­но ли это так.

Спустя несколько дней бумажная фабрика вновь заработала, и надо было готовиться к очередной операции «Спартак», а тут еще Нунци Пассарелле пришла в голову одна идея: он предложил раздобыть на свалке у отца Этьена пару автомобильных акку­муляторов, несколько фар и немного тошнотно-зе­леного целлофана, повесить фары возле железнодо­рожного перегона на выезде из Минджборо, где по­езд замедляет ход перед поворотом, собрать человек пятьдесят ребят, надеть резиновые маски-страшил­ки, накидки и самодельные крылья, как у летучих мышей, засесть на склоне у железной дороги и, ког­да из-за поворота появится поезд, включить фары с зеленым целлофаном и посмотреть, что будет. И хо­тя удалось собрать только половину от намеченного количества ребят, все прошло вполне успешно: по­езд затормозил с жутким скрежетом, тетки завизжа­ли, проводники заорали. Этьен вырубил свет, и де­ти, поднявшись по насыпи, разбежались кто куда. После этой проделки Гровер, который в тот вечер был в маске зомби собственного изготовления, вы­сказал странную мысль: «Я теперь чувствую себя по-другому и гораздо лучше, после того как побыл


372 Рассказы

зеленым, пусть даже тошнотно-зеленым, пусть даже всего одну минуту». И хотя они об этом больше не говорили, Тим чувствовал себя точно так же.

Весной Тим с Этьеном впервые в жизни забра­лись на товарный поезд и доехали до Питтсфилда, где им надо было встретиться с торговцем по имени Арти Когномен. Это был толстяк с непроницаемым лицом, раньше живший в Бостоне и похожий на члена городского управления; он курил трубку с ча­шечкой в виде головы Уинстона Черчилля с сига­рой. Арти продавал разные забавы и штуки для ро­зыгрышей.


  • Есть отличное жидкое стекло, только что при­было,— сообщил он.— А также широкий выбор зву­чащих подушек, взрывающихся сигар...

  • Не надо,— отрезал Этьен.— Что у вас есть, что­бы изменить внешность?

Арти продемонстрировал им все, что у него было: парики, накладные носы, очки с подрисованными вытаращенными глазами и прочую дребедень. Но они в конце концов выбрали только усики, которые легко прицеплялись под нос, и две баночки черной краски для лица.

  • Вы, парии, похоже, не цените достижений прогресса,— сказал мистер Кошомен.— Эта ерунда пы­лится у меня уже много лет. Может, она уже и не
    черная вовсе. Вы что, собираетесь воскресить водевиль?

  • Мы собираемся воскресить друга,—не задумываясь выпалил Этьен и удивленно переглянулся с Тимом, как будто эти слова произнес кто-то чет­вертый в комнате.

Затем летом семья Баррингтонов поселилась в Нортумберлендских Усадьбах, и дети, как обычно, узнали об этом заранее. Их родители вдруг стали го­ворить о приезде Баррингтонов больше, чем о дру­гих новостях. В их разговорах стали звучать такие

Секретная интеграция 373

слова, как «обесценивание недвижимости» и «интег­рация».


  • Что такое интеграция? — спросил Тим у Гро-
    вера.

  • Я знаю, что интегрирование — это операция,
    обратная дифференцированию,— ответил Гровер,
    затем провел на доске оси х и у кривую.— Пусть
    это будет функция от х. Рассмотрим значения кривой на малых отрезках по оси х,— и он провел не­
    сколько вертикальных линий от кривой на ось х, на­
    подобие вертикальных прутьев тюремной решет­ки,—их может быть сколько угодно, и они могут
    располагаться как угодно близко друг к другу.

  • Пока этот кусок не станет сплошным,— сказал Тим.

  • Нет, он не может стать сплошным. Если бы
    там была тюремная камера и эти линии — прутьями
    решетки, а тот, кто сидит за ней, мог бы делаться
    каким угодно маленьким, то он всегда мог бы стать
    достаточно худым, чтобы протиснуться через эти
    прутья. Как бы плотно они ни располагались.

  • А может, есть какая-нибудь другая интеграция? — поинтересовался Тим.

  • Про другие я не слышал,— ответил Гровер.

В тот же вечер они включили подслушивающее устройство в спальне родителей Гровера, чтобы, если повезет, узнать что-нибудь новое о приезде негритянской семьи.

  • Наверху все очень волнуются,— сказал мистер Снодд.— Не знают, начать продавать сейчас или все-таки попробовать переждать. В общем, того и гляди, начнется паника.

  • Слава Богу,— сказала мать Гровера,— что у них нет детей, а то и в АУР тоже была бы паника.

Заинтригованные, они послали Хогана на сле­дующее заседание АУР, чтобы выяснить, что там происходит. Хоган доложил о том же самом: «Гово­рят, что ребенка на этот раз нет, но надо думать



<< предыдущая страница   следующая страница >>