litceysel.ru
добавить свой файл
1 2 ... 10 11
В Москву и обратно.



Глава первая.

Знакомство с Зоной.


Никто из нас не собирался всерьез направиться к тому-самому легендарному месту. У нас просто был небольшой тур по городам Украины. Толковая организация помогала зарабатывать даже теперь, в тяжелые времена тотального мирового кризиса, вызванного нехваткой ресурсов, как в энергетике, так и в прочей промышленности. Полярности смещались. Перепроизводство соседствовало с нищетой и голодом в странах Африки. Но наивным было бы полагать, что кризис затронул лишь Америку, как завещали наши экономисты, досталось всем, и вновь, как в лихие 90-ые в России выживали.

После очередного концерта мы сидели в клубе, отмечали успех, и, как всегда бывает, к нашему столику подошли фанаты, чтобы взять автографы, сфотографироваться, и обменяться последними новостями.

Не сказать, что граница со стороны России для них была закрыта, однако, теперешняя сугубо «демократическая» власть чинила всякие препоны на пути выезда своим гражданам, что смотрелось вдвойне смешно, из-за того, что в основном именно они наполняли реальными деньгами бюджет страны, заработав их в России.

Но после нескольких коктейлей геополитическая ситуация в мире отошла на второй план. Моя старая знакомая весело щебетала о последних новостях в Фан-клубе, но потом вдруг затихла на какое-то время, когда я спросил про одного паренька, который примелькался в течение последних пяти лет в первом ряду.

- Понимаете, - немного замявшись, сказала она, - Илья… ушел в… Зону… и… с тех пор никто не знает где он… и что с ним.

- Неужели кто-то по своей воле может отправиться туда? Это же настоящее безумие! – возразил я, - там же радиация, и масса опасных для жизни мутантов и аномалий, я видел по телевизору как-то.

- Илья был из тех, кто не боялся рисковать. А вы бы рискнули? – ее зеленые глаза с вызовом смотрели на меня. Она старалась доказать мне, что я бы не рискнул, что светлая память его друга не достойна сегодняшних разговоров о нем. И скорее всего ничего бы не было…


- Ну, разве что на экскурсию, - храбрился я, потому что знал, что за этим не последует ничего, или же она обидится, как это часто бывает. Я готов был к любому исходу, поэтому смотрел с некоторой наигранной важностью.

- Конечно, - скривила губы она, - какой-то фанат… какая-то Зона… вам-то что?

- Прости, а что я должен ломануться искать какого-то парня черт-знает-где?

- Вы давно никому ничего не должны, - резюмировала она, гордо встав из-за стола.


Вот так и началось мое путешествие в Зону.

На следующий день наша группа в полном составе отправилась в известную в Киеве гостиницу, где и собирались такие же любители приключений, как мы. Здесь устраивались платные автобусные мини-туры в Зону, или планировались индивидуальные экскурсии. С северной окраины Киева до Чернобыльской АЭС где-то сто двадцать километров.

Конечно, Юра, как самый нормальный из нас человек резюмировал наше предприятие следующим образом: «все вы спятили, особенно вы, молодежь! Вам же еще жить и жить, а какие у вас дети будут одному богу известно, после таких вот «экскурсий» !».

Но кто же слушает голос разума, когда впереди столько всего интересного? Да и к тому же желание доказать себе и всему миру, что ты чего-то стоишь! А тут еще один из таких же счастье - искателей заметил, что там и заработать неплохо можно.

Помниться по телевизору рассказывали что-то на эту тему, вскользь припомню несколько сайтов, где обсуждался тамошний «хабар». Ну, и некоторые приятели рассказывали о том, что какой-то знакомый-знакомого защитил диссертацию по одному из артефактов найденных там. Я себе все это представлял весьма условно, по книжке братьев Стругацких не более того.

В конечном итоге группы на экскурсию к концу первого дня так и не набралось, и желающих из моих бойцов так же убыло. В итоге, я вместе с Андреем обнаружили себя в похмельном состоянии в раздолбанном «москвиче» неподалеку от широкого поля.


- Значит так, - растолкав нас, начал какой-то мужик. Интересно, когда мы собственно успели познакомиться? – Сейчас через поле до деревни, там прикиньтесь лохами, типо на экскурсию приехали, идете до самого ее конца, остановитесь в последнем доме, скажите от меня, – мужик втиснул мне в руку записку с какими-то непонятными цифрами, - это покажешь хозяину. Скажешь, что все оплачено. Он даст вам снаряжение и проводника. На этом все, здравы будьте!

В небольшом домике на окраине богом позабытой деревни, окна были заколочены. Покосившаяся крыша, и просевшая дверь свидетельствовали о том, что редко здесь обитали люди. Но, обойдя вокруг дома, мы с Андреем натолкнулись на другую дверь, выглядела она как будто ее поставили едва ли месяц назад, на недавно смазанных петлях, она смотрелась архаично. Но отступать было поздно. Во всяком случае, дух авантюризма ли, или откровенная глупость, теперь полностью завладели нашими душами.

Постучав в дверь условным стуком, я, на всякий случай, отступил на пару шагов назад, оказалось не зря потому что, она довольно резко распахнулась, а на пороге появился невзрачный человек. Скривившись в противной ухмылке, он сделал нам приглашающий жест, и мы невольно шагнули под свод душных сеней.

- Ну, что сталкеры пожаловали? – раздался голос откуда-то изнутри.

В темной комнате было душно, сильно чадила керосиновая лампа, в тусклом круге света сидел еще один не менее серый человек. Лица обоих были обыкновенными. И в другой обстановке ни я, ни Андрей никогда не запомнили бы их.

- Приметные вы какие-то слишком, часом, не уголовники ли? – спросил «проводник».

- Нет, - ответил я, - мы музыканты, а сейчас хотели бы напроситься к вам на экстремальную экскурсию.

Тот человек, который сидел, снова нехорошо усмехнулся…

- Ну что же, можно, - рассудительно произнес он, - покажите ваши так сказать, гарантии.

Почему-то я сразу понял, о чем идет речь, и протянул тому бумажку, которую накануне вручил мне водитель.


- Что ж… раз так… - говоривший стал серьезнее, - тогда извольте… раз все оплачено… можете звать меня Малдер, это кличка такая… а вот его Проводник… стало быть, сейчас подберем вам амуницию, а на завтра и начало экскурсии. Стоит ли вам говорить, о том, что все правила, о которых я поведаю, написаны кровью?

Андрей уже был ни рад, что мы ввязались во всю эту авантюру. Ему уже хотелось домой. «Умный человек в Зону не пойдет» вертелось и у меня в голове.

- Первое правило, - начал Малдер, - никому не доверяй. Особенно не доверяй тому, что видишь, да и тому, что слышишь - тоже не доверяй. Мы с вами не станем забираться глубоко в Зону, тем не менее, учтите, что все порождения ее хуже, чем вы себе представляли, и опаснее, чем вы думаете. Трамплин, жарка, комариная плешь, ведьмин студень… это не просто «чтобы поржать». Зомби, черные собаки, слепые псы, кенги, псевдоплоть и псевдоовца; я думаю, уж на контролеров мы с вами нарваться точно не планируем, однако, чем черт не шутит. А раз так, то вам пока мы за вас отвечаем - надлежит учить матчасть.

По мимо вышесказанного, никакие предметы без необходимости не трогайте, стреляйте первыми, если увидите кого-то подозрительного… и последнее - отныне ваши прежние имена больше не существуют. Вот ты малой – будешь Заяц, потому что боишься, хоть и делаешь вид, что Лев. Тебе не хочется идти в Зону, но то ли боишься его вот ослушаться, Малдер показал на меня, то ли сам еще не знаешь, что Зона позвала. А ты… - наши взгляды встретились, я и сам было рад отказаться, лишь бы убраться отсюда, но что-то было здесь, что-то ради чего надо было остаться… - ты будешь Бес… - голос Малдера сделался другим, - потому, что ничего у тебя больше не осталось, и домой ты не вернешься, потому что ты знаешь, зачем пришел…

Я усмехнулся, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, чтобы Андрей не заподозрил, что мне сделалось очень сильно не по себе.

- Ну ладно, если таковы правила этой игры…


- А это не игра, - вмешался молчавший до толе Проводник.

- Не важно… - отмахнулся я…- мы принимаем их.

- Вот и славно, - примирительно заметил Малдер, - вам бы еще и подстричься не мешало обоим - противогаз-то неудобно надевать, и вот вам «Путеводитель» последнее издание. Изучите то, что может вас уничтожить.

На ночлег нас определили в сарае, выдали снарягу, в паре рюкзаков компактно размещалось все, что было необходимо для выживания в течение недели. Так же к ним крепились пенки и спальники.

Больше всего нас удивили незаряженные автоматы, большие охотничьи ножи и два пистолета, судя по всему, пневматика. Впрочем, за последние десять лет, мне не приходилось держать в руках, ничего страшнее винтовки, да и то в шутку. Андрей иногда ходил в тир, но как и все - больше дурачиться. Куда мы вляпались?

Андрей смотрел на меня несколько угрюмо.

- Мне хотелось бы покинуть это место…- немного нервно заметил он.

- Мне бы тоже.

- Так в чем проблема? Зачем нам все это надо?
- Ты слышал, что за некоторые камешки, принесенные с той стороны кордона можно получить вполне реальные деньги, да мало того нам этих денег на три альбома вперед хватит…

Это ненадолго ослабило сомнения солиста, но глаза его все еще светились недоверием. Я отлично понимал его, но теперь от меня требовалось одно – выспаться, и прочесть то пособие, иначе сложно было назвать «книгу» выданную Малдером и Проводником. Уже от первых строк мне сделалось нехорошо. Будто бы все детские кошмары разом материализовались здесь. Но все они, в отличие от детского подкроватья были реальными и очень опасными. Андрей почему-то читать «Путеводитель» отказался, признаться, я и не настаивал, нам предстояло очень опасное приключение и это заставляло течь кровь по жилам быстрее, и в то же время волосы шевелились на затылке при мыслях о том, что же может произойти завтра.

Рано утром Малдер пришел за нами. Ни слова не говоря, кинул пару армейский пайков, саморазогревающиеся консервы и еще что-то вроде того. Андрей суетился. Я буквально кожей ощущал, как ему претит вся та ситуация в которой волей своей глупости мы оказались.


Наскоро позавтракав, мы облачились в костюмы, которые принес тот же Малдер, получили патроны к оружию – пять рожков армейский стандарт, и отправились вслед за ним и Проводником к периметру Зоны. Кроме всего прочего нас предупредили об антирадах, которые непременно следовало принимать, и витаминах для общего укрепления организма так сказать, помощи ему-родимому в борьбе с окружающей средой.

Малдер покинул нас у колючки. Проводник был неразговорчив, лишь скупо командовал нашими действиями.

- Идете за мной след в след. Полоса заминирована. Всем понятно?

И мы пошли. Двигались медленно, хотя, казалось бы, какие-то пять-шесть метров. Когда колючка осталась позади мы вздохнули свободно, оказалось довольно рано. Проводник выдал нам ПДА – личный наручный компьютер, чем-то похожий на традиционный КПК. Своеобразный паспорт личности. ПДА, включал в себя детектор аномалий и живых движущихся объектов, датчиком радиации и непосредственно КПК.

Программ в ПДА было немного, но все они были жизненно необходимы здесь, как объяснил Проводник. В Зоне существовала своя интер-сеть с новостями, импровизированным чатом и идентификаторами сталкеров.

- Значит так, ПДА включите в ждущий режим, нечего зря внимание привлекать, идете за мной и запоминаете, что я делаю, смотрите на детекторы, смотрите на ПДА, постарайтесь почувствовать Зону. Вам же будет легче. Если подымится ветер – надевайте респираторы.

Мы согласно кивнули, и двинулись за ним, стараясь не очень глазеть по сторонам, а больше смотреть под ноги и на Проводника, но было уж очень интересно…

Раньше я едва ли мог поверить, что ауру какого-то места можно почувствовать, не мог поверить, в общем, и в то, что некая аура вообще может существовать, но здесь все было иначе, чем где-либо. Все мое естество откликалось на еле слышный шепот окружающего пространства. У меня появилось навязчивое чувство дежавю. Будто я бывал здесь раньше много раз. Вдруг вроде бы и ни к месту вспомнилось, как еще мальчишкой со своим закадычным другом мы лазили на стройке, нашли какую-то позолоченную проволоку, как приписали ей некие магические свойства, и что-то там даже срабатывало, или нам хотелось верить в то, что срабатывало. Наверное, только там, только «в тогда» - я чувствовал нечто похожее на это ощущение. Когда вся окружающая среда изучает тебя и ты, входя с ней в контакт, чувствуешь всякую ее вибрацию.


Мы шли по некой тропе проложенной Проводником среди аномалий. Как ни старались мы с Андреем смотреть под ноги, все равно больше получалось, что глазели по сторонам. Никто из нас мирно живущих по другую сторону колючей проволоки никогда ничего подобного не видел. Сложно было разобраться в себе, в своих чувствах, а уж когда мы увидели первое живое порождение Зоны…

Как сказал Проводник - это были крысы, только походили они больше уж скорее на тушканчиков. Здесь их обыкновенно называли кенги. В первый момент нам стало страшно, ведь так издеваться над природой, казалось, не мог ни один генный инженер. Но в следующие несколько минут в душе моей и в мыслях наступил полный штиль. Я топал за Проводником, пялясь на окрестности и детектор и чуть было не влетел в заботливо поставленную на нашем пути аномалию – ведьмин студень.. .

- С ума сошел! – прокомментировал мою беспечность Проводник, - то, что тебя приняла Зона, еще не значит, что она не станет испытывать тебя, и не значит, что ты должен стать абсолютным болваном и перестать смотреть себе под ноги.

Мне сделалось стыдно, и дальше мы шли, уже внимательно глядя себе под ноги, сверяясь с проложенным маршрутом и детекторами, углубляясь все дальше к заброшенному строению, коих в Зоне насчитывалось великое множество.

- Там мы проведем первую ночь, потом дойдем до заброшенного поселка, постреляем, если придется, вы соберете артефакты, если таковые будут иметься, потом снова сюда, еще одна ночь и домой.

Нас устроил такой расклад, а Андрей, по-моему, счастлив был уже теперь вернуться обратно, но выходило то всего – ничего - дело плевое. Ночью дежурить довелось мне, а под утро меня сменил Проводник. И все шло без неожиданностей. Я подремывал, и ощущал, что Проводник тоже прикорнул на посту. «Какое непростительное упущение», - подумал я, и понял, что мысль была не моей, а чьей-то чужой, я вскочил на ноги, очень резко, схватив автомат, снял его с предохранителя. Все, что происходило с моим телом, я видел будто бы со стороны, и в то же время отдавал себе отчет в том, что я делаю. Я толкнул Андрея, велел ему подниматься, не стал заморачиваться на сворачивание палатки, подхватил свой рюкзак. Андрей спросонья протестовал, пытался что-то говорить, однако, следы черной краски на нашей палатке говорили более красноречиво, чем все мои суетливые действия.


Андрею хотелось убедить себя, что это дурной сон, а другие, чужие сталкеры, или кто они там, просто испачкали нашу палатку, чтоб мы испугались до усрачки… это была вовсе не кровь! Проводник не погиб, а сейчас вернется, и спросит, чего это мы нарушаем технику безопасности.

Но этого не произошло, а мы двигались вперед. Куда вперед, я и сам точно не знал. Я не знал точной дороги, я не мог сейчас самостоятельно проложить курс. Я боялся послать сигнал о помощи, потому что, несмотря ни на что, самой страшной тварью в зоне оставался все же человек, поэтому я просто шел, поглядывая на детектор аномалий, и, следя за появлением неподалеку жизненных форм.

Нам удалось довольно быстро миновать пологий холм, и спуститься в низину, где трава искрилась серебром в неверном свете луны, следуя наитию, я повел Андрея в обход странного луга с серебряной травой, мимо странных растений, распускающих вокруг фосфорицирующие ни то усики, ни то ветки; по большому счету в Зоне все было странным. И я шел наобум, наудачу, повинуясь странному чувству, зародившемуся внутри меня, как будто раньше струны моей души не были натянуты и провисали, а теперь все было другим новым. Я не знаю, почему Андрей слушался меня, может быть потому, что больше некого здесь было слушаться, а может потому, что сильно боялся, и предпочел доверить принятие решений кому угодно, только, чтобы самому не пришлось принять неверного решения.

Рассвет застал нас на полпути к заброшенной деревне, теперь я, наконец, разобрался, как загрузить координаты в систему, и сориентировался на местности. Андрей был подавлен, но у него не было сил, чтобы бояться еще больше, мне казалось, что еще немного и я потеряю его. Это сложно было объяснить рационально. Поэтому когда мы остановились немного передохнуть, я посмотрел ему в глаза и сказал:

- Мы выберемся отсюда обязательно. Только в Зоне нельзя возвращаться тем же маршрутом, что пришли, сейчас мы передохнем немного, и двинемся курсом, который я набросал, как будто бы в той стороне все довольно спокойно, я думаю, мы справимся, и я тебе обещаю, что после этого уже никогда не решусь ни на какие авантюры.


Он слабо улыбнулся, но я увидел в его глазах главное – надежду. Значит теперь у нас появился шанс.

Двигаться мы начали медленно, я старательно вымерял маршрут, значительно этому способствовали гайки с белыми ленточками, которые я бросал впереди себя. Забавно, когда-то такие же привязывали на антенну моей машины. Теперь все прошлое казалось нереальным, как будто это происходило не со мной. Реальностью была Зона и наш долгий путь обратно.

Инстинктивно я поднял с землю продолговатый осколок стекла, он выглядел так, будто оплавленный. Осторожно я положил его в контейнер для артефактов, выданный мне Проводником вместе со всем прочем оборудованием, и мы двинулись дальше.


Когда на нашем пути стали попадаться разномастные сталкеры, я понял, что нам повезло. Мы выбрались живыми из Зоны. Я обратился к случайному встречному с вопросом, где можно передохнуть, тот был хмур, отозвался о нас весьма нелестно, ибо наша пара для него была хуже армейских духов, но он показал в сторону помещения называемого «Бункер».

«Бункер» оказался баром, обшарпанным и грязным, сейчас в нем почти не было народа, лишь бармен, если его можно было так назвать, и некий неприметный человек в камуфляжном костюме за столиком в тени. Мы опустили рюкзаки на пол и присели за стойку.

- Добро пожаловать, - улыбнулся бармен, - новенькие?

- Да, - не стал скрывать я, - вообще-то мы туристы… вроде как… экстрима захотелось, вот и нашли его на свою голову… нам бы до большой земли теперь добраться, вы не могли бы нам помочь?

- Отчего же не помочь? – улыбнулся бармен, и клянусь, я готов был в тот момент молиться на этого человека, и заплатить ему буквально любую цену, которую он попросит. Через минуту, я с удивлением понял, что эмоции эти не мои, скорее всего Андрея… - для новичков экипированы вы неплохо, но выглядите так, словно от смерти ушли.

Мы заказали пива, и за его употреблением, незаметно сами для себя рассказали Сторожу нашу историю.


- Вам еще очень повезло, - кивнул он многозначительно, -да очень-очень. Я думаю, вам Зона дает второй шанс. Отправить обоих сразу я, правда, не смогу, кому-то из вас придется перекантоваться как-то пару дней, но думаю, что это не страшнее, чем то, что вам уже довелось пережить.

Я утвердительно кивнул, и сказал, что на пару дней задержусь, в этом нет ничего страшного. Сторож кивнул, лукаво сощурившись. Как будто знал, что больше в тот мир, откуда мы явились, я уже не смогу вернуться.


Через пару дней в том же баре мы встретились с Варом, с удивлением я узнал в нем того самого парня из первого ряда, наверное, он с не меньшим удивлением пялился на меня. Он стянул с лица очки и маску, подсев за мой столик.

- Э… - замялся он.

- Бес, - ответил я.

- Вар, - откликнулся тот.

- Как вы сюда попали?

- Судьба, - я развел руками, - а ты, сгинувший без вести сталкер… можно сказать из-за тебя я здесь…

И мы разговорились.

Вар рассказал о том, как прошлой осенью он должен был стать женатым человеком, как волею судеб мое появление в их городе разбило его надежды, как, решив, что ему нечего терять он ушел в Зону, как искал смерти, думая, что хуже уже не будет, и как-то притерпелся с Зоной. Мы выпили еще кислого пива, потом еще…

Ночь мы встретили в его доме, который располагался в небольшом поселке на границе Зоны. Он уговорил меня пойти с ним в еще одну ходку. «Здесь недалеко», - улыбнулся мне Вар, - «Ты и не заметишь, как обратно обернемся! Артефакты сбагрим, подзаработаем немного, к тому же ты еще чему научишься…».

Я развел руками, я был готов, я внутренне ждал этого предложения. Выдвинулись на рассвете, лишь только солнце показалось из-за горизонта. Вар выдал мне две запасные обоймы и несколько гранат. Двигаться стало немного сложнее, такое количество оружия угнетающе действовало на меня, но Вар сказал, что это необходимо, и в Зоне без оружия не обойтись. А вот наши палатки обругал по-черному.


- Так ведь, любая тварь подобраться может - и не заметишь! Повезло, что живыми ушли. Я не спорил.

Теперь мы двигались быстрее, не тратя время на то, чтобы глазеть по сторонам, вымеряя путь буквально по метру. Наш маршрут отличался от прежнего тщательной продуманностью, мы двигались к заброшенному хутору, где по слухам сегодня можно было собрать неплохой урожай. Но местность предстояло зачистить предварительно от собак и крыс, и это в лучшем случае.

Здесь я первый раз увидел зомби. Я представлял себе их, скажем так, более жуткими, но менее живучими. Мне казалось, что моих представлений, полученных по одноименным фильмам вполне достаточно, но оказалось, что зомби были вовсе не такими кровожадными тварями, это, во-первых, но гораздо более трудноубиваемыми, это, во-вторых. К концу второго дня нашей «легкой прогулки за бирюльками» меня еще слегка мутило от царства смерти, царившей вокруг, но к исходу третьих суток настроение Вара передалось и мне.

Мы нашли несколько не очень ценных артефактов, мне, как и всякому новичку, повезло немного больше, Вар сказал, что потянет на полтыщи евро. Я согласно кивнул, и мы продолжили исследовать зачищенный накануне район.

- Завтра будет выброс, надо выбрать укрытие, аномалий прибавится, но и артефакты новые народятся, а пока монстрюки откочуют сюда, мы как раз успеем убраться, - рассуждал он, когда мы забились в полуподвальное помещение, и собрались отобедать.

Я почти во всем соглашался с Варом. Во-первых, он знал больше моего, а, во-вторых, пока у меня не было повода усомниться в его словах и знаниях.

Перед наступлением сумерек Вар разрешил мне немного поспать. Я устроился, привалившись к cтарой кладке спиной, держа в руках автомат. Мне казалось, будто еще мгновение назад я был напряжен и собран, но в следующий момент я уже провалился в сон. Мне снился бесконечный переход по пустыне, где я был одним из ведущих каравана, а в следующий момент, я падал с какого-то трухлявого моста в стоячую воду…


- Руку! – крикнул кто-то, мне не удалось разглядеть лица сталкера…

Стоп, где это я?

Я проснулся оттого, что Вар тряс меня за плечо.

- Ну, ты и спишь, завидую я твоей беззаботности.

Я спросонок щурился на Вара, и слабый отблеск костра, который он успел устроить, предварительно выкопав яму.

- До выброса немного осталось. Будет у тебя, так сказать крещение Зоной- улыбнулся он.

- Угу, - буркнул я.

Вар дремал, несмотря на то, что глаза его были закрыты, я мог бы поспорить, что приблизься к нему враг, он, не задумываясь, выстрелил бы. Небо над нами сделалось алым… Вар как по команде открыл глаза…

- Сейчас начнется, надо перебираться глубже, в подвал…

Быстро затушив костер, мы спустились в подвал полуразрушенного здания, и плотно придвинули за собой что-то вроде крышки. Светопредставление устроенное неведомой природой Зоны разгулялось ни на шутку, я как завороженный провожал глазами нередкие молнии, показывавшиеся в слуховом окошке.

- Долго лучше не смотри, а то потом глаза болеть будут.

Я рассеяно согласился… и отодвинулся от смотровой щели.

- И часто тут так?

- Регулярно, - отметил Вар, - вот кто не успел до укрытия дойти тем ясно – кирдык.

Не хотелось бы мне попасть в такое время на незащищенный участок Зоны. Я чувствовал, как пениться и бурлит ее структура, как меняются центры аномалий, как смещаются какие-то невидимые глазу потоки. Все это промелькнуло на горизонте сознания, поманив меня полным пониманием, будто пряником на веревочке, и скрылось, словно и не было ничего.

Для верности мы переждали еще пару часов в укрытии, затем направились к выходу. Ландшафт теперь несколько изменился, что было заметно и невооруженным взглядом. Несколько новых озер, даже не глубоких луж, а именно три озерца плескались на месте, где еще вчера стояли развалины домов.

- Можешь считать, что нам повезло, - улыбнулся Вар, - ты вообще фартовый, Бес…


Я лишь пожал плечами, вдыхая словно бы очищенный воздух обновленной Зоны. На странного вида чахлом кустике висели черные капли будто росы? Или дождя?

- Черная вода, - резюмировал Вар, - надо собрать ее, - ну-ка побди. Стреляй во все, что шевелиться.

Я снял автомат с предохранителя и, переставил на стрельбу очередями. Пока Вар по капле собирал «черную воду» в специальную пробирку, я взглядом обшаривал окрестности. Сначала ничто не казалось мне таким подозрительным, как вдруг будто бы из-под земли вынырнули две слепые собаки. На секунду страх сковал мое тело, собаки быстро приближались и вовсе не были похожи на своих домашних сородичей, я нажал на курок, автоматная очередь взорвала окрестную тишину. Стрелок из меня получился неважный, потому, что одна псина продолжала наступать, а вслед за первыми появились и другие слепые головы…

Вар закончил собирать капли черной воды и присоединился ко мне в вопросе обороны. Моя стрельба по сравнению с четко вымеренными действиями сталкера выглядела довольно бестолковой, однако, несмотря на это десяток тварей мы положили, а остальные предпочли ретироваться, чем проверять, когда же у нас кончаться патроны.

- А ты молодец, не сдрейфовал, - подбодрил меня Вар, - я думаю, что ты не зря-таки выбрал Зону, или черт его знает, может это она тебя выбрала…

Я пожал плечами… вообще странно, за колючей проволокой я был более разговорчив, мне был важен комфорт, и я большое внимание уделял своей внешности. А здесь, в Зоне все как будто очистилось от ненужного флера, продиктованного кем-то чуждым, все стало естественным. Я стал по-своему счастлив, поселившись вскоре в другом утлом домишке неподалеку от «норы» Вара. Порою мне было так жаль, что я не могу поделиться этим необыкновенным чувством с Андреем, по которому я скучал. Мне казалось иногда по вечерам, когда я, растопив печку, сидел у окна, глазея в беспросветную ночь, или на зарево выброса аномальной энергии в зоне, что он понял бы меня, он бы пошел со мной в центр Зоны, к легендарному монолиту…


Плох тот сталкер, кто не мечтает о том, что однажды его желание исполнит монолит. Моим желанием было поделиться с кем-то своим открытием. Возможно, я не осознавал до конца, чем вызвана моя тоска, которая то затихала на пару месяцев, то грызла меня с удвоенной силой…

Но кого я обманываю… Андрей не был создан для Зоны, она отторгла его, отпустив живым. Я знаю, что он говорил потом. Он говорил, что я повредился рассудком… до меня долетали слухи, что меня объявили в розыск - на всякий случай я сменил паспорт. Меня звали Александр Бессребреников. Никто не задавал лишних вопросов. Да и паспорт здесь никому показывать не требовалось.

Однажды в одну из моих самостоятельных ходок я напоролся на армейский патруль. И снова Зона была милостива ко мне, один из парней узнал меня и отпустил с миром, сказав, что я все равно не жилец.

- Он когда-то в Арии играл, - сказал он другому, - а потом вот мозгами повернулся и от своей группы в Зону сбежал… все равно пропадет…

Пришлось оставить им весь хабар, и на том спасибо, еще по-божески поступили, и в спину стрелять никто не стал, и доносить на меня тоже. Но я точно знал, что настанет день, когда за все придется платить.

И когда Сторож стал своим в доску парнем. Когда Вар присоединился к одному из отрядов, шедших к монолиту, а я уговаривал его не делать этого, когда многие молодые сталкеры разговаривали со мной исключительно на «вы», а сам я уже раза три побывал на «приеме» у Болотного Доктора, когда в волосах уже не осталось огня в Бункер, буквально скатился он. Разорванная армейская куртка и замызганные глиной кирзовые сапоги, на плечах несуразного вида баул. Выглядел новичок потрепано, ни сказать больше – убито. Он подошел к Сторожу, и вежливо поинтересовался нельзя ли продать артефакты, которые он принес. Сторож отнесся к парню слегка пренебрежительно, но не стал препятствовать, а уж когда парень выложил на стол свои бирюльки, я понял, что он оказался здесь не случайно.


В оплату ценных артефактов Сторож выдал парню новую экипировку, собираясь было направить к Болотному Доктору на осмотр, а после дать какое-то задание, но тот опередил его, сказав:

- Мне нужен проводник.

Я поднялся со стула, и сделал несколько шагов вперед.

- Куда ты хочешь идти?

- В Припять, - невозмутимо заметил тот.

-Что тебе там?

- Надо, - лаконично резюмировал он, но в тоне его не было наглой самоуверенности всех тех новичков, что встречались мне раньше.

- Хорошо, - ответил я, - я проведу.

Он кивнул, и вместе мы вышли из бара, я предложил скоротать время в моей норе. Парень согласился. Он не кичился хабаром и не хвалился победами, сказал, что в Зоне всего пару месяцев, и, что хочешь выжить, а в Припять ну очень надо, там дозревает новый артефакт, свойства которого может быть навсегда изменят понятие человечества о способе добычи энергии.

- Итаки? – улыбнулся я.

- Что-то вроде того.

- Я в доле.

- Идет.

- Бес.

- Лемур.


Глава вторая.

На пути в Припять


Второй день мы с Лемуром сидели на болоте. Недавно тут прошли военные сталкеры, и чтобы лишний раз не попадать в поле зрения кого не следует, мы пережидали в землянке. Обложенная укоренившимся дерном, расположенная между двумя аномалиями, она была незаметна с нахоженной тропы, особенно, если не знать что ты ищешь.

Парень держался молодцом, на рожон не лез, стрелял прицельно, лишних вопросов не задавал. Сперва, моя бесконечная паранойя подсказывала мне, что слишком уж покладистый нрав новичка не может быть «даром природы». Потому, что всем страшно, и хладнокровие достигается не путем самовнушений или установок, а привычкой и наработкой боевого опыта, откуда все это у парня, проведшего в Зоне месяца два от силы? Явно он что-то скрывал… а я мог получить и пулю в висок, когда доберемся до цели. Но кроме объективной реальности была еще и совсем другая. Я знал, что я должен платить по своим счетам, и, если мне суждено погибнуть от руки этого сталкера, значит, так решила Зона. Не может удача быть бесконечной, а порою мне казалось, что кредитов я набрал у нее - будь здоров.


Расписание выбросов, если не произойдет ничего внепланового - обещало нам еще четыре дня штиля.

Ночью все стихло. Я подумал, что самое время выдвигаться к Рыжему лесу, отделявшему нас от Дэд Сити. В Дэд жили весьма странные зомби, да и то, что они там жили - было весьма условным обозначением их существования. А странность заключалась в том, что они во всем подражали человеку, делая вид, что продолжают жить. Ходили в заброшенный кинотеатр, слонялись по улицам, как будто без дела, но если присмотреться, то можно было понять, что они имитируют человеческую социализацию. Многие были весьма свежие и могли даже говорить, но чем больше проходило времени с момента превращения человека в зомби, тем менее способным на мысли в нашем понимании этого слова они становились.

По словам Лемура, ему уже доводилось встречаться с зомби, и он испытал приступ острого омерзения. Под полуистлевшей одеждой зомби выглядели крайне неприглядным образом. Их не беспокоили незажившие раны, или простреленные конечности. От них исходило жуткое зловоние, особенно летом, когда все процессы гниения особенно сильны. Вообще сложно было понять, откуда в них берется жизнь, и жизнь ли это?

Мы не дураки, в Дэд не сунемся, говорят, кроме зомби, там засели какие-то фанатики и снайперские винтовки их без дела не остаются никогда. Набросав в уме план, я очень надеялся, что нам повезет, главное было в том, чтобы нас не накрыло поле выжигателя мозгов. Хоть и говорят, что легендарный Стрелок отключил его, но, во-первых, кто видел того Стрелка? А, во-вторых, если даже он и совершил этот подвиг, то есть ли гарантия, что выжигатель не запустили снова?

В Зоне рассказывали, что выжигатель был ни один, якобы военные совместно с учеными проводили опыты по управлению человеческим сознанием. Именно для этой цели были сконструированы эти устройства. Первый взрыв на ЧАЭС 1986 года сыграл всем на руку. В зоне отчуждения можно было делать фактически все, что угодно. Я уже запамятовал, кто именно донес до нас легенду о том, что с 1990 года на территории бывших исследовательских НИИ в Украине стали происходить странные вещи. Якобы излучение выжигателей было настолько сильным, что дотягивалось до Киева. Правда это все или просто байки выяснить так и не удалось, да и надо ли?


Лемур мазался репеллентом, я проверял оружие. Я посоветовал ему, как следует обработать руки и лицо…

- Знаешь, какие тут комарики водятся? – спросил я, и тут же, не дожидаясь ответа пояснил: - тело их напоминает червей, с мордочкой вроде комариной, сами они покрыты шерстью, с белым хоботком, без ножек, но с крыльями. Сами комарики длиной с руку... И хоботок - толщиной с трахею ребенка. Летит эта тварь цвета венозной крови, глядя грустными глазами. Разумная. Голодная. И взрослый мужик может рассудок потерять, если долго смотреть этой твари в глаза, а хоботок этот прокалывает кожу человека запросто через одежду, говорят даже через бронежилет…комарики-то кровососущие. И мысли такие странные на ум приходят, когда увидишь выводок… стоишь так с винтовкой, смотришь на детенышей этой заразы и думаешь: «Убить ли маленьких, беззащитных тварей, которые ничего не сделали (пока еще)? Или отпустить? Они же разумные! Вправе ли ты решать, кому жить - человеку или этой пиявочке? А вдруг за ними будущее, прогресс, защита окружающей среды и восстановление мира из живописно раскиданных хомосапиенсом обломков?». Если повезет – выстрелишь и останешься жить, а если нет… сам понимаешь - детеныши летать не умеют, конечно, но доползут и выпьют тебя.

- А репеллент помогает?
- Пока да…

- А почему же они всю Зону не захватили?

- А черт их знает, они живут только на болоте, и почему-то только на этом…

Парень поежился, для верности побрызгал защитный костюм… и правильно. Лучше пусть защитных мероприятий будет больше. Это не то, чтобы помогает выжить, это помогает быть спокойнее. В Зоне все весьма условно. Здесь нет четких правил, здесь одна аномалия перетекает в другую… вся Зона это большая аномалия. Возможно, мы лазаем по ней, как бомжи по помойке, собирая осколки погибшей цивилизации или погибшего мира; а возможно это нас изучают, подбрасывая нам очередной артефакт, догадаемся или нет, как его использовать?

В свою самую первую ходку я подобрал продолговатый осколок «стекла», он выглядел так, будто оплавленный, я до сих пор бился над загадкой этого странного предмета. Я чувствовал, что он является катализатором какой-то реакции, и сегодня как и всегда взял его с собой. Я не особо надеялся на удачную метаморфозу, но чувствовал необходимость присутствия его в своем кармане.


Иногда от неизученных свойств артефактов погибали ученые и особенно любопытные сталкеры. Меня же бог миловал, хотя бывали неудачи, когда один артефакт уничтожал вдруг другой, или начинал себя вести как-то уж слишком не правильно, однако, я умел предсказать подобные проявления, и успевал убраться подальше от опасного места. Теперь я ждал, ждал и надеялся, что все пройдет благополучно, и я успею «услышать» сигнал.

Лемур схватывал все налету. Он не включал фонаря, пользуясь фосфорицирующими палочками, шел вперед, тщательно выверяя каждый шаг. Я шел позади него, подспудно понимая, что использую его сейчас, очень не хорошо использую, как отмычку. Раньше было такое среди сталкеров, да и теперь есть. Берут новичков, из самых нетерпеливых, и ведут за собой, а если быть точным, впереди себя, чтобы в аномалию хитрую не вляпаться или типо того. Подло это, но жить хочется каждому. И мне доводилось, кто не без греха? Но теперь так было поступать нельзя.

Воздух пульсировал в нескольких шагах от нас. Комариная плешь или жарка? Лемур уверено обогнул аномалию, а я последовал за ним.

- Будь осторожен, смотри под ноги в бочагах может водиться такая гадость, которая с наступлением темноты только и показывается.

Он что-то невнятно хмыкнул, и мы продолжили движение.

Мрак вокруг нас казался густым и липким. Словно комья сладкой ваты, он облеплял наши защитные костюмы нитями паутины и мелкими лианами ночных хищных растений, нам еще очень повезло, что мы выбрали кислотоустойчивые. Совпадение или закономерность? Неясные лица, кажущиеся еще более бледными в неярком пульсирующем свете. Приблизившись к полю, где когда-то должно быть росла пшеница, а может быть оно возникло здесь стихийно, и просто пустырь зарос колосками со временем? Мы надели респираторы. Пыльца, поднимающаяся ночью, иногда имела эффект, сравнимый с наркотическим. Именно этого и ждал выводок псевдоплоти, спрятавшейся в зарослях травы. Псевдоплоть тварь трусливая, однако, не брезгующая человечинкой, если жертва находится в беспомощном состоянии, и поблизости не пахнет порохом.


За полем будет Рыжий лес. Дальше его кромки прежде мне не доводилось забираться. Хотя меня и считали одним из опытных сталкеров, но у меня не было никакого желания проверять насколько милостива ко мне фортуна. До сего дня. Если я скажу, что мне не было страшно, то я совру. Но я не могу сказать, что панический страх владел мною. Дурацкая установка, из когда-то прочитанной книги вертелась перед мысленным взором «Это твой путь, так предначертано».

Сейчас болтики и гайки с кусочком бинта или белой ленты так же помогали нам прокладывать тропу меж аномалиями, детектор все больше сбоил – верный признак того, что мы забираемся все глубже в Зону. Рыжий лес надвигался неотвратимо и уверено. У меня появилось гадкое чувство, будто кто-то следит за нами. Видимость была скверной, хотя, выйдя из болотной трясины, мы постепенно сменили неяркий свет на более уверенный свет фонарей, тем не менее – ночь не лучшее время для человека, а уж в Зоне и вовсе опасное. Я чувствовал, как кончики пальцев покалывает под защитными перчатками. Нечеловеческий разум был соперником нам, изломанная логика которого приводила в ужас бывалых бойцов. Либо контролер, либо кровосос, час от часу нелегче. Я постарался очистить разум от всяких мыслей, чтобы тварь потеряла наш ментальный след. Я видел, что поступь Лемура становится более неуверенной, он, несмотря на неопытность (а неопытность ли?) чувствует враждебность разума Зоны.

У границы «поля» и Рыжего леса мы резко забрали вправо. Ментальный «захват» ослабевал. Я видел, как все легче и легче давался парню каждый новый шаг. Это могло означать, что нам снова повезло, а могло – что мы топаем прямиком в расставленную ловушку.

Я никогда раньше не был в этих краях, поэтому мы замедлились еще больше, подолгу вымеряя каждый шаг, любое неосторожное или неосмотрительное движение могло стоить нам жизни. Бывалые рассказывали разное… и про стекловидную массу, прессовавшую внутренности, и про бескрылых фантомов, будто у них обязательно должны быть крылья; в общем много всего, много легенд и слухов ходило.


В Зоне никогда нельзя расслабляться, думать, что ты счастливчик и баловень судьбы. Зона возьмет свое - рано или поздно. И те, кто пренебрегает этим утверждением - долго не живут.

Когда уже темнело, на горизонте замаячил полуразрушенный блок пост на границе Припяти. Еще в 1986 город был закрыт после выброса, но, сколько не мыли его мостовые, все равно фонят нещадно. Мы приняли антирад, теперь он требовался все чаще, я почти физически чувствовал это.

Лемур сказал, что нам лучше всего остановиться на ночлег на деревьях, я очень удивился такому экстравагантному подходу, но парень пояснил.

- Знаешь, за что мне дали эту кличку? Первая моя ходка в Зону считалась безопасной. И ничего не представляло угрозы, трехдневный переход, так сказать, знакомство с местными красотами. Так вот, мне не захотелось спать на сырой земле, я забрался на раскидистое дерево, и пристегнул себя ремнями. Утро выдалось скверное, когда я спустился с дерева - все мои товарищи были мертвы. По дороге назад я встретил сталкеров, которые видели, как черные псы расправились с небольшой группой новичков… с той группой, в которой я был. Я рассказал им, как мне удалось избежать смерти – вот они и прозвали меня Лемуром.

- Забавно. Что ж я думаю, интуиции стоит доверять.

Ночевать на дереве было весьма неудобно, зато можно было расслабиться перед очередным выбросом, который предсказывали завтра. Во-первых, летающих тварей в Зоне не водилось, если не считать «комариков» на болоте, а, во-вторых, остальные тоже не особо были приспособлены к лазанью по деревьям. Ну, кроме, пожалуй, Химеры. А про нее-то как раз ничего известно, не было. Только то, что от нее нас бы уж точно не спасло ни дерево, ни даже танк, если бы мы захотели потягаться с этим порождением Зоны.

Не стоило вообще-то ее вспоминать. Непостижимая логика. Еще более изломанная, чем у контролера, желание играть с людьми, пока они не выходили из строя, проще говоря, не умирали, именно это, а вовсе не желание утолить голод двигало ей.


Химеру как будто почти никто не видел, наверное, потому, что никому не оставалось остаться в живых, однако Болотный Доктор рассказывал, будто у нее и вовсе два мозга, и ей глубоко наплевать на всех нас, наши проблемы, чувства, мир, а больше всего якобы она злиться, что ей не удается побывать вне Зоны.

Но все это не больше чем легенды, сказания, пересказанные тысячу раз, и, наверное, давно утратившие свой истинный смысл.

Ночь прошла вполне спокойно, если не считать того, что мне постоянно слышались чьи-то шаги и вздохи. Мне не хотелось думать о том, кому они могли бы принадлежать.

Однажды Охотник рассказывал мне одну увлекательную историю, о том, как он натолкнулся на ментальную аномалию. Ничего подобного мне не приходилось слышать раньше никогда. А дело было так.

Собрал он команду, вроде неплохую, пара отмычек, да и то, чтобы перестраховался, надо сказать, потому что так обыкновенно бывает, шел к станции собирать простые бирюльки ничего такого. Как говорится, никаких раритетов. Только говорили ему, что там де какая-то аномалия появилась, какая – никто не знает, для того он и отмычек взял.

И не успели они на поле выйти, как у всех случилось как будто помутнение какое-то. Будто марево колышется вокруг, и тихо: ни собственного голоса не слышно, а тех, кто пытался стрелять - их же пулями и накрыло. А потом будто и не было ничего, и стоит Охотник один возле покосившегося деревянного дома, а в нем его родители, родственники умершие раньше, сестра старшая… сидят за столом, вроде и его ждут. И стол этот такой праздничный, и, будто все они не замечают убогости домишка, и странность самой ситуации. А на столе все по-украински… и огромный котелок ухи из карася. Охотник снял шапку, откуда только взялась? Поклонился им в пояс, да пятится начал, мол, извините, не пора мне еще. Очнулся на КПП, будто и не был нигде, да только с ним нет никого.

Я потряс головой, так и не поняв, вслух я рассказывал историю, или про себя вспомнил. Дурной знак.


Лишь только чернильное пятно ночной тьмы разредилось на востоке ватной серостью, мы проснулись точно по команде. Мне казалось, что прошло не больше пары часов. Я как будто не проваливался в сон, так будто бы дремал, но когда взглянул на часы, понял, что я ошибаюсь. Отвязавшись от дерева, мы спустились вниз. Я понял, что Лемур не зря носит свое прозвище, потому что вся земля вокруг была истоптана непонятными существами. Следы их змеились, без какой-то последовательности, но видно некоторые даже пытались добраться до нашего укрытия, пробуя дерево на зуб. Я зябко поежился.

- Пойдем-ка отсюда, - резюмировал я, и мы зашали вперед, навстречу нашей призрачной цели.

Бой случился уже на второй час нашего пути. Стая черных собак во главе с Чернобыльским псом-поводырем прижали нас к первым домам. Нам еще очень повезло, что внутри изъеденных временем зданий никто не жил, да и аномалия виднелась одна, не особо опасная. Пока отстреливались от собак, стараясь достать главаря, пока отсиживались, потому что пришел кто-то более могущественный по местным меркам, и стаи как след простыл, похоже, мы того не интересовали, или сигнал наших ментальных волн пришелся ему не по душе, Лемур рассказал интересную историю из своей прошлой жизни.

- Говорят, - начал он, когда мы забаррикадировались в полуподвальном помещении, думая что часы наши почти сочтены, потому что не многие в Зоне могут напугать Чернобыльского пса, - говорят так просто в Зону никто не попадает. Она как храм, если желаешь, конечно, сравнением примитивное, но и храм примитивный, не в нашем понимании, так сказать, скорее даже языческое капище. Оно само выбирает себе жрецов, жертв, паломников. Кто мы первые вторые или третьи – не узнаем, наверное, никогда. А если узнаем, Зона либо поглотит нас, либо переведет на следующую ступень, если мы, конечно, не жертвы для заклания, что очень даже может быть.

- К чему ты все это? – спросил я, меняя рожок автомата.

- Ну… путь в Зону у каждого свой, но во многом, эти дороги очень похожи. Вот однажды ты просыпаешь и понимаешь, что все не то, чтобы плохо, а совсем никак, и что тебе больше не надо стараться, чтобы быть лучше, чем ты есть на самом деле. Или, например, тянуться к культурному уровню, еще вчера значимых людей, идущих впереди и подававших тебе-дураку пример. И ты понимаешь, что вся их авторитетность – напускное, культура – продажна, а уровень – ширпотреб, как и все, и ты не можешь оставаться на месте - в том мире тебе будто бы нет места, ты не то, чтобы не можешь – ты не хочешь соответствовать установленному, возможно, тобою самим стандарту. А есть еще одно… - Лемур проверил свой небольшой запас гранат на поясе, - когда ты перестаешь зависеть от их мнения тебе становится так пусто. Это сложно передать словами, но эту пустоту надо чем-то заполнить. Это как когда рухнул Советский союз, а может еще хуже, когда ты маленький и веришь, что в 2000 году наступил рай на земле, ну или очень близко к тому, и ты ведь по-настоящему Веришь, а потом такой облом, конечно, и на солнце пятна есть, но тебе больше не нужно такое солнце - и вот тогда ты приходишь в Зону. Тебе только кажется, что ты вот-вот найдешь какой-то артефакт, а на самом деле, не стоит себя обманывать – это навсегда.


И тут мы почувствовали, буквально кожей ощутили, что Оно отступило. Может быть то, что рассказал Лемур было мантрой, может и нет. В Зоне ничего не случается просто так. Нам позволяли пройти дальше. Может оттого, что мы заведомо принесли себя в жертву Зоне?

У меня на самом деле появилась мечта. Глупая такая, наверное, как и все мечты, вот найдем, думал я, его «итаки» и принесем пользу всему человечеству. Вот он альтернативный источник энергии, причем с каждым выбросом в Зоне возобновляемый. А потом, глядишь синтезируем, и пойдет-поедет, а мы вернемся на «большую землю» и все будет по-другому.

Теперь я понимал абсурдность этого утверждения, ведь даже если мы действительно найдем «итаки», то дальше сталкерских фонариков они все равно не продвинуться, слишком уж это не выгодно. Как же это так альтернативные? Да плевать на кризис и экологию, ведь что будет с ценой на нефть, на газ? И много таких факторов, которые сразу не приходят на ум, когда ты романтичен и полон грез о спасении человечества. Ведь на самом деле, нас надо спасать, разве что только от нас самих. Но теперь отступать было нельзя. И мы оба понимали это.

Переждав очередной выброс, мы скоротали новую ночь в подвале. Идти напролом было опасно. За то недолгое время, что мы отвели себе на отдых, ведь даже здесь могла, откуда ни возьмись появиться аномалия, мне успел присниться красочный сон. Признаться, я давно не видел ничего подобного. Будто бы снова все было как до Зоны. Будто бы я стоял на сцене, и зал рукоплескал мне. Во сне я мог все. Я творил с гитарой неимоверные вещи, пространство вокруг расширялось или напротив сужалось по одному моему аккорду. Странным казались лишь кнопки ctrl+alt+delete на деке, но во сне все было так, как надо. Я нажал Enter и проснулся. Край сознания еще оставался во сне, поэтому я увидел Лемура на сцене рядом со мной, вместо автомата он сжимал в руках микрофон… «какая емкая метафора» - подумалось мне, и я проснулся уже окончательно.


- Хорош дрыхнуть, - беззлобно упрекнул меня он, - мне ведь говорили, что ты самый лучший, что, по сути только ты можешь помочь мне найти этот артефакт.

Я тряхнул головой. Странно… к чему все это, он определенно не тот, за кого себя выдает, а не все ли равно?

Неожиданно с визгом из темноты появился кровосос.

Вот это подарочек Зоны, и как ему удалось миновать растяжки, которые мы поставили на подступах к нашему убежищу? Хотя, скорее всего их пожрала какая-то аномалия.

Кровосос был довольно молодым, поэтому мы расстреляли его в упор, но где гарантия, что за ним не прятался еще кто-то? Отвратительные щупальца, растущие под подбородком тыквообразной головы красноречиво свидетельствовали о том, что Зона-Творец позаботилась об аппарате питания этого гада.

Лемур выругался, но не испугался. Я скорее почувствовал, чем увидел остальных желающих нами позавтракать. Взрослые кровососы имеют хорошую защиту то ли от окружающей среды, то ли от человека – они почти полностью сливаются с окружающим пространством, как хамелеоны, и лишь на расстоянии броска издают душераздирающий крик.

Я открыл стрельбу, больше полагаясь на свое чутье и удачу, очередь подкосила одну крупную особь. Кровосос истошно заверещал, и на нас бросились его сородичи. Спиной к спине мы старались сдержать их уже не скрывающиеся за мимикрией уродливые тела. Мы стреляли, опустошая обоймы, а потом методично добивали монстров. Нужно было уходить как можно быстрее, на запах падали сюда придут и другие охотники пообедать, а некоторые кровососы вполне могут остаться живыми, у них потрясающая система регенерации, нам бы такую.

Мы продолжали путь, отстреливаясь от новых тварей, после выброса Зона кишела ими. Весь этот «пикник» порядком затягивался, Лемур сказал, что как будто здесь есть схрон и если нам удастся до него добраться, то проблем с оружием быть не должно. Я благоразумно не стал спрашивать, чей это схрон, и, откуда ему известно о его местонахождении. Чем дальше мы углублялись на территорию Припяти, тем больше я был уверен в том, что Лемур довольно опытный, если не сталкер, то где-то очень близко к тому. Возможно, он был в других Зонах, ходили слухи, что наша Зона была похожа чем-то на грибницу, и кое-где, говорят то и дело возникали очаги аномальной энергии. Обычно их загоняли обратно с помощью какого-то хитрого облучения, но место такое объявлялось карантинным, и в течении минимум пяти лет наблюдение не снимали. По слухам, такие «карантины» существовали в Белоруссии и во Львовской области, и кое-где в Европе. Может быть, Зона была своеобразной раковой опухолью Земли и теперь прорастала своими метастазами вширь? Никто не знает этого наверняка, как и о тех «карантинах», но вот теперь мне начинает казаться, что некоторые легенды-таки не врут.


Когда до схрона оставалось совсем немного, мы сделали еще один привал. Разогрели еду, подкрепились галетами, которые можно было найти в любом армейском пайке. Тут-то Лемур и подтвердил мои догадки.

- Знаешь, - сказал он, - на самом деле большой Земли не существует. И нам некуда будет вернуться потом, если мы не найдем наши «итаки». Именно с помощью их ученые сдерживают рост зоны. Я занимался пару лет у одного отступника, так сказать, от науки, так вот, он считает, что Зона это обратная сторона нашего мира, или наш мир обратная сторона мира Зоны, так вот, сейчас наступает такая эра порядка, когда и одного и другого будет поровну, ну что-то в этом роде. Мы с ним ходили в «карантины» в общем, такие же Зоны как здесь и с помощью «итаков» устраняли их. Скажу тебе, не от большой любви к искусству, а потому что иначе «карантин» стал бы более долгим, и никого бы туда не пустили. Мой, выражусь громким термином, наставник считал, что оттого, что «итаки» на время нейтрализуют действие небольших Зон, сами они эти Зоны, никуда не деваются, а лишь Эта Зона становится больше. И ее уже не остановить.

- Бред какой-то, - моя защитная реакция была понятной.

- Согласен, это звучит безумно, это звучит, как безумство, но… поверь мне это так. И пока «итаки», выросшие именно здесь, могут сработать - нам нужно сделать это. Во-первых, чтобы сохранить Зону в ее теперешних пределах, а, во-вторых, есть и другой вариант, ведь человек очень коварная тварь и самое опасное животное, даже здесь в Зоне. Возможно, люди найдут возможность уничтожить ее…

- Ты этого не хочешь?
- Нет.

- Почему?

- Я тоже человек, и думаю в первую очередь о себе. Ты-то сам думал, чем ты займешься, если Зоны не будет?

- Ну… у меня был неплохой заработок на Большой Земле.

Он только усмехнулся, и надвинул респиратор, в нашу сторону неслось нехорошее пыльное облако. Я искренне надеялся, что это не споры местных лишайников. Слышал я одну историю в баре. Как-то один парень вступил на «лишайное поле» говорят вроде ничего, когда не сезон. А вот он не знал когда там сезон, когда не сезон. Споры такие маленькие, что он даже не заметил… ну пыль, подумаешь. Вроде и респиратор был, и костюм прорезиненный, но только споры очень уж маленькие, просочились между волокнами ткани на шее и в респираторе, ну и проросли в нем. Умер через месяц в жутких мучениях. Если бы сразу к Болотному Доктору попал, может, и повезло бы, а так…


К нашему относительному счастью облако пыли оказалось «всего лишь» желтой росой, это значит, что нам предстояла еще одна усиленная доза антирада, поскольку фон подскочил сразу, и во рту появился нехороший металлический привкус.

После небольшой «пыльной бури» мы двинулись вперед, да дорога фонила ни на шутку, зато все аномалии были как на ладони. На всякий случая я все же сверялся с ПДА, но больше для очистки совести. Оставшееся расстояние до бывшего ДК преодолели довольно быстро. Лемур сказал, что необходимо спускаться в подвал, и мы приготовились к спуску. Отладив карабины, для верности, зачистив вход несколькими очередями, стали спускаться, сперва он, потом я. На самом деле, с моей стороны это снова было нехорошо. Но я не знал, как поступить иначе. Не знал оттого, что со спины могла подкрасться какая-нибудь неопознанная мерзость, тут этого в избытке, но и внизу не исключено гнездо кровососов, а может кого и похуже. Самые страшные порождения местной флоры и фауны – это менталы. А страшное в них, прежде всего то, что их разум совершенно отличен от нашего. Их желания, мысли, возможно, мечты, нам никогда не понять. Это хуже чем оказаться в незнакомой стране без переводчика, и даже хуже, чем разом нарушить все мусульманские традиции, люди есть люди… и даже где-нибудь в пыточной камере Освенцима все было бы гораздо проще и понятнее, чем здесь.

Еще один сталкер рассказывал, как однажды стал свидетелем чудовищной сцены, когда несколько его приятелей попали в свиту контролера. Уж не знаю, чего они там видели, но тот самый рассказчик говорил, что один вдумчиво приколачивал другого к дереву, пока тот первый пел что-то вроде «вставай страна огромная, вставай на смертный бой». Наигравшись всласть, а иначе и не скажешь потому, что контролер не стал есть своих жертв, то ли был сыт, то ли просто хотел «изучить людей», тот ушел, оставив их в таком состоянии. В себя оба так и не пришли, слишком долго оставались во власти порождения Зоны. Говорят, потом их видели в свите другого контролера, но они уже стали зомби.


Не вовремя все это, и мои ли это мысли?

Когда вдруг начинаешь думать о контролере, часто это не просто так.

Я снова постарался очистить свой разум, не сосредотачиваясь ни на чем конкретно. Мне повезло, год назад я был в числе тех самых 15 счастливчиков, кто обучился у Болотного Доктора этому нередко незаменимому приему. Кстати, именно тогда я понял истинный смысл и механизм медитации.

Я спрыгнул и увидел тщедушное серое тело перед собой, я понял, что Лемур попался на крючок, надо было что-то срочно предпринимать, но при этом нельзя было задумываться о том, что именно ты хочешь сделать - в состоянии, когда ты не думаешь, тело само выполняет команды, короткая очередь раскроила череп мутанта, он не успел издать не звука, мешком заваливая на пол, однако, меня больше пугал вовсе не этот аспект.

Резким движением я развернул Лемура к себе, глядя в его расширенные зрачки, я понял, что контакт произошел, почему я не почувствовал эту падаль раньше? Не было ли здесь других особей этого вида? Оставалось уповать на всех святых, если конечно, они имели власть над этой гиблой землей.

Я резко ударил наотмашь его по лицу, он зашатался, потерял равновесие, респиратор отлетел в сторону, Лемур споткнулся, и упал; он тряс головой, я видел, как осмысленное выражение лица медленно возвращается к нему. Но радоваться было рано, парень схватился за горло… - не…могу… - прошептал он… - дышать…

«Вот ведь блядское отродье! – думал я, - иногда контролер делал так, что человек вдруг терял возможность выполнять какую-то вполне естественную функцию, кое-кто навсегда остался слепым. Скорее всего, эта особь и сама не ожидала, что мы свалимся на ее голову, а услышав стрельбу, решали посмотреть что там происходит, скорее всего, сюда никто и не заглядывал… поэтому… не почувствовал….».

Я быстро расстегивал его костюм, теперь у меня не больше двух минут, было ощущение, что он весь превратился в камень, я яростно вдувал в его легкие воздух, грудная клетка показалась мне базальтовой глыбой, но я знал, что это возможно остатки ментального удара, и мне важно самому не переборщить… еще вдох… движение руками… как в замедленной съемке… едва хватает воздуха, кажется, что легкие разорвутся, так как уже работают на износ, точно кузнечные меха, какого черта!


- Мать твою! Если ты собрался так вот сдохнуть, хрен тебе! Я не выберусь отсюда без твоих ебаных знаний!

Не знаю мой ли эмоциональный монолог или все же быстрые действия вернули Лемура к жизни, он закашлялся, как если бы нахлебался воды…

- Что за хрень? – прохрипел он…

- Ничего, поцеловать тебя захотелось, - скривился я, отдышавшись…

- А… ну тогда ладно… - до него плохо доходил смысл моих слов, он ошалело огладывался вокруг… - что это было?

- Контролер…

- Я не почувствовал…

- Я тоже… будем надеяться, что нам повезло…

- Это ты называешь «повезло»?

- Мы все еще живы… давай скорее возьмем оружие и уйдем отсюда. Я чую остатки ментального удара.

Лемур не стал спорить. Выглядел он прямо сказать не важно. Шок отступил, теперь я представляю себе как болела у него голова, конечно, это были малые последствия того, что может сделать с человеком ментальный удар контролера, тем не менее, он все чаще дожидался меня и оглядывался по сторонам.

Я понимал его, и именно поэтому не спешил.

Наконец, в одном из помещений он нашарил фонариком лаз в полу. Сверху его прикрывал небольшая едва заметная крышка, похожая на те, что ставят в погребах, где-нибудь в гараже, или вроде того, он распахнул ее, проверил на наличие аномалий с помощью ПДА, затем убедился, что никаких жизненных форм не притаилось во мраке подземелья. На этот раз я пошел вперед, а Лемур поспешил за мною следом. Ему не хотелось оставаться один на один с неизвестностью. Когда мы закончили спуск, в свете фонаря, моему взгляду предстало довольно просторное помещение. Слева располагались полки, на которых под некоторым слоем пыли находились новенькие автоматы, я понял это, поскольку те были упакованы и явно еще в заводской смазке. Справа же лежали несколько рюкзаков с хорошими станками, три или четыре костюма с усиленной защитой, противогазы с кассетами и сухпайки.

Мы быстро затаривались всем необходимым, оставляя ненужное оборудование. Кто и зачем устроил здесь схрон? Мне кажется, что здесь вообще никто никогда не был. Судьба? Вот так вот, сам того не осознавая человек, часто идет по предначертанному. Раньше я относился к этому совсем по-другому. Ну, что такое судьба? Каждый сам хозяин своего счастья, ну и все такое прочее. Оказывается все не так просто, отнюдь! Это судьба часто выступает в роли хозяина человека, как бы он не сопротивлялся, а стоит сойти с ее рельс, как понимаешь, что делаешь что-то не то. Что-то не так, и пока не вернешься на рельсы, заготовленные тебе судьбой ничего в твоей жизни не измениться к лучшему.


По крайней мере, я представлял себе другую свою жизнь весьма относительно, а если признаться себе на все сто процентов, то не мог представить ее себе иначе. У меня не было другой судьбы, а у Зоны не было другого меня, а если и был, то это была совсем другая Зона и вовсе не я был тем сталкером.

Со мной иногда случались такие моменты выпадения из реальности. Однако к счастью проходили они довольно быстро. Сейчас оставаться дольше в схроне не было никакой надобности.

До предполагаемого места произрастания нужных артефактов (по-другому и не скажешь) оставалось не больше дня пути, и выбравшись на поверхность, мы увидели странно-непривычное яркое солнце, редкий подарок этих мест.



следующая страница >>