litceysel.ru
добавить свой файл
1
На правах рукописи



Казанцев Павел Аркадьевич


Обеспечение безопасности императора, членов императорской фамилии и высших должностных лиц Российской империи

в 1881-1917 гг: институциональный аспект



Специальность: 07.00.02 – «Отечественная история»


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук


Москва 2006

Работа выполнена на кафедре истории государственных учреждений и общественных организаций Историко-архивного института Российского государственного гуманитарного университета


Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор

Архипова Татьяна Григорьевна

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Александр Давидович Степанский

доктор исторических наук

Зинаида Ивановна Перегудова

Ведущая организация: Российская академия государственной службы

при Президенте Российской Федерации


Защита состоится «19» января 2007 г. в 14 часов на заседании диссертационного совета Д 212.198.03 при Российском государственном гуманитарном университете по адресу: 125 993 ГСП 3, Москва, Миусская пл., д. 6, ауд. 228.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Российского государственного гуманитарного университета

Автореферат разослан «18» декабря 2006 г.


Ученый секретарь

диссертационного совета Е.В. Барышева

Актуальность темы исследования. Изучение организации и деятельности органов охраны императора, членов императорской фамилии и высших должностных лиц позволяет по новому подойти к осмыслению одного из сложнейших периодов отечественной истории последних десятилетий XIX – начала XX вв., который до сих пор вызывает неоднозначные оценки историков.


Предлагаемый ракурс изучения природы одной из ключевых проблем истории государства Российского - взаимоотношения власти и общества, позволяет увидеть, что она была следствием не только общественно-политического развития и нежелания власти видоизменяться, но и во многом - результата деятельности самого имперского аппарата. В этой связи именно та его часть, что непосредственно обеспечивала функционирование важнейших звеньев государственного механизма - первых лиц Российской империи, воплощавших в себе государственную власть, и представляет особый интерес. Осуществляя охрану императора, членов императорской фамилии и высших должностных лиц, изучаемые органы находились в самом средостении государственного аппарата. Выяснение особенностей их устройства и порядка функционирования существенно дополнит общие представления о государственном механизме Российской империи последних десятилетий ее существования, даст возможность внести определенные коррективы в оценку эффективности работы государственного аппарата, позволит по-новому взглянуть на деятельность тех структур, что скрывались за ярлыком «царской охранки».

Актуальность темы обуславливается также возросшим в последнее время интересом к проблеме эволюционного развития госаппарата и его способности к самореформированию.

Объектом изучения диссертационного исследования является аппарат (центральные и местные органы) охраны императора, членов императорской фамилии и высших должностных лиц Российской империи как существенный элемент государственного аппарата в целом.

Внимание сосредоточено именно на специализированных структурах Министерства внутренних дел и Министерства императорского двора и уделов: охранных командах, Охранной агентуре и Дворцовой полиции, которые выполняли основной объем работ по обеспечению безопасности первых лиц Российской империи. Гвардейские части, выполнявшие функции охраны с XVIII в., к концу XIX в. использовались лишь в качестве вспомогательной силы.


Предметом изучения стал механизм функционирования аппарата охраны, в том числе специфика осуществления охранных мероприятий.

Степень изученности темы. Органы государственной охраны Российской империи находились в сфере внимания и историков государственных учреждений (в том числе полицейских), и историков революционного движения. Однако, всем исследователям пришлось столкнуться со стремлением власти воспрепятствовать распространению соответствующей информации в обществе, поскольку организация обеспечения безопасности первых лиц государства, не считая чисто технических новшеств, в своей основе оставалась практически неизменной, по меньшей мере, до конца XX в. Поэтому публикации, появлявшиеся в России до 1917 г., касались, главным образом, ранних этапов становления административно-полицейского аппарата. Прежде всего, это были ведомственные исторические обзоры, некритически отражавшие отдельные аспекты деятельности соответствующих учреждений. Сегодня их ценность исчерпывается сообщаемыми биографическими сведениями о руководителях полицейских органов и выдержками из официальных документов. Подчеркнем, что устройство и деятельность политической полиции даже в изданиях МВД освещены предельно скупо. 1

Исследователи приступили к разработке документов полицейских учреждений только после Февральской революции. Появившиеся работы носили отпечаток идеологического клише «героической борьбы с ненавистным царским режимом». Внимание авторов сосредотачивалось, главным образом, на агентурной работе политической полиции. Первые попытки анализа деятельности учреждений политического сыска, методов их работы были предприняты в 1920-х гг. Авторы рассматривали отдельные аспекты деятельности, не затрагивая организационную эволюцию. Тогда же возник интерес к «Священной дружине», краткий очерк истории которой опубликовал Д.О. Заславский.2 Названная работа - наиболее обстоятельная публикация о «Дружине»: специальное исследование не предпринималось до сегодняшнего дня. Исследователей больше интересовал сам факт появления тайного антиреволюционного общества, как иллюстрация кризиса самодержавия в конце 1870 – нач. 1880-х гг. Поэтому о существовании Добровольной охраны – дочерней организации «Священной дружины» лишь упоминалось. Из общей массы публикаций того периода выделяется книга В.И. Яковлева, который ранее, вероятно, служил в дворцовом ведомстве, и смог широко использовать личные воспоминания.3 Он привлек также некоторые документы Дворцовой полиции. Но рассматривал Яковлев лишь охрану резиденций, не касаясь обеспечения безопасности императорских поездок. Не лишена работа и ряда фактических неточностей и ошибок.


С начала 1930-х гг. документы царской охраны надолго оказались в ведении органов НКВД, что повлекло фактически монополизацию их исследования ведомственными специалистами в утилитарных целях. Несомненно, они в первую очередь изучали методику работы, так как именно в эти годы создавалась система обеспечения безопасности высшего руководства СССР. А вот институциональный аспект – организационная эволюция служб охраны – оставался в тени.4

С 1960-х гг., когда материалы политической полиции, утратив для работников госбезопасности практическое значение, стали постепенно вводиться в научный оборот, начался новый период в изучении истории политической полиции. Первопроходцами выступили сотрудники учреждений, подведомственных МВД СССР, которые интересовались, главным образом, методами деятельности Департамента полиции.5 Их публикации также не лишены недостатков все того же ведомственного подхода.

Крупный вклад в формирование научных представлений об административно-карательном аппарате самодержавия внес выдающийся исследователь политической истории России XIX в. П.А. Зайончковский. Его ученик - Н.П. Ерошкин - основатель научно-педагогической школы Историко-архивного института впервые раскрыл место дворцовой охраны в государственном аппарате Российской империи.6 Разумеется, внимание этих авторов не концентрировалось на особенностях устройства и деятельности конкретных подразделений охраны.

Значительным продвижением в исследовании темы стала монография И.В. Оржеховского о III Отделении С.Е.И.В.К. Один из ее параграфов отведен, в частности, Охранной страже – первой профессиональной службы охраны русских царей.7 В середине – второй половине 1980-х гг. появились целенаправленные исследования организационных аспектов истории русской политической полиции. Их авторы, принадлежавшие к школе историков-государствоведов, выдвинули и обосновали ряд важнейших для нас положений, хотя и не затрагивали конкретных вопросов организации императорской охраны. Объяснение тому очень простое – соответствующие архивные материалы рассекретили только в самом конце XX в. 8


Отечественные публикации 1990-х – начала 2000-х гг. в большинстве своем явились плодами переосмысления результатов исследований предшествующих лет. Попытки авторов самостоятельно обратиться к источникам - единичны и не вполне профессиональны. Одновременно появились справочные издания, претендующие на исчерпывающий охват истории отечественных спецслужб. Естественно, что все они неизбежно воспроизвели пробелы и ошибки исследовательской литературы по вопросам организации и деятельности аппарата личной охраны императора.9

Однако, современный период историографии темы определяется не этими и подобными изданиями, а крупными исследовательскими трудами.10 Их авторы заслуженно известны как лучшие специалисты в области изучения карательно-репрессивного механизма Российской империи XIX – начала XX вв. Особое значение для нас имеет монография З.И. Перегудовой, в которой на огромном фактическом материале обстоятельно раскрыта история создания, организационное устройство и основные направления деятельности Департамента полиции и местного аппарата политического сыска. Перегудова частично затрагивает вопросы обеспечения безопасности императора, но поскольку это выходит за рамки ее исследования, рассматривает их только как одно из приоритетных направлений деятельности политической полиции.

Непосредственно теме диссертационного исследования к настоящему времени посвящено лишь одно издание.11 Подготовленная коллективом авторов под эгидой Федеральной службы охраны России, книга, в сущности, является научно-популярным обзором «юбилейной» тональности. Авторы традиционно обошли вниманием вопросы организационного характера (кадровые, бюджетные, штатно-структурные). Остались за пределами исследования и такие сюжеты как роль МВД в охране императора, его взаимодействие с Министерством императорского двора и уделов, деятельность Охранной команды Санкт-Петербургского охранного отделения. Несвободно оно и от досадных погрешностей. Однако в целом появление данной книги надо расценивать как серьезное подтверждение актуальности темы.


Современный этап развития отечественной историографии отмечен также обращением исследователей к истории организации революционной террористической борьбы, включая вопросы финансирования, подготовки кадров, совершенствования тактики. В этих работах первые конкретизируются представления о тех силах, которым были призваны противостоять органы охраны. Одновременно с 1990-х гг. российские историки обратились также к осмыслению социально-психологической природы конфликта власти и общества в России рубежа XIX - XX вв.12

В зарубежной историографии специальных исследований по теме также нет. Отсутствуют соответствующие сведения и в наиболее содержательных обобщающих трудах англоязычных авторов.13

Таким образом, предпринятый автором обзор существующей по теме литературы убеждает, что историю органов царской политической полиции трудно назвать неисследованной. Но специальных трудов, посвященных институциональному аспекту охраны императора, членов императорской фамилии и высших должностных лиц нет. Все публикации, в которых, так или иначе, затрагиваются отдельные вопросы темы, разрозненны, крайне немногочисленны, носят преимущественно публицистический характер и не дают цельного представления об устройстве, организационной эволюции и деятельности государственной охраны. Причем наибольшее «белое пятно» приходится на период с 1881 по 1917 гг., когда необходимость такой охранной служба стала наиболее острой. В то же время нельзя не отметить, что в историографии на данный момент сформировались необходимые условия, делающие такое исследование возможным.

Целью данного диссертационного исследования является изучение организационного устройства и деятельности аппарата обеспечения безопасности императора, членов императорской фамилии и высших должностных лиц Российской империи последних десятилетий XIX – начала XX вв.

В соответствии с этим выдвигается ряд исследовательских задач:


  • изучение основных политических причин, организационных предпосылок и конкретно-исторических обстоятельств создания органов охраны императора, членов императорской фамилии и высших должностных лиц Российской империи;

  • исследование организационной эволюции подразделений личной охраны в системе политического сыска Министерства внутренних дел;

  • исследование организационной эволюции подразделений личной охраны Министерства императорского двора и уделов;

  • выявление специфики организации и осуществления основных направлений деятельности органов охраны императора, членов императорской фамилии и высших должностных лиц Российской империи

Хронологические рамки работы определены началом фактического создания органов личной охраны императора в 1881 г. после гибели Александра II и ее упразднением в 1917 г. в связи со свержением самодержавия.

Территориально исследование ограничено европейской частью Российской империи. Именно здесь располагались все резиденции, и пролегали маршруты основных поездок императора. Здесь же – прежде всего в Санкт-Петербурге - были сосредоточены высшие и центральные учреждения империи. Другие регионы затрагиваются в той мере, в какой это необходимо для рассмотрения организации охраны высших должностных лиц в провинции.

Источниковой базой исследования стали опубликованные по теме источники и, главным образом, архивные материалы.

В числе опубликованных документов особое место занимают нормативно-правовые акты Российской империи, устанавливавшие основы деятельности исследуемых органов. Следует отметить, что ряд законов и большинство подзаконных актов предназначались для внутриведомственного использования и отложились только в архивных фондах. Выявленные автором положения и инструкции предоставляют ценнейшую информацию об устройстве и деятельности органов охраны, о динамике их появления и эволюции, о степени внимания к вопросам охраны руководителей ведомств и многом другом.


В числе документальных публикаций выделяются сборники документов по отдельным вопросам деятельности царского политического сыска.14 Из них только один посвящен обеспечению безопасности императора и высших должностных лиц, все материалы которого объединены обстоятельствами убийства П.А. Столыпина. Но среди них нет документов, в полной мере отражающих организационное устройство органов охраны, их эволюцию, механизмы функционирования, роль и место в государственном аппарате. Авторы перед собой такой цели не ставили.

Особую ценность составляют протоколы допросов, проведенных «Чрезвычайной следственной комиссией для расследования действий бывших министров и прочих должностных лиц». Среди них можно найти свидетельства видных фигур дореволюционного политического сыска, в том числе о деятельности органов охраны. Тем более, что не все они оставили свои воспоминания.

Использовались материалы периодической печати (в особенности - журнал «Вестник полиции»), которые не только предоставляют существенный фактографический материал, но также указывают на актуальные для своего времени направления деятельности и развития органов охраны.

Важную группу источников составили общероссийские и ведомственные справочные издания 1880-х – 1900х гг. о персональном составе и структуре государственного аппарата Российской империи. Здесь содержится, в частности, разнообразные и необходимые для научного исследования данные о сотрудниках органов государственной охраны и охраняемых лицах.

Восполнить существующие пробелы помогает мемуарная литература, которую можно разделить на три группы: воспоминания охраняемых, террористов и охранников.

Воспоминания первой группы содержат немного сведений по теме диссертации, но ценны множеством бытовых деталей: отношение к охране, вынужденные изменения образа жизни ради безопасности, действенность охранных мер. Большинство этих мемуаров принадлежит перу членов семьи охраняемых лиц или их близких.15


Воспоминания террористов интересны для нас в первую очередь описанием «технологии» подготовки покушений: сбор информации, выработка способа, определение места и времени теракта. Особенно содержательны в этом смысле мемуары небезызвестного Б.В. Савинкова.16

В.Н. Воейков - последний дворцовый комендант – в своих мемуарах лишь затронул вопросы охраны царя, сосредоточившись на придворных интригах. А.И. Спиридович - руководитель службы личной охраны Николая II - был знатоком архивных материалов Департамента полиции, что придает его мемуарным книгам дополнительную ценность. Среди прочих отметим воспоминания начальника Санкт-Петербургского охранного отделения А.В. Герасимова. В центре его внимания борьба с одним направлением в революционном движении – террором, прежде всего «изнанка» агентурной работы. Значительную ценность представляют воспоминания товарища министра внутренних дел В.Ф. Джунковского, курировавшего обеспечение безопасности императора по линии МВД. Его обстоятельные мемуары, основанные на дневниковых записях и материалах личной коллекции документов, насыщены фактами, цифрами, датами, характеристиками разных лиц.17

Основные источники исследования выявлены автором в 18 архивных фондах двух государственных архивов: Государственного архива Российской федерации (ГА РФ) и Российского государственного исторического архива (РГИА).

Фонды III Отделения, Департамента полиции и его Особого отдела, Санкт-Петербургского охранного отделении, а также Финляндского жандармского управления хранятся ныне в ГА РФ. Здесь же оказались фонды канцелярии товарищей министра внутренних дел П.Г. Курлова и В.Ф. Джунковского, следственной комиссии сенаторов М.И. Трусевича и Н.З. Шульгина по расследованию обстоятельств убийства Столыпина, а также Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства.

Наибольший интерес представляют материалы охранных команд, но их не так много.18 Пристальное внимание было обращено на материалы структурных подразделений Департамента полиции - III делопроизводства, передавшего в 1898 г. руководство политическим сыском Особому отделу. Здесь сохранилась официальная переписка, не только с органами ведомства внутренних дел, но и императорского двора. Дела, сформированные из документов по обеспечению безопасности первых лиц государства, начиная с 1906 г. имели отдельный номер в номенклатуре и формировались сразу в нескольких томах. Они позволяют получить общее представление о всей системе мер, предпринятых для обеспечения безопасности отдельных фигур. В I делопроизводстве с 1906 г. концентрировались дела по кредитам на различные нужды политической полиции. Кроме представления об объемах финансирования, эти документы дают возможность судить о количественном и «качественном» составе служащих – их сословной принадлежности, дослужебном опыте, стаже и т.д. Из состава фонда Чрезвычайной следственной комиссии привлекались в первую очередь те документы, что содержали доказательную базу «противозаконных по должности действий бывших должностных лиц». Подчас это уникальная информация, например, показания рядовых сотрудников дворцовой охраны о своей службе, ранее нигде не опубликованная. Здесь же сохранились различные документы, фиксировавшие состояние Охранной агентуры Управления дворцового коменданта на 1917 г.: финансовые отчеты, списки агентов и реестры имущества. Аналогичным образом использовались фонды, лишь недавно ставшие доступными исследователям: делопроизводств сенаторов М.И. Трусевича и Н.З. Шульгина, канцелярии П.Г. Курлова, В.Ф. Джунковского, Управления дворцового коменданта. В последнем из названных сохранились, главным образом, документы по личному составу самого управления и частично - организации и деятельности Охранной агентуры.


В РГИА в первую очередь исследовались фонды Управления дворцового коменданта и Дворцовой полиции. Они содержат разностороннюю организационно-распорядительную, финансовую и кадровую документацию за 1850-1918 гг. Кроме того, сохранились рукописи воспоминаний отдельных руководителей охраны, краткие исторические очерки, подготовленные к юбилейным датам, программы подготовки сотрудников и другие материалы. Содержание фонда Управления дворцового коменданта несравнимо богаче аналогичного фонда ГА РФ. Он действительно предоставляет возможность достаточно подробно рассмотреть начальный период становления службы безопасности императора. Фонд Дворцовой полиции также отражает практически все стороны ее деятельности. Ранее эти источники крайне слабо использовались исследователями. В РГИА выявлены также документы Инспекции императорских поездов, раскрывающие вопросы обеспечения технической безопасности железнодорожных путешествий царской семьи. Документы фонда Департамента общих дел МВД позволили уточнить существенные факты, связанные с прохождением службы некоторых лиц, оказавшихся в фокусе нашего исследования.

Таким образом, выявленные опубликованные и архивные источники по теме в совокупности позволяют решить поставленные в диссертационном исследовании задачи.

Теоретические и методологические основы исследования. Диссертация базируется на принципах историзма и объективности. Они исходят из диалектического взаимодействия объективных и субъективных факторов в конкретно-исторических условиях, предполагают формулирование суждений на основе всестороннего осмысления совокупности фактов, а также рассмотрение предмета исследования без политико-идеологических пристрастий. С опорой на эти принципы, в диссертации использовались следующие методы исторического исследования: историческая реконструкция, сравнительно-сопоставительный и функционально-структурный анализ, а также историко-генетический и источниковедческий.

Метод исторической реконструкции позволил установить принципы функционирования служб личной охраны и основы механизма обеспечения безопасности высокопоставленных лиц. Ввиду того, что диссертационное исследование базируется главным образом на неопубликованных источниках, особое значение приобретали источниковедческие методики, позволяющие объективно интерпретировать выявленные материалы. С этой же целью использовался метод сравнительно-сопоставительного анализа конкретных фактов и явлений, который также помог выявить общее и особенное в устройстве органов государственной охраны как элементов системы государственного аппарата Российской империи. Функционально-структурный анализ необходим при исследовании институционального аспекта выбранной темы. Историко-генетический метод помогает раскрыть организационную преемственность охранных структур в процессе их эволюции. Метод персонификации применялся при исследовании личного состава подразделений охраны.


Научная новизна диссертации заключается в том, что она представляет собой первую в отечественной и зарубежной историографии попытку комплексного и системного исследования организационного становления, устройства и основных направлений деятельности аппарата личной охраны первых лиц Российской империи в 1881-1917 гг. Это позволяет, во-первых, определить роль органов личной охраны в обеспечении необходимых условий для полноценного выполнения политическим руководством страны своих должностных обязанностей. Во-вторых, позволяет провести сравнительный анализ эффективности работы схожих по задачам подразделений ведомств внутренних дел и императорского двора, ведомств, каждое из которых в силу специфики государственного аппарата самодержавной России играло существенную роль в его функционировании. В-третьих, сделать вывод о функциональной децентрализации государственной охраны в имперском аппарате, проанализировав ее причину.

Работа вводит в научный оборот новые архивные материалы, которые предоставляют возможность, во-первых, выяснить организационные предпосылки создания, организационную структуру и механизм функционирования органов государственной охраны, установить сословный состав и профессиональный уровень сотрудников, систему подбора и обучения кадров, объемы финансирования и процесс принятия решений. Во-вторых, дать характеристику всего комплекса охранных мероприятий, которая позволяет судить о своевременности и адекватности принимаемых мер и отчасти - о реальной оценке властью внутриполитической ситуации. В-третьих, получить представление о масштабах, стоимости и численном составе лиц, привлекавшихся к охранным мероприятиям.

Структура работы обусловлена исследовательскими задачами. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения, списка использованных источников и литературы, приложений.

Практическая значимость диссертации и апробация ее результатов.

Заявленная научная работа восполняет пробел в истории государственных учреждений Российской империи рубежа XIX - XX в., расширяет общую исследовательскую базу истории политической полиции, вводя в научный оборот новые материалы. Результаты исследования могут быть использованы в научно-исследовательской работе при создании обобщающих трудов по отечественной политической истории XIX в. - XX в., истории государственного аппарата России. Полученные в результате диссертационного исследования данные позволяют внести коррективы как в уже читаемые лекционные курсы, так и послужить основой для разработки новых.


Текст диссертации обсуждался на кафедре истории государственных учреждений и общественных организаций Историко-архивного института РГГУ. Основные положения исследования изложены в форме докладов на межвузовской и всероссийской научных конференциях (2004 г. и 2006 г.). По теме исследования опубликован ряд статей (см. список печатных работ автора).

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ И ВЫВОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Во введении обосновывается научная актуальность избранной проблематики, содержится анализ историографии, определяются цель, задачи и хронологические рамки работы, характеризуется научная новизна диссертации.

В главе 1 «Основные причины и организационные предпосылки создания органов государственной охраны императора, членов императорской фамилии и высших должностных лиц» выявляются особенности устройства и функционирования государственного аппарата, позволившие создать специализированные органы охраны императора, а также конкретно-исторические обстоятельства их появления и развития.

В 1813 г. в связи с заграничными походами русской армии было создано специальное учреждение - Императорская главная квартира, на которую возложили организацию путешествий императора, обеспечение их безопасности, а также связь с гражданскими ведомствами. Под началом командующего Квартирой состоял императорский Конвой, а также офицеры и рядовые, прикомандированные для несения караульной службы. В мирное время охрану императора обеспечивало III Отделение и Корпус жандармов. Специальной службы личной охраны императора не существовало.

Первым шагом к созданию таковой стало учреждение 8-го декабря 1861 г. Команды дворцовых стражей численностью в 30 человек. Ей поручили охрану сначала Зимнего, а затем и остальных царских дворцов. Финансирование осуществляло Министерство императорского двора. Формально стража подчинялась приставу I Адмиралтейской части, но непосредственное руководство командой возложили на старшего адъютанта Императорской главной квартиры. Основной задачей Команды стало обеспечение пропускного режима дворцовых территорий и порядка среди обслуживающего персонала. Охранную службу во время прогулок императора ее сотрудники несли в форменной одежде. Это был первый опыт привлечения к охране императора специально созданной полицейской, а не военной структуры, что обуславливалось ростом населения столицы и пригородов. Одновременно безопасность императора негласно стали обеспечивать еще и от 25 до 45 сотрудников III Отделения. Власть, безусловно, опасалась возможных проявлений недовольства, связанных с отменой крепостного права.


Первая попытка цареубийства сделало необходимым защиту императора от покушений одиночек, которые практически невозможно пресечь на этапе подготовки. В мае 1866 г. создали Охранную стражу, которая должна была эффективно использовать добытые политической полицией сведения исключительно для обеспечения физической безопасности царя. В состав стражи входило несколько сотрудников, осуществлявших оперативно-розыскную деятельность в районах, прилегавших к императорским резиденциям. Ее создание не было оформлено в законодательном порядке. Полагали, что секретность позволит охранникам эффективнее выполнять свои обязанности. Начальник стражи подчинялся непосредственно управляющему III Отделением. Штат стражи к концу 1866 г. составлял 45 человек, но текучесть кадров нижних чинов по причине небольшого содержания была огромной. Говорить в этих условиях о системе подбора и подготовки кадров, разработке методики охраны не приходилось. Никаких серьезных изменений предпринято не было и после покушения на Александра II в апреле 1879 г. Власть ограничилась лишь количественным увеличением лиц, задействованных в охране. Предпринятая после попытки цареубийства в 1880 г. коренная реорганизация центрального полицейского аппарата, оказалась запоздалой мерой. 6 августа того же года III Отделение было упразднено с передачей функций специально созданному Департаменту государственной полиции МВД. Но сохранить жизнь Александру II это не помогло.

Неспособность политической полиции защитить императора подтолкнула «верноподданных» к мысли взять охрану царя на себя. Появилась «Священная дружина» - тайное антиреволюционное общество, созданное аристократией с ведома и согласия властей. Конечно, государство не могло наделить ее членов правом производить аресты и обыски, поэтому все расследования должны были производиться частным порядком с последующей передачей формального дознания полиции. Однако, высокопоставленные сановники оказались неспособны выполнить взятые на себя обязательства, и 26 ноября 1882 г. «Священная дружина» была упразднена. Разгромив «Народную волю», самодержавие в ней больше не нуждалось. А вот в сотрудничестве с ее дочерней организацией – Добровольной охраной, созданной в октябре 1881 г. исключительно для физической охраны императора, было заинтересовано. Взаимопонимания с полицией ей достичь также не удалось и, хотя московское отделение общества принимало участие в обеспечении безопасности коронационных торжеств 1883 г., вскоре от ее услуг отказались.


Таким образом, можно утверждать, что единственным объектом государственной охраны в этот период являлся император. Характерной особенностью организационного устройства отвечавших за это органов было отсутствие единоначалия в руководстве. Самым слабым местом служб личной охраны являлись кадры и тактика работы. Гибель Александра II заставила государство прибегнуть к мерам чрезвычайным. Борьба с террористами их же методами свидетельствовала о неспособности власти защитить верховного правителя и оказалась нежизнеспособной, но привлечение к охране общественных организаций обеспечило политической полиции кадровый резерв и увеличило арсенал приемов обеспечения безопасности. Однако, «количественный» метод постановки охраны не мог в должной мере гарантировать безопасность. Необходимо было искать другие методы решения проблемы.

Глава 2 «Органы государственной охраны в структуре Министерства внутренних дел» посвящена исследованию организационной эволюции подразделений личной охраны в системе политического сыска.

Руководство государственной охраной осуществлял центральный аппарат политической полиции – III делопроизводство, а с 1898 г. Особый отдел Департамента полиции. Но в начале 1880-х гг. ведущая роль в политическом сыске принадлежала Санкт-Петербургскому охранному отделению, поэтому в декабре 1882 г. именно в его структуре создали Охранную команду – специальное подразделение наружной охраны выездов царской семьи. Предполагалось, что таким образом Команда будет получать своевременную и достоверную информацию о планах террористов. При этом 80 % ее личного состава перешло на службу из Летучего отряда Добровольной охраны, выполнявшего до того аналогичные функции.

В условиях вооруженных антиправительственных выступлений 1905-1907 гг. Команда фактически оказалась разбита на две части. Одна несла службу в пригородах, т.к. Николай II практически не покидал резиденций. Вторая выполняла обязанности по охране членов императорской фамилии и высших должностных лиц в столице (официально таковые на нее возложили после убийства министра внутренних дел Д.С. Сипягина в 1902 г.). Поэтому в январе 1906 г. из 162 ее лучших сотрудников (40 % личного состава) создали Охранную агентуру Управления дворцового коменданта Министерства императорского двора и уделов. На Агентуру возложили негласную охрану императора вне пределов резиденций. Охранная команда по-прежнему обеспечивала безопасность проездов императора по столице. Первая и единственная команда, созданная исключительно для охраны высших должностных лиц, появилась в Финляндском жандармском управлении в 1912 г. Численность ее составила 35 человек.


Численность столичной Охранной команды к 1913 г. достигла 390 человек, что было связано с подготовкой к празднованию 300-летия династии Романовых. По окончанию торжеств это число уменьшили до 255 человек. Всех сотрудников разбили на 4 отряда, вверенных руководству офицеров. Состав рядовых сотрудников был неоднороден. Предпочтение отдавали военнослужащим в запасе или отставке. Если в январе 1884 г. они (главным образом, унтер-офицеры) составляли 49, 2 % агентов, то в дальнейшем эта цифра неуклонно увеличивалась, составив в сентябре 1916 г. 77, 5 %. Военнослужащие обладали подходящими знаниями и навыками. Профессионализм остальных сотрудников нельзя не подвергнуть сомнению, учитывая, что программу подготовки кадров стали внедрять только в 1910 г. Но в действительности большинство агентов не проходило даже общеобразовательного курса. Вопиюще нелепо обстояло дело с вооружением сотрудников. В самый разгар революции в 1905 г., револьверы для Охранной команды приобретали на остаток ассигнуемых сумм. В начале 1913 г. некоторых агентов принуждали покупать оружие за собственный счет. Департамент полиции не придавал особого значения организации охраны высших должностных лиц, что выражалось в крайне скупом финансировании, которого едва хватало на выплату жалования и почти никогда - на другие статьи расходов. Его руководители и сотрудники зачастую являлись типичными чиновниками и в своем большинстве имели довольно абстрактное представление о практике политического сыска, поэтому специальной службы физической охраны высших должностных лиц в центральном аппарате политической полиции так и не было создано. Местные же органы политического сыска, на которые фактически возлагалась охрана высших должностных лиц, не располагали всей оперативной информацией, средствами и профессиональными кадрами.

Основной задачей главы 3 «Органы государственной охраны в структуре Министерства императорского двора и уделов» стало изучение становления, развития и особенностей организационного устройства подразделений личной охраны.


11 августа 1881 г. Александр III утвердил «Положение об Охране Е.И.В.» и штаты новых охранных структур. Принципиальным изменением стала централизация руководства ими. Главный начальник охраны подчинялся лично монарху и в пределах своих обязанностей вправе был требовать полного содействия со стороны всех ведомств империи. В его распоряжении, кроме канцелярии и гвардейских воинских подразделений, состояла Инспекция императорских поездов, отвечавшая за техническую безопасность поездок по железной дороге. Но основная работа по обеспечению безопасности императора возлагалась на Секретную часть и Дворцовую полицейскую команду.

Секретная часть выполняла аналогичные Охранной страже функции. Дворцовая полицейская команда унаследовала обязанности и личный состав Команды дворцовой стражи. Однако практика показала, что наладить надежное взаимодействие между ними не удалось. Поэтому в 1884 г. их объединили, создав Дворцовую полицию. Постепенно оперативно-розыскная работа в обязанностях Дворцовой полиции стала отходить на второй план, чему способствовала относительно спокойная внутриполитическая ситуация конца XIX в. Необходимость негласного сопровождения императора вне пределов резиденций дублировала работу Охранной команды, поэтому и от него постепенно отказались. Дворцовая полиция стала выполнять традиционные полицейские функции на территории постоянного и временного пребывания императора: пропускной режим, поддержание общественного порядка, проверка политической благонадежности разных лиц, контроль соблюдения санитарно-гигиенических правил и противопожарной безопасности и пр.

Возобновление террористической активности в начале XX в. заставило власть пересмотреть устоявшуюся практику. Должность главного начальника охраны переименовали в дворцового коменданта, его канцелярию преобразовали в управление и включили в ведомство императорского двора. Все остальные нововведения, по сути, свелись к увеличению численности охраны. К тем частям, которые были в распоряжении его предшественника, добавились Конвой и полиция дворцовых городов, ранее подчинявшаяся министру внутренних дел. Вновь появилась служба негласной охраны императора - Охранная агентура. При ней создали Регистрационное бюро для проверки личностей, прибывавших на жительство в ближайшие к резиденциям местности. Руководил деятельностью этих учреждений А.И. Спиридович – один из самых опытных и талантливых жандармов начала XX в., игравший ключевую роль в дворцовой охране. Не осуществляя кардинальных преобразований, он путем длительной, кропотливой и обдуманной работы добился качественного изменения личного состава охраны самодержца. В дворцовом ведомстве, не испытывавшем серьезных финансовых затруднений, внедрили уникальную многоступенчатую систему подбора и обучения сотрудников.


Глава 4 «Деятельность органов государственной охраны императора, членов императорской фамилии и высших должностных лиц империи в 1881–1917 гг.» содержит характеристику системы охранных мероприятий.

Обеспечение безопасного следования императорского поезда подразумевало осуществление целого ряда мер. Предварительно секретная агентура получала необходимую ориентировку, проверялась благонадежность служащих, техническая надежность транспортных средств, охраняемых объектов и состояние пути. Каждый раз всю железную дорогу объявляли на военном положении и оцепляли войсками. Наибольшие сложности возникали с агентурным освещением среды железнодорожных служащих, поэтому в 1909 г. жандармские органы получили право влиять на кадровый состав служащих железных дорог. Постепенно именно к жандармам стали переходить основные обязанности по охране железных дорог во время следования императорских поездов. Войска для охраны полотна с 1914 г. привлекались по возможности реже.

Меры, осуществляемые в местах временного пребывания императора, заключались в проверке благонадежности лиц, проживавших на охраняемых объектах или их обслуживавших. После этого следовал тщательный осмотр всех предполагаемых к посещению зданий на предмет умышленной или неумышленной угрозы жизни, и устанавливался режим охраны.

Деятельность революционных организаций в конце XIX в. не ставила перед охраной неразрешимых задач. Наиболее сложным мероприятием явилась коронация Николая II. Правда, особых иллюзий по поводу успокоения страны политическая полиция не испытывала, и меры охраны по своим масштабам были вполне сопоставимы с 1883 г. Технология защиты императора от индивидуальных террористических актов в целом была выработана и в принципиальных изменениях не нуждалась. Больше проблем охране создавало появление новшеств технического порядка. В 1897 г. для безопасного проезда царского кортежа пришлось начать регулировать движение экипажей. С 1900 г. дворцовый комендант взял под свой контроль фотосъемку царской семьи. С 1906 г. актуальна стала необходимость защиты от террористических актов с использованием автомобилей, моторных лодок, дирижаблей, самолетов. Но с развитием средств нападения еще можно было справиться усилением бдительности. Как правило, противодействие ограничивалось различными режимными мерами: запретом на полет над резиденциями, использование автомобильного транспорта, нахождение в акватории и т.д. Привлечение к охране царя последних изобретений стимулировала Первая мировая война. Изучалась возможность бронирования императорских поездов, их защиты от атак воздухоплавательных аппаратов, усиливались меры пассивной безопасности дворцов. Непременным атрибутом охраны стали самолеты и артиллерийские установки.


Система мер обеспечения безопасности императора требовала четкой работы многих государственных учреждений и существенных финансовых затрат. В 1913 г. – стоимость охраны императора вне территории резиденций составила 668. 180 руб. При этом бюджет самого Управления дворцового коменданта на 1914 г. (т.е. средства на охрану внутри резиденций) был примерно такой же: 687.235 руб. Накануне революции в Охранной агентуре и дворцовой полиции Управления дворцового коменданта служило около 400 человек.

Меры охраны членов императорской фамилии и высших должностных лиц в конце XIX в. сводились к физическому сопровождению охраняемых. Определенные коррективы были внесены после убийства в 1902 г. министра внутренних дел Д.С. Спипягина. Но усиление только наружной охраны уже не могло гарантировать безопасности. Необходимо было принципиальное изменение отношения к охране самих охраняемых, которые ей не доверяли. Высокопоставленные лица зачастую скрывали от охранников время и маршруты своих выездов, что не в последнюю очередь было связано с откровенным непрофессионализмом сотрудников. Охрана чиновников стала восприниматься как полноценное направление деятельности политической полиции только после назначения в 1905 г. на пост начальника Санкт-Петербургского охранного отделения А.В. Герасимова. Ему в кратчайшие сроки удалось сделать главное - организовать агентурное освещение террористических организаций и убедить охраняемых не вмешиваться в руководство личной охраной. Охрана перестала восприниматься как досадное недоразумение. Правда, на обеспечение безопасности всех членов императорской фамилии и высших должностных лиц выделялось в несколько раз меньше средств, чем на охрану императора.

В заключении подведены итоги исследования.

Причиной создания органов государственной охраны стало изменение внутриполитической ситуации в стране, что сделало возможным сам факт покушения на императора. В годы правления Александра II отсутствовало единство в управлении органами охраны. Не было четкого взаимодействия с другими частями государственного аппарата, неудовлетворительным оставалось агентурное освещение, уровень профессионализма кадров, финансирование. Нельзя сказать, что власть этого не понимала, и все-таки преобразование основного звена личной охраны - политической полиции началось слишком поздно.


В 1881 – 1917 гг. государственную охрану членов императорской фамилии и высших должностных лиц осуществляли местные органы политического сыска, что должно было гарантировать взаимосвязь между получением информации о планах террористических организаций и ее использованием. Но их сотрудники зачастую были настолько перегружены работой, что далеко не всегда уделяли должное внимание структурам личной охраны. Скудное финансирование не позволяло организовать подготовку кадров на современном уровне.

Ситуация в дворцовом ведомстве была принципиально иной. Главному начальнику охраны, а затем и дворцовому коменданту удалось значительно повысить профессионализм своих подчиненных. В 1906 г. в его распоряжении находилась лучшая служба гласной (Дворцовая полиция) и негласной (Охранная агентура) наружной охраны, но получить право на самостоятельное осуществление политического розыска он не мог. Получалось, что единая по своей сути функция государственной охраны была разделена между двумя ведомствами. Это приводило к серьезным трудностям при организации охранных мероприятий, но соединить ее в рамках одного ведомства в условиях самодержавной России оказалось невозможным.

Тем не менее, органы государственной охраны Российской империи разработали разноплановую систему охранных мероприятий, которая в условиях острого противостояния власти и общества смогла защитить от покушений монарха и его семью, а также большинство других охраняемых лиц. Обеспечение безопасности личности стало восприниматься как сложное и многогранное направление деятельности, включавшее в себя агентурное наблюдение, профилактические меры, материально-техническое обеспечение и собственно наружную охрану. Многие меры охраны, впервые осуществленные в царской России, впоследствии были взяты на вооружение аналогичными службами Советской России и Российской Федерации.

Приложения к работе представлены:

  1. Хроникой крупнейших политических покушений в Российской империи во второй пол. XIX – нач. XX вв.


  2. Схемой организационной структуры Санкт-Петербургской Добровольной охраны Е.И.В. (по состоянию на ноябрь 1882 г.)

  3. Схемой организационной структуры Петроградского охранного отделения (по состоянию на 1916 г)

  4. Динамикой изменения сословной принадлежности агентов Охранной команды Санкт-Петербургского охранного отделения в 1884 – 1916 гг.

  5. Списком членов императорской фамилии и высших должностных лиц, безопасность которых обеспечивала Охранная команда Санкт-Петербургского охранного отделения в 1883 – 1917 гг.

  6. Схемой организационного устройства Охраны Е. И. В. (по состоянию на 1881 – 1914 гг.)

  7. Схемой организационного устройства органов охраны Министерства императорского двора и уделов (по состоянию на 1906-1917 гг.)

Все приложения разработаны автором.


Список работ автора, опубликованных по теме диссертации.

  1. Функционирование делопроизводственных структур органов политической полиции Российской империи конца XIX. – нач. XX вв. // Государственная власть и общество России в XX в.: Материалы межвузовской научной конференции. М., 2004. С. 53 – 61. (0,3 п.л.)

  2. Телохранители империи (из истории организации охраны первых лиц российского государства) // Вестник архивиста. 2005. № 3 (87). С. 190 – 206. (0,6 п.л.)

  3. Организация обеспечения безопасности императора и высших должностных лиц империи в 1881 – 1917 гг. // Политическая история России. Материалы исторических чтений «Гороховая, 2». Вып. III. С. 33 – 45. С-Пб., 2006 (0,5 п.л.)

  4. Из истории организации охраны российского императора в конце XIX – нач. XX вв. // Новый исторический вестник. 2006. № 1 (14). С. 107 – 114. (0,3 п.л.)



1Министерство внутренних дел. Исторический очерк, 1802-1902. С-Пб., 1902; Высоцкий И.П. Санкт-Петербургская столичная полиция и градоначальство. Краткий исторический очерк. С-Пб., 1903 и др.


2 См., напр.: Лемке М.К. Наш заграничный сыск (1881-1883) // Красная летопись. 1923. № 5. С. 67-84; Лонге Ж., Зильберт Г. Терроризм и охранка. М., 1924; Заславский Д.О. Взволнованные лоботрясы // Былое. 1924. № 25. С. 130 – 154; № 26. С. 256 – 282; Шуйский П.А. Департамент полиции 1880-нач. XX в. Харьков, 1930. Появились также небольшие публикации, посвященные вопросам обеспечения безопасности императора во время отдельных торжеств. Но все они представляют собой пересказ документов и не дают целостной картины мер. См.: Цявловский М. Николай II в Москве в 1912 г. // Голос минувшего 1917 № 5/6; Царское богомолье // Щеголев П.Е. Охранники и провокаторы. М., 1930. С. 65-68.

3 Яковлев В.И. Охрана царской резиденции. Л., 1926.

4 Во всяком случае, один из крупнейших практиков «кремлевской охраны» недавнего прошлого демонстрирует на сей счет крайнюю неосведомленность (См.: Докучаев М.С. Москва. Кремль. Охрана. М., 1995. С. 45).

5 См., напр.: Мулукаев Р.С. Полиция и тюремные учреждения дореволюционной России. М., 1964; Шинджикашвили Д.И. Министерство внутренних дел царской России в период Первой русской революции. Омск, 1974 и др.

6 Зайончковский П.А. Кризис самодержавия на рубеже 1870-1880-х гг. М., 1964; Он же. Российское самодержавие в конце XIX столетия. М., 1970; Он же. Правительственный аппарат самодержавной России в XIX в. М., 1978; Ерошкин Н.П. История государственных учреждений России дореволюционной России. М., 1968.

7 Оржеховский И.В. Самодержавие против революционной России (1826-1880). М., 1982.

8 См., напр. диссертационные исследования: Тютюнник Л.И. Департамент полиции в борьбе с революционным движением в России на рубеже XIX - XX вв. (1880-1904). М., 1986; Перегудова З.И. Департамент полиции в борьбе с революционным движением (годы реакции и нового революционного подъема). М., 1988; Миролюбов А.А. Политический сыск России в 1914 -1917 гг. М., 1988 и др.


9 См., напр.: Колпакиди А.И., Серяков М.Л. Щит и меч. Руководители органов государственной безопасности Московской Руси, Российской империи, Советского Союза и Российской Федерации: энциклопедический справочник. М. - С-Пб., 2002; Линдер И.Б., Чуркин С. А. История спецслужб России X – XX вв. М., 2003; Симбирцев И. На страже трона. Политический сыск при последних Романовых 1880-1917. М., 2006, Воронцов С.А. Спецслужбы России. Ростов-на-Дону, 2006. и др.

10 См., напр.: Лурье Ф.М. Полицейские и провокаторы: политический сыск в России. 1649-1917. М., 1998; Перегудова З.И. Политический сыск России, 1880-1917. М., 2000. Отметим также коллективные труды: Полиция и милиция России: страницы истории. М., 1995; Государственная безопасность России: история и современность. М., 2004.

11 История государственной охраны России. Собственная его императорского величества охрана. 1881 – 1917 / Под общ. ред. Е.А. Мурова. М., 2006.

12 Павлов Д.Б. Эсеры-максималисты в Первой российской революции. М., 1989. Булдаков В.П. Красная смута: природа и последствия революционного насилия. М., 1997; Леонов М.И. Партия социалистов-революционеров в 1905-1907 гг. М., 1997; Городницкий Р.А. Боевая организация партии социалистов-революционеров в 1901-1911 гг. М., 1998; Будницкий О.В. Терроризм в российском освободительном движении: идеология, этика, психология (вторая пол. XIX – нач. XX вв.) М., 2000.

13 См., напр.: Zukerman F. The tsarist secret police in the Russian society, 1880 – 1917. New York, 1996; Daly J. Autocracy under siege, security police and opposition in Russia 1866 – 1905. Decalb, Illinois, 1998 и др.

14 Падение царского режима: стенографические отчеты допросов и показаний, данных в 1917г. в Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства. М.-Л., 1925-1927. Т. 1-7; Политическая полиция и политический терроризм в России (вторая половина XIX в. – начало XX в.). М., 2001; Тайна убийства Столыпина. Сб. док. М., 2003; Агентурная работа политической полиции Российской империи. 1880-1917. М. - С-Пб., 2006.


15 Бок М.П. П. Столыпин. Воспоминания о моем отце // П.А. Столыпин в воспоминаниях дочерей. М., 2003. С. 153 - 299; Волков А.А. Около царской семьи. М., 1993; Мосолов А.А. При дворе последнего императора. С-Пб.,1992 и др.

16 Савинков Б.В. Воспоминания террориста. М., 1990.

17 Воейков В.Н. С царем и без царя. Гельсингфорс, 1936; Спиридович А.И. Записки жандарма. Харьков, 1929; Он же. Великая война и февральская революция. Минск, 2004; Герасимов А.В. На лезвии с террористами. // Охранка. Воспоминания руководителей политического сыска. М., 2004. Т. 2. С. 141-342; Джунковский В.Ф. Воспоминания. Т. I - II. М., 1997.

18 Документы столичной Охранной команды за больший период существования (за 1883-1905 гг., а также за 1909 г.) не сохранились. Несколько дел, оставшихся от Охранной команды Финляндского жандармского управления представляют собой малосодержательную отчетную документацию, главным образом, по финансовым вопросам.