litceysel.ru
добавить свой файл
1


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы диссертационного исследования. Согласно действующей Конституции Российской Федерации «человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита права и свобод человека и гражданина – обязанность государства» (ст. 2). В соответствии с этим, ст. 2 Уголовного кодекса России на первое место в ряду объектов уголовно – правовой охраны поставила защиту прав и свобод человека и гражданина. На охрану личности направлено большое число уголовно – правовых норм, а задача первостепенной защиты человека, его прав и свобод – главная для уголовного права. Решается она в разделе VII УК РФ путем установления высоких санкций за преступления против личности, человека, гражданина. Данный раздел ("Преступления против личности") открывает всю Особенную часть кодекса. В нем в качестве родового объекта уголовно – правовой охраны выступает личность. Он охватывает такие видовые объекты, как жизнь и здоровье (гл. 16), свобода, честь и достоинство (гл. 17), половая неприкосновенность и половая свобода (гл. 18), конституционные права и свободы (гл. 19), интересы семьи и несовершеннолетних (гл. 20).

Структура раздела VII УК РФ в целом соответствует конституционным положениям, зафиксированным в ст. 20-24, 38, 41 Основного закона: каждый имеет право на жизнь, здоровье, достоинство, свободу и личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Как видим, и по Конституции, и по УК РФ важнейшими составляющими в структуре личности (они поставлены в них на первое место) выступают жизнь и здоровье. Не случайно именно глава 16 о преступлениях против жизни и здоровья, открывает как раздел VII, так и в целом всю Особенную часть Уголовного кодекса.

В разделе VII УК РФ в числе наиболее опасных преступлений против личности предусмотрены следующие деяния, совершенные с особой жестокостью, которая выступает в них квалифицирующим содеянное признаком: убийство (п. «д» ч. 2 ст. 105), умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (п. «б» ч.2 ст. 111), умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью (п. «в» ч. 2 ст. 112) изнасилование (п. «в» ч. 2 ст. 131), насильственные действия сексуального характера (п. «в» ч. 2 ст. 132). Кроме того, в п. «и» ч. 1 ст. 63 УК РФ особая жестокость отнесена к одному из обстоятельств, отягчающих наказание. При этом, в отдельных случаях, особая жестокость объединена с родственными ей понятиями – "издевательством или мучениями" (п. «б» ч.2 ст. 111 УК), садизмом, издевательствами, мучениями для потерпевшего (п. «и» ч.1 ст. 63 УК); в других – она употребляется совместно ни с чем не связанными с ней и не родственными ей отягчающими обстоятельствами – беспомощное состояние (п. «б» ч. 2 ст. 111 УК), угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (п. «в» ч. 2 ст. 131, п. «в» ч. 2 ст. 132 УК). И, это тогда, когда в практике борьбы с преступностью применение норм об особой жестокости вызывает трудности, которые «связаны с тем, что данный квалифицирующий признак является вдвойне оценочным. Оценочным является, во – первых, само понятие жестокости. Толковые словари определяют это понятие через цепочку синонимов: жестокий – безжалостный, бездушный, бессердечный, немилосердный и т.д. Во – вторых, в законе говорится не просто о жестокости, а об особой жестокости… Особая жестокость – это высшее проявление этого качества»1.


Результаты проведенного автором опроса практических работников (следователей, работников прокуратуры, судей) показали, что у 57% из их, при квалификации ими преступлений против личности, возникают трудности с определением содержания особой жестокости, употребляемой в применяемых ими нормах УК. И это при том, что, например, убийство с особой жестокостью (п. «д» ч.2 ст. 105 УК) является одним из «наиболее распространенных видов квалифицированного убийства»2.

Трудности с квалификацией содеянного в рассматриваемой нами области, во многом вызваны, как свидетельствует проведенное нами исследование (опрос специалистов, изучение уголовных дел, обращение к исследованиям других авторов), недостаточной определенностью особой жестокости как оценочной категории, многозначностью её проявлений, употреблением в отдельных случаях в одной норме с иными отягчающими обстоятельствами, которые не всегда имеют к ней прямое отношение. В большинстве случаев, в следственной и судебной практике для выяснения содержания данной категории следователи и суды обращаются к личным представлениям о её понимании, что нередко приводит к судебным и следственным ошибкам.

Отнесение особой жестокости к оценочной категории привело в судебной практике и в литературе к довольно широкому толкованию её содержания.. В постановлениях Пленумов Верховных Судов СССР - от 4 июля 1960 г. и 27 июня 1975 г., РФ - от 22 декабря 1992 г. и 27 января 1999 г., посвященных судебной практике по делам об убийстве, отсутствует конкретное определение понятия «особая жестокость», в них приведены различные способы совершения убийства с особой жестокостью. В законе также, не раскрыто его содержание, не указаны признаки, характеризующие особую жестокость. На практике, следственным органам и судам приходится определять её наличие или отсутствие (судя по проведенному нами анкетированию), оценивая всю совокупность обстоятельств дела. В литературе, где анализируются преступления, совершенные с особой жестокостью, рассматриваемая категория более или менее подробно описывается путем приведения большего или меньшего числа примеров1.


Подобные подходы судебного и научного толкования понятия «особая жестокость» свидетельствуют о широком её понимании, на что давно обращено внимание и на практике, и в литературе. Результатом этого нередко являются ошибки в применении уголовно – правовых норм, в которых употребляется данный признак. Их преодолению должно послужить изучение проблем ответственности за преступления против личности, совершенные с особой жестокостью, предпринятое автором в настоящей диссертационной работе. В связи с чем, актуальность темы нашего исследования не вызывает сомнений.

Степень научной разработанности темы исследования. В российской уголовно - правовой науке впервые проблемы преступлений, связанных с физическим насилием в том числе, и с проявлениями жестокости разрабатывались ещё учеными-юристами XIX - начала XX вв. (И.М. Гвоздев, Д.Г. Тальберг, Н.С. Таганцев, и другие). В советское время, и в современный период различные аспекты проявления физического насилия, в частности и особой жестокости, анализировали в своих научных трудах многие авторы, в том числе – Р.А. Адельханян, Л.А. Андреева, М.К. Аниянц, Ю.М. Антонян, Г.Н. Борзенков, С.В. Бородин, Л.Д. Гаухман, Н.И. Загородников, В.И. Зыков, А.Н. Игнатов, М.И. Ковалев, А.Н. Красиков, Л.Л. Кругликов, А.В. Наумов, А.С. Никифоров, А.А. Пионтковский, С.К. Питерцев, В.В. Питецкий, Э.Ф. Побегайло, А.Н. Попов, С.В. Растаропов, Г.И. Чечель, Р.Д. Шарапов, М.Д. Шаргородский и др.

В последние годы появились диссертационные исследования, непосредственно посвященные отдельным аспектам уголовно – правового проявления жестокости. Среди них можно назвать работы: И.А. Уварова («Преступления, совершенные с особой жестокостью в исправительных учреждениях: правовой и криминологический аспекты» - Рязань, 1997); П.Ю. Константинова («Влияние жестокости преступного поведения на квалификацию убийства» - Спб., 2000); С.Н. Дружкова («Уголовно – правовые функции особой жестокости в составе убийства: вопросы теории и практики». - Екатеринбург, 2002); Э.Э. Штемберг («Уголовно – правовая и криминологическая характеристика убийства, совершенного с особой жестокостью» - Ростов-на-Дону, 2003); Н.В. Борисенкова («Уголовно – правовая оценка жестокости». – М., 2005).


В исследованиях перечисленных авторов уделялось внимание, обозначенной нами в теме нашего исследования категории. Не умаляя научной масштабности и практической значимости работ названных ученых, все же приходится констатировать, что большинство из них в своих исследованиях касались проблемы особой жестокости попутно, при рассмотре­нии более широких, чем эта, проблем ответственности за преступления против личности. Кроме того, большая часть из имеющихся в уголовном праве на сегодня исследований, относящихся к теме нашей диссертационной работы, выполнялись в ином уголовно-правовом поле (в период действия УК РСФСР 1926 г. и 1960 г. и основанной на них судебной практике), при иных социально-правовых реалиях российского общества (большинство во второй половине XX в.) и поэтому естественно, что в современных условиях развития российского общества, государства и законодательства, заявляет о себе настоятельная необходимость дальнейшей разра­ботки затронутой в диссертации проблемы. В связи, с чем мы и обратились в своем исследовании к непосредственному изучению оценочной категории "особая жестокость", имеющей отношение к квалифицированным видам преступлений против личности (п. «д» ч.2 ст. 105, п. «б» ч.2 ст. 111 , п. «в» ч.2 ст. 112, п. «в» ч. 2 ст. 131, п. «в» ч. 2 ст. 132 УК РФ) и к обстоятельствам, отягчающим наказание (п. «и» ч. 1 ст. 63 УК РФ). Обращение к изучению данной категории как квалифицирующего признака названных преступлений, и как к отягчающему наказание обстоятельству с акцентом к их применению в судебной и следственной практике позволит получить в исследовании теоретически и практически обоснованные результаты.

Объектом и предмет исследования.

Объектом диссертационного исследования являются общественные отношения, складывающиеся в процессе борьбы с преступлениями против личности, совершаемыми с особой жестокостью.

Предметом исследования выступают совокупность отечественных нормативно – правовых актов XI – XXI вв. об ответственности за преступления против личности, совершаемые с особой жестокостью; международно – правовые акты о правах и свободах человека, в части, имеющей отношение к теме; зарубежное уголовное законодательство об ответственности за посягательства на личность с особой жестокостью; статистические данные, судебная практика и иные источники по данной проблематике.


Цель и задачи исследования.

Цель диссертационного исследования заключается в определении за счет комплексного изучения оценочной категории "особая жестокость", теоретических и нормативных основ ее формирования и нахождение на этой базе эффективных способов уголовно – правового противодействия преступлениям, совершаемым с особой жестокостью.

Для достижения указанной цели в диссертации решаются следующие задачи:

1. Проследить становление и развитие уголовного законодательства России об ответственности за преступления, совершаемые с особой жестокостью.

2. Проанализировать современное состояние уголовно-правовой борьбы с преступлениями против личности, совершаемыми с особой жестокостью для потерпевшего.

3. Обосновать содержательно-функциональное единство таких понятий как «садизм», «мучения», «издевательство» с уголовно-правовой категорией «особая жестокость».

4. Дать анализ зарубежного законодательства об ответственности за преступления против личности, совершаемые с особой жестокостью в отношении потерпевших.

5. Изучить закономерности и практику квалификации преступлений против личности, совершаемых с особой жестокостью для потерпевшего.

6. Установить основные элементы механизма перерастания категории жестокости в особую жестокость, служащую фактическим основа­нием отнесения того или иного из преступлений против личности к квалифицированному их виду.

7. Показать степень влияния особой жестокости на дифференциацию уголовной ответственности и индивидуализацию наказания за то или иное преступление против личности.

8. Разработать предложения по совершенствованию норм уголовного законодательства, об ответственности за преступления против личности, совершаемые с особой жестокостью.

Методологическая основа исследования. Методологической основой диссертационного исследования послужил общенаучный диалектический метод познания реальной действительности.


В процессе выполнения работы были использованы общенаучные методы познания (анализ, синтез, сравнительный, системно-структурный и др.); частно - научные методы: историко-правовой, конкретно-социологический, сравнительный, системные методы, а также методы исследования документов, анкетирования, интервьюирования и экспертных оценок.

Теоретической основой для изучения рассматриваемой проблемы послужили работы уже названных нами выше ученых - криминалистов и иных специалистов в области философии, социологии, криминологии, уголовного права и других отраслей научного знания. Для комплексного решения поставленных задач были использованы источники, отражающие зарубежный опыт.

Нормативно-правовой основой работы явились международно-правовые акты, Конституция Российской Федерации 1993г., Уголовный кодекс РФ 1996г., Уголовно-процессуальный кодекс РФ 2001г., а также законодательные и ведомственные нормативные акты Российской Федерации, регламентирующие механизм противодействия преступлениям против личности, совершаемым с особой жестокостью; ранее действовавшее до октября 1917 г. и советский период отечественное законодательство; уголовное законодательство стран СНГ и Балтии, а также ряда государств дальнего зарубежья (Англии, Аргентины, Германии, Египта, Израиля, Испании, КНР, США, Франции, Швеции).

Эмпирическую базу исследования составили материалы опубликованной судебной практики по уголовным делам Верховных Судов СССР, РСФСР и РФ, с советского по настоящий период времени (постановления Пленумов, Президиумов, определения Судебных коллегий). Результаты изучения материалов уголовных дел, о преступлениях, совершаемых особо жестоким способом (112 дел за 1999-2008 гг., рассмотренных Верховным Судом Республики Дагестан), результаты проведенного автором анкетирования порядка 181 человек из числа следователей прокуратуры и судей, ответы которых на поставленные перед ними в анкете вопросы в значительной степени предопределили неординарное решение многих затронутых в диссертации проблем.


Кроме того, в диссертации использованы статистические данные, полученные из ГИАЦ МВД Российской Федерации (2000-2008 гг.) и ИЦ МВД Республики Дагестан (2000 – 2008 гг.).

Научная новизна исследования определяется тем, что, оно представляет собой одно из первых системных монографических непосредственных исследований преступлений против личности, совершаемых с особой жестокостью, осуществленных на основе действовавшего до октября 1917 г., в советский период и ныне действующего российского уголовного законодательства на базе сопоставительного анализа, имеющих отношение к теме норм УК РФ 1996 г., международного и зарубежного уголовного законодательства. Составы преступлений, в которых особая жестокость предусмотрена в качестве квалифицирующего признака, в работе впервые проанализированы с основным упором на утвержденные Правительством РФ от 17 августа 2007 года №522 «Правила определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», и на основе изучения иных источников (нормативные, научные, постановления Пленумов Верховных Судов СССР, РСФСР, РФ, следственная практика). При этом учитывались последние достижения уголовно – правовой науки в исследуемой области, а также современная федеральная и региональная (на примере, Республики Дагестан) судебная практика. Разработанная в ходе исследования авторская позиция по поводу определения понятия, сущности и содержания особой жестокости, её соотношение со смежными и близкими по смыслу ей категориями позволили соискателю сформулировать ряд предложений по совершенствованию действующего уголовного законодательства и практики его применения.

Из общего комплекса выводов, которые обоснованны в диссертации и отражают её новизну, на защиту выносятся следующие положения:

1. На всем протяжении становления и развития российского уголовного законодательства понятие «особая жестокость» обретало в нем все более широкое содержание. Изначально она использовалась в законе в качестве признака того или иного состава преступления, посягающего на личность, и лишь с принятием Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. особая жестокость, наряду с другими факторами, связанными с совершенным преступлением, вошла в число обстоятельств, отягчающих вину, которые стали рассматриваться в качестве одного из институтов Общей части уголовного права России. Однако, при этом, законодатель ни в Уложении, ни в действовавших до и после него нормативных правовых актах не давал определения понятия «особая жестокость», что естественно, не приводило в науке и практике к единообразию в понимании данной категории, и её сущностных черт. Кроме того, особая жестокость в законе представлялась как явление все менее привязанное к физическим страданиям и имеющее отношение к психическим переживаниям потерпевшего.


2. Основное отличие особой жестокости от обычной жестокости просматривается в способе совершения насильственного преступления и в его восприятии жертвой или ее близкими, претерпевании ими особых мучений и страданий. Исходя из этого, преступления против личности, совершаемые с особой жестокостью – это умышленные деяния, направленные против жизни, здоровья, половой свободы личности или близких ей лиц и связанные с претерпеванием потерпевшими особых страданий или мучений, воспринимаемых ими, именно, как таковые.

3. При применении соответствующей нормы необходимо учитывать как внешнее, так и внутреннее содержание понятия «особая жестокость». Внешне она может характеризоваться своей формой, интенсивностью воздействия и проявления, иными словами – способом совершения преступления. Однако, для правильной квалификации преступления, совершенного с особой жестокостью, следует исходить из внутреннего содержания данного понятия, а именно учитывать то, как отразился особо жестокий способ посягательства на жертве (испытывала ли она действительно при этом особые мучения и страдания), ее близких или окружающих, каким образом ими он был воспринят, что они испытывали при этом.

4. Категории "садизм", "издевательство", "мучения", входят в содержание более широкой по своему объему категории "особая жестокость" и являются различными формами проявления последней. В связи с чем, предлагаем из составов преступлений, предусмотренных п. "б" ч.2 ст.111 и п. "в" ч.2 ст.112 УК РФ исключить термины «издевательством и мучениями для потерпевшего», оставив в них лишь положение: "с особой жестокостью", и представить п. "и" ст. 63 УК РФ в следующей редакции – «совершение преступления с особой жестокостью для потерпевшего».

5. Преступление следует считать, совершенным с особой жестокостью, если оно совершено путем причинения жертве множества ранений, когда установлено, что виновный, нанося их потерпевшему, желал причинить ему тем самым особые страдания в процессе совершения им деяния. Если же подобная цель действий у него отсутствовала, то в этом случае признание преступления, совершенным с особой жестокостью будет зависеть от направленности установленного у виновного умысла и объективных обстоятельств происшедшего. В частности, следует исходить из следующих обстоятельств: расположения ран и других повреждений на теле потерпевшего (наносились ранения в область расположения жизненно важных органов или нет); характера ранений (сила удара, глубина раневых каналов); орудий убийства (длина клинка ножа, особенности заряда в огнестрельном оружии); времени, прошедшего между нанесением первого и последнего ударов; соотношения сил убийцы и потерпевшего; обстановки, в которой действовал виновный.


6. Особая жестокость как способ совершения насиль­ственных преступлений признается излишним, чрезмерным, вспомогательным фактором, или дополнительным способом их совершения. При со­вершении изнасилования, насильственных действий сексуального характера, особо жестокий способ применяется преступником как с целью подавления сопротивления, или устрашения потерпевшей, так и с целью доведения преступного умысла до конца. Совершая убийство с осо­бой жестокостью, виновный преследует своими действиями цель причинить ими жертве особые мучения и страдания, т.е. основ­ное различие между этими преступлениями проявляется в разнице целей их совершения.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Настоящая работа, являясь уголовно-правовым исследованием теоретических и практических вопросов проявления особой жестокости, систематизирует имеющиеся в науке знания о понятии особо жестокого способа совершения преступления, его смежных категориях, учете особой жестокости при квалификации преступлений и индивидуализации наказания за преступления. Углубляет и расширяет эти знания, обозначает проблемы, предлагает пути их решения и развивает основные направления дальнейших научных разработок в сфере борьбы с особо жестоким преступным поведением.

Результаты исследования могут способствовать улучшению понятийного аппарата учения о способе совершения преступления, а также послужат исключению разночтений при применении уголовного закона.

Выводы и рекомендации, содержащиеся в работе, представляются полезными для использования работниками правоохранительных органов и судьями при квалификации преступлений и назначении наказания за преступные деяния против личности, совершенные особо жестоким способом. Они могут быть использованы для подготовки методических рекомендаций в системе служебной подготовки и повышения квалификации следователей, прокуроров и судей.

Материалы исследования могут быть реализованы в законодательной деятельности Государственной Думы РФ при совершенствовании уголовного законодательства, а также в учебном процессе по курсу «Уголовное право». (Общая и Особенная части).


Обоснованность и достоверность результатов исследования обеспечивается его комплексным характером, системным подходом и репрезентативностью эмпирического материала. В работе представлен анализ статистических данных ГИАЦ МВД РФ, материалов отчетности органов внутренних дел о состоянии, структуре и динамике преступности за последние девять лет (2000-2008 гг.), нормативно-правовых актов, судебной практики и специальной научной литературы по изученной проблеме.

Кроме того, достоверность выводов и положений проведенного исследования обеспечивается результатами обобщения и анализа данных, полученные в ходе социологических опросов, постановлений Пленумов и Президиумов Верховных Судов СССР, РСФСР и РФ, определений их коллегий по уголовным делам, а также материалов 112 уголовных дел, рассмотренных Верховным Судом Республики Дагестан (1999-2008 гг.), и обзоров судебной практики Верховного Суда РФ (1998-2008 гг.).

По специально разработанной анкете был опрошен 181 эксперт из числа работников органов прокуратуры и суда, непосредственно связанных с противодействием преступлениям, совершенным с особой жестокостью. В ходе исследования были изучены уголовное законодательство России (дореволюционного, советского и современного периодов) и других государств, уголовно-правовая, криминологическая, социологическая, психологическая, психиатрическая, философская и иная литература по вопросам диссертации. В работе использовались также эмпирические данные ряда других исследований, проведенных иными авторами и затрагивающие отдельные аспекты изученной нами темы.

Апробация и внедрение результатов исследования. Основные положения и выводы диссертации нашли отражение в шести научных публикациях автора общим объемом 1,9 п.л. (в том числе двух научных статьях, опубликованных в периодических изданиях, рекомендованных ВАК РФ). Соискатель принимал участие в работе следующих научных форумов: "Взаимодействие правоохранительных органов и органов государственной власти субъектов Российской Федерации по противодействию преступности и соблюдению прав человека" (научно – практическая конференция от 8 декабря 2006 г. в г. Пскове: Псков. юрид. ин-т ФСИН России); "Преступность, организованная преступность и экономика: проблемы совершенствования предупредительной и правоохранительной деятельности" (научно – практическая конференция от 2-3 февраля 2007 г. в г. Н. Новгороде: Нижегородская академия МВД России).


Результаты исследования внедрены в учебный процесс Академии управления МВД России, Северо – Кавказского филиала Российской правовой академии Министерства юстиции России (г. Махачкала), а также в практическую деятельность Каспийского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Республике Дагестан и Судебного департамента при Верховном Суде РД.

Структура диссертации обусловлена целью и задачами исследования и состоит из введения, двух глав, объединяющих в себе семь параграфов, заключения, списка использованной в работе литературы и приложения.


Содержание работы

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования; определены объект и предмет, цели и задачи исследования; изложены методологические подходы; определяются нормативная и эмпирическая базы работы; обоснована научная новизна; сформулированы основные положения диссертации, выносимые на защиту; приведены данные о научно-теоретическом и практическом значении диссертационного исследования, представляются сведения об апробации результатов исследования.

Первая глава - «Категория «особая жестокость», и ее соотношение со смежными оценочными категориями» состоит из четырех параграфов.

В первом параграфе проводится исторический анализ развития законодательства об уголовной ответственности за преступления против личности, совершенные с особой жестокостью.

В законодательстве России наказуемость жестокого преступного поведения впервые определена в Договоре Руси с Византией 911 года. В нем данному явлению посвящено несколько статей, текст которых чрезвычайно краток. Некоторые слова и отдельные их положения вызывают до сих пор споры и различные толкования у исследователей. Так, ст. 7 Договора гласит: «Если кто – либо русский у христианина или христианин у русского, причиняя страдания и явно творя насилие, возьмет что – нибудь, принадлежащее другому, пусть возместит убытки в тройном размере»1.


Представленное в ст. 7 словосочетание «причиняя страдание и явно творя насилие», относящееся к самоуправству в отношении вора является первой реакцией древнерусского законодателя на жестокость преступного поведения.

Правовые памятники России (XIV-XVI вв.), представленные в первую очередь Судебником Ивана III 1497 г. и Судебником Ивана Грозного 1550 г., несмотря на то, что сохранили в себе в целом черты присущие Русской правде, в части, формулировки понятия особой жестокости, нового в русское законодательство не внесли.

В Соборном Уложении 1649 г. впервые в российском законодательстве была установлена уголовная ответственность не только за причинение «увечья», но и дополнительно за «мучительное надругательство» при совершении подобных действий2, т.е. выделяется квалифицированный вид нанесения телесного повреждения, которое имеет отношение к жестокости. Однако в Уложении не проведена дифференциация нака­зания в зависимо­сти от способа совершения преступного деяния. В его нормах, наряду с жестокостью, не выделена особая жестокость как отягчающее вину обстоятельство.

В качестве неоспоримого достижения законодательной техники Артикула Воинского 1715 г., следует отметить тот факт, что в нем, впер­вые на законодательном уровне, в качестве отягчающего наказания обстоятельства, указан особо мучительный способ со­вершения убийства.

В п.2 ст.1453 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., («Умышленное или предумышленное убийство посредством истязаний и жестоких мучений») совершение убийства способом особо мучительным для убитого признавался квалифицирующим признаком, усиливающим ответственность, виновного. Проявления насилия особо жестоким способом, имели место в Уложении лишь по отношению к умышленному и предумышленному убийству и не применялись к убийству в запальчивости или раздражении (т.е. убийству, учиненному в состоянии аффекта, гнева злобы или отчаяния).

Существенным обстоятельством являлось то, что наряду с перечнем квалифицированных видов убийств, Уложение 1845 г. предусматривало и перечень обстоятельств, увеличивающих вину и наказание (п. 7 ст. 129)1, указывая на следующее обстоятельство из их числа: «чем более было жесткости, гнусности или безнравственности в действиях, коими сие преступление было предуготовляемо, приводило в исполнение, или сопровождаемое». При этом следует отметить, что более суровое наказание виновному предусматривалось и в тех случаях, «когда же при следствии употреблены были истязания и жестокость»2.


В Уголовном Уложении 1903 года, как и предшествовавшем ему уголовном законодательстве России сохранилась «традиция» слабого внимания к проблеме проявления особой жестокости при совершении преступлений, регламентация ответственности за подобные преступления практически не изменилась. К числу новелл в Уголовном Уложении 1903 г., пожалуй, можно отнести исключение жестокости из общего перечня обстоятельств, «усиливающих ответственность» (гл. 1, отд. 7, ст. 60 - 67).

Первым систематизированным актом уголовного законодательства советской власти были Руководящие начала по уголовному праву РСФСР 1919 года. Будучи не значительными по своему объему (всего 27 статей), они содержали только нормы Общей части и включали в себя целый ряд понятий оценочного характера: «мучительность», «бесполезные и лишние страдания» (ст. 10); «обнаружены ли совершающим деяние заранее обдуманное намерение, жестокость, злоба, коварство, или деяние совершено в состоянии запальчивости» (ст. 12)3. Начала предусматривали примерный перечень обстоятельств, отягчающих общественную опасность деяния, лежащих вне составов преступлений. В их число вошли и факторы, связанные с проявлениями жестокости1.

Уголовные кодексы РСФСР 1922 г.2 и 1926 г3, сохранили в рассматриваемой нами сфере преемственность дореволюционного российского уголовного законодательства. Они предусматривали в своих нормах в качестве обстоятельств, отягчающих вину жестокость (п. «и» ст. 25 УК РСФСР 1922 г.), и особую жестокость (п. «д» ст. 47 УК РСФСР 1926 г.).

Пункт «в» ст. 142 УК РСФСР 1922 г. и п. «в» ст. 136 УК РСФСР 1926 г. указывали на особо мучительный способ совершения преступления как на квалифицирующий признак умышленного убий­ства. В теории со­ветского уголовного права к данному способу убийства предлагалось относить случаи, когда сам процесс лишения жизни причиняет потерпевшему особо сильные страдания, выходящие из ряда обыкновенных4.


В доктрине советского уго­ловного права рассматриваемого периода среди особо мучительных способов совершения убийства выделяли следующие: отравление медленно действующим ядом; предварительное с целью убийства изувечение человека, нанесение большого количества ран; сожжение на огне; лишение жизни путем голода и жажды; убийство, которому предшествовала пытка жертвы5.

Способ, носящий характер мучений или истязаний, предусматривался и в качестве квалифицирующего признака умышленного причинения тяжких телесных повреждений (ч.2 ст.149 УК РСФСР 1922 г., ч.2 ст.142 УК РСФСР 1926 г.). Уголовное законодательство РСФСР данного периода не раскрывало со­держания понятия «особого мучения», подобный пробел восполнялся доктринальным толкованием.

В УК РСФСР 1960 г. категория «особая жестокость» нашла свое от­ражение как среди обстоятельств, отягчающих ответственность в новой редакции (п.7 ст.39)6, так и в числе, квалифицирующих отдельные преступления признаков: умышленное убийство (п. «г» ст.102). Однако вместо особо мучительного для потерпевшего способа посягательства известного УК 1922, 1926 гг., в УК 1960 г. употреблялось как более широкое и разностороннее понятие – «особая жестокость»1.

В действующем Уголовном кодексе 1996 г. законодателем представлена более совершенная, чем в предшествовавшем ему российском уголовном законодательстве, сис­тема обстоятельств, отягчающих наказание. Это имеет отношение и к рассматриваемой нами в нашей работе проблеме. В п. "и" ч. 1 ст. 63 УК РФ наряду с другими обстоятельствами предусмотрено – совершение преступления с особой жестокостью, как обстоятельство, отягчающее наказание.

Во втором параграфе дается понятие "особой жестокости", как оценочной категории в современном уголовном праве.

Обстоятельство «особая жестокость», выступая в отдельных нормах Особенной части действующего УК РФ (п. "д" ч. 2 ст. 105, п. "б" ч. 2 ст. 111, п. "в" ч. 2 ст. 112, п. "в" ч. 2 ст. 131, п. "в" ч. 2 ст. 132) в качестве квалифицирующего признака, а в п. "и" ч. 1 ст. 63 Общей части УК РФ в виде обстоятельства, отягчающего наказание и выполняет соответственно роль одного из критериев дифференциации и индивидуализации в законе уголовной ответственности и наказания.


Об особой значимости преступлений, совершенных с особой жестокостью свидетельствует их широкий общественный резонанс, негативное отношение членов обществ к лицам их совершившим, повышенная опасность таких деяний для общества, которая выражается в способе действий виновного, в его безразличном отношении к страданиям потерпевшего и других лиц. Субъект подобного рода поведения характеризуется крайне отрицательными чертами личности.

Под особо жестоким преступным поведением, следует понимать такое деяние, когда лицо осознает степень общественной опасности своих действий, в том числе факт причинения потерпевшему (либо его близким) особой физической боли и душевных страданий, и он желает наступление общественно опасных последствий, либо их не желает, но сознательно допускает, что результатом содеянного может быть наступление общественно опасных последствий, и потерпевший воспринимает их именно, как таковые.

Всякое насильственное посягательство на личность жестоко. Однако в уго­ловном законе при конструкции составов конкретных преступлений имеется в виду не просто жестокость, а особая жестокость.

Закон называет в качестве отягчающего обстоятельства не просто жестокость, сопутствующую многим преступлениям, а особую жестокость. Она может проявляться как в способе действий виновного, при­чинивших мучения потерпевшему, так и в иных обстоятельствах совершения преступления, когда страдания причиняются другим лицам, в присутствии которых совершается преступление, направленное против близкого им чело­века. Особая жестокость - это более высокая качественная и количественная характеристика деяния по отношению к понятию «жестокость».

В третьем параграфе анализируются нормы уголовного законодательства зарубежных стран об ответственности за преступления, совершаемые с особой жестокостью.

Понимая актуальность и массовость проблемы проявления жестокости одним человеком против другого, очевидно, поэтому мировое сообщество хотя бы декларативно старается предпринять необходимые меры для устранения из повседневной жизни людей жестокости в любых ее проявлениях. Так, ст. 5 Всеобщей декларации прав человека1 и ст. 7 Международного пакта о гражданских и политических правах2 предусмотре­ли, что никто не должен подвергаться актам пыток или жестокости, бесчеловечному обращению или унижающим его достоинство наказанию. Эту же идею за­крепила и Декларация о защите всех лиц от пыток и других жестоких, бесче­ловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, приня­тая Генеральной Ассамблеей от 9 декабря 1975 года.


Необходимо отметить, что в науке уголовного права Германии оценочные понятия рассматривались в контексте изучения оценочных признаков состава преступления. В частности, к оценочным признакам, характеризующим объективную сторону убийства и имеющим квалифицирующее значение, УК ФРГ относит злостный способ совершения убийства, предусмотренный в его п. "б" ч. 2. § 211, где дается определение: «тяжким убийцей является и тот, кто убивает человека под влиянием страстей коварно, и жестоким способом»3. По УК ФРГ для квалификации убийства как тяжкого преступления, достаточно проявления не осо­бой жестокости, а просто жестокости по отношению к потерпевшему.

Уголовный кодекс Франции среди других отягчающих обстоятельств рассматривает и со­вершение убийства, которому предшествовали изнасилование, пытки, другие акты жестокости (ст. 222-2). Необходимо отметить, что в нем к са­мостоятельному отягчающему обстоятельству совершения убийства, отнесена жестокость (достаточно применения просто жестокости, а не особой), направ­ленная по отношению к потерпевшему. В отдельное квалифицирующее обстоя­тельство выделены пытки.

Особая жестокость в УК Франции предусмотрена, в качестве квалифицирующего признака не только в составе убийства, но и изнасилования. В соответствии с его ст.222-26 в случае, если изнасилованию предшествовали, следовали за ним или его сопровождали пытки или акты жестокости, то уголовная ответственность за изнасилование усиливается1.

В соответствии с Примерным Уголовным кодексом США, «особо злостный» характер действий не требует обязательного признака, та­кого как обдуманность, и преднамеренность2. Для вменения особой жестокости совершения преступного деяния по американско­му уголовному законодательству достаточно и спонтанного ее проявления. В этой связи, в нем в качестве квалифицирующего обстоятельства предусмотрен особо злостный характер совершения убийства, влияющий на назначаемое за убийство наказание3.


Таким образом, некоторые статьи Примерного УК США содержат толь­ко отдельные элементы особой жестокости как способа совершения преступления (убийство с применением пыток, особо злостный характер действий). Они не охватывают всего перечня особо жестоких способов реализации преступного замысла. В нем также нет общего единого признака, опреде­ляющего особую жестокость. Неотраженные в Примерном УК США другие способы проявления особой жестокости, автоматически относят убийство к разряду тяжких убийств первой степени4.

Свод законов Соединенных Штатов Америки не содержит специальной статьи о перечне отягчающих обстоятельств и предписывает учитывать их лишь при назначении наказания за некоторые наиболее опасные преступления, а также при принятии решения о возможности назначения виновному смертной казни. В п. «с» § 3592 Раздела 18 Свода установлены отягчающие обстоятельства, которые должны учитываться в случае совершения убийства.

В их числе: "Отвратительный, жестокий или извращенный способ совершения преступления, обнаруживающий исключительную испорченность подсудимого"5. При этом следует отметить, что смертная казнь может быть назначена лишь в том случае, за проявления особо жестокого преступного поведения, если нет обстоятельств, смягчающих ответственность.

Закон об убийстве 1957 г. Англии, убийство, совершенное с особой жестокостью, относит к убийству первой степени. При этом, определяющее значение для квалификации деяния как умышленного (тяжкого) преступления, совершенного особо жестоким способом имеет субъективная сторона содеянного, которая при тяжком убийстве означает свободно сформировавшееся намерение лица предпринять действие, кото­рое, как отдает оно себе отчет, совершающая его, выражается, или может выразиться в причинении смерти какому-либо лицу1.

Таким образом, в английском уголовном праве само наличие умысла на совершение преступного деяния является отягчающим обстоятельством, относящим умышленное преступление к категории «тяжких».


К таким обстоятельствам признающим дело «наихудшим случаем» уголовное законодательство Англии относит, и «преднамеренность, жестокость, безжалостность при совершении виновным преступного деяния».

В этой связи, несмотря на то, что особая жестокость, как отягчающее обстоятельство известно, английскому уголовному законодательству, оно будет, учитываться при назначении наказания только по усмотрению суда. Напротив этому, УК РФ в п. «и» ч. 1 ст. 63 обязывает суд учитывать проявление особой жестокости как обстоятельство, отягчающее наказание.

В Уголовных кодексах Иордании и Египта, умышленное убийство считается тяжким при следующих условиях:

- осуществление пытки с особой жестокостью.

- признание факта умышленного убийства (наличие всех его элементов) при условии, что намерение совершить убийство, должно было возникнуть до применения пыток.

Положения УК Иордании и Египта указывая на: «лицо, ко­торое подвергало жертву жестоким пыткам до того, как ее убить» обращают особое внимание па способ совершения преступления и предпологают, что жестокая пытка жертвы перед убийством долж­на быть обязательно принята во внимание при решении вопроса об ответст­венности. Способ совершения преступления и средства, использованные преступником при его осуществлении, методы, которые применил преступник при убийстве своей жертвы - все это обнаруживает истинное лицо преступ­ника, степень криминальности его сознания, и, так как преступник представляет большую опасность, его следует наказывать особенно сурово.

Все без исключения страны СНГ предусмотрели в своих УК такой известный, квалифицирующий убийство признак, как совершение его с особой жестокостью.

В УК других рассмотренных нами стран вообще не упоминается осо­бая жестокость совершения убийства. Главное значение в законодательстве этих стран придается установлению умысла на лишение человека жизни,- способ же не имеет никакого значения для квалификации деяния. Так как преступления с осо­бой жестокостью в большей степени совершаются умышленно, то это предполагает призна­ние их тяжкими, со всеми вытекающими из этого для преступника послед­ствиями.


В четвертом параграфе проводится соотношение «особой жестокости» со смежными с ней оценочными категориями.

Правильное понимание содержания «особой жестокости» неразрывно связано с определением её понятия и взаимосвязи с однопорядковыми оценочными категориями, предусмотренными УК РФ.

Одной из слабо разрешенных в теории уголовного права проблем, требующей своего незамедлительного разрешения, является проблема соотношения категории особой жестокости со смежными с ней оценочными понятиями. Термин "особая жестокость" является более емким по содержанию в отношении к тождественным ему проявлениям - «садизм», «издевательство», «мучения», «истязания» и включает их в себя.

Однако важно отметить, что в сочетании с одними, определяющими ее критериями особая жестокость приобретает качественно новые содер­жательные свойства, которые и позволяют законодателю, а впоследствии и правоприменителю придавать ей статус отягчающего наказание об­стоятельства либо квалифицирующего признака. При учете других критериев она обретает новые уголовно-правовые черты, характеризующие признаки субъективной стороны. Третьи из этих критериев придают особую уголовно-правовую окраску субъекту преступления.

На сегодняшний день, в доктрине уголовного права бытует множество точек зрения, направленных на разрешение рассматриваемых нами проблем. Некоторые авторы1, чью позицию мы разделяем, предлагают включить в Общую и Особенную части УК РФ статьи, раскрывающие содержания оценочных признаков. При этом вызывает сомнения мнения тех авторов2, которые считают невозможным законодательное разъяснение таких оценочных понятий как «особая жестокость», «издевательство», «мучения», «садизм». На наш взгляд, такой подход мало конструктивен, ибо, первым основополагающим актом при отправлении правосудия по уголовным делам выступает уголовный закон, и наличие в нем четких определений содержания оценочных категорий позволяет обеспечить законность и справедливость реагирования на совершенное преступление и преступника.


Приведенные в литературе формулировки истязания и мучения, как ана­логи особой жестокости, и самой особой жестокости, на наш взгляд, неопределенны и сильно расплывчаты. В соответствии с принципом законности со­держание всех уголовно-правовых норм должно пониматься в точном соот­ветствии с текстом, то есть не должно допускаться ни ограничительное, ни расширительное их толкование. Будучи оценочными понятиями, «истязания», «мучения», «пытки», «страдания», «особая жестокость» по-разному истолко­вываются и на практике. Для того чтобы избежать нарушений закона, необ­ходимо уточнить содержание, функции и формы проявления этих понятий.

Соотношение по­нятий «особая жестокость», «истязания» и «мучения» необходимо выявлять с учетом их фактического содержания и социальных функций. Думается, что понятие «му­чения» занимает промежуточную позицию между «особой жестокостью» и «истязанием», так как одновременно может рас­сматриваться и как определенное действие, и как его неизбежный результат.

Употребление особой жестокости и мучения как равнозначных в одной и той же статье УК РФ, по нашему мнению, способствует затруднениям в полной реализации требований законодателя к квалификации содеянного и в противодействии совершенным при данных отягчающих обстоятельствах преступлениям. В том и другом случае, когда они имеют место, виновный преследует цель, лишить жизни потерпевшего способом, причиняющим ему физическую боль и душевные страдания. Поэтому нет необходимости отдавать тому или иному из указанных обстоятельств предпочтение как основной форме проявления жестокости.

Согласно диспозиции ст. 117 УК РФ, истязание представляет собой совокупность систематически совершае­мых умышленных действий, в силу этого причиняющих человеку физиче­скую боль и душевные страдания. Составной частью истязания может высту­пать легкий вред здоровью, а способом совершения - побои. Они выступают признаками, играющими вспомогательную роль, однако их наличие наполня­ет новыми качественными компонентами само истязание.


Для признания действий истязанием важно установить их систематичность, то есть совершение их виновным три и более раза в течение года. Но так как речь идет о причинении особых мучений и страданий жертве убийства, то под систематичностью, видимо, следует по­нимать совершение действий, причиняющих жертве особые мучения и страдания три и более раза непосредственно перед лишением жизни.

Реакция человека, которого избивают или к которому применяют пытки, однозначна - систематическими действиями потерпевшему причиняются психические страдания в силу чувства беззащитности перед причинителем вреда, а также существенная физическая боль вследствие нанесения ударов при побоях. Как проявление жестокости рассматриваются и единичные случаи избиения, а превращение побоев в систему рассматривается как совершение истязания. Лишая жизни путем истязания (в том числе и при нанесении большого числа телесных повреждений, при использовании, например, мучительно дейст­вующего яда), жертве причиняются особые физические мучения и моральные страдания. В связи с тем, что истязание, в частности, при убийстве с особой жестокостью, выступает содержательным компонентом последней, при иде­альной совокупности действий (истязания и убийства) ссылка на ст. 117 УК РФ не требуется.

В п. «и» ч. 1 ст. 63 УК РФ, наряду с «особой жестокостью» и «мучениями», как однопорядковый, использован термин «издевательство».

Под ним в юридической литературе обычно понимают особо циничные действия против личности потерпевшего, выражающиеся в глумлении над ним, унижении его чести и достоинства, причинении ему дополнительных к совершенному преступлению физических и моральных страданий. При этом виновный действует грубо и жестоко1. Основной целью издевательства является желание унизить человеческое достоинство жертвы.

Определение содержания категории «издевательство», как и по другим категориям уже нами рассмотренным, породило в науке ряд бурных дискуссий. Так, С.С. Гаскин давая ей определение, обратил внимание на тот факт, что издевательство рассматривается в качестве отягчающего обстоятельства только в том случае, если оно непосредственно направлено на потерпевшего. При этом по его мнению издевательство не предполагает особой жестокости2. Такую позицию С.С. Гаскина мы считаем спорной. На наш взгляд, издевательство является одним из элементов проявления особой жестокости, путем умышленного психического воздействия на жертву, и на других лиц, являющихся близкими родственниками потерпевшего, когда виновный осознавал, что своими действиями причиняет им физическую боль и душевные страдания.


Полагаем, что как обстоятельство, отягчающее наказание, садизм следует понимать более широко. Верно, в этой связи отмечает О.Д. Ситковская: «законодатель придал этому понятию более широкий смысл, подчеркнув не патопсихологический аспект (расстройство влечений при половых психопатиях), а особый вид изощренной жестокости, которая выступает в качестве самоцели, ведущего мотива противоправных действий»1. Сюда можно отнести и проявление жестокости не только в отношении жертвы преступления, но и по отношению к другим лицам, оказавшимся свидетелями преступления. На наш взгляд, законодатель излишне выделил из признака особой жестокости, совершение преступления с садизмом в отношении потерпевшего, поскольку понятие «садизм» так же поглощается понятием «особая жестокость».

Однако, при выявлении критериев особой жестокости с целью получения наиболее точного определения, анализируемое понятие следует рассматривать одновременно через призму как объективных, так и субъективных признаков состава преступления, свидетельствующих о проявлении особой жестокости к потерпевшему.

Используя принцип сочетаемости объема содержания понятий, можно заключить, что истязание, пытки и мучения могут как самостоятельно, так и в своей совокупности органично составлять содержание не только жестокости, но и особой жестокости, одновременно характеризуя степень ее социальной опасности, которая в уголовном законе приобретает особый правовой статус.

Вторая глава – «Квалификация преступлений против личности, совершаемых с особой жестокостью» - состоит из трех параграфов.

В первом параграфе дается уголовно – правовая характеристика и квалификация убийства, совершенного с особой жестокостью.

Состав убийства, ответственность за которое предусмотрена п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в качестве обязательного признака объективной стороны пре­дусматривает особую жестокость, которой в его структуре придан статус спе­цифического способа совершения этого преступления.


Убийства с особой жестокостью встречаются гораздо чаще других преступлений, совершаемых при таких же обстоятельствах. Так, по полученным нами данным, этот вид квалифицированного убийства занимает 68,7% от общего числа случаев преступлений, совершаемых особо жестоким способом. Большое значение для установления умысла виновного на совершение убийства именно с особой жестокостью имеет учет следующих признаков её объектив­ной стороны:

- способ совершения убийства;

- создание или использования специфической обстановки;

- поведение виновного после совершения преступления.

Имеется несколько подходов к трактовке обстоятельств, свидетельствующих о совершении убийства с особой жестокостью. Позиции авторов существенно различаются: одни утверждают, что о совершении преступления с особой жестокостью свидетельствует только способ убийства; другие считают, что, кроме способа, о ней должны свидетельствовать и иные обстоятельства субъективного характера; третьи исходят из того, что кроме способа этот оценочный признак, характеризуют и другие объективные обстоятельства, однако перечень их у многих авторов не совпадает; четвертые относят к обстоятельствам, свидетельствующим о проявлении виновным особой жестокости, все возможные признаки, как субъективные, так и объективные, а также имеющие отношение к его личности, которые дали о себе знать в им содеянном, например, психофизиологические и психологические особенности, чаще всего в сексуальной сфере, проявляющиеся в причинении потерпевшему(ей) особо сильных физических или психических страданий, определяемых чаще всего в качестве садизма1.

Все преступления, носящие характер мучения или истязания, сопряжен­ные с издевательством над людьми, в итоге характеризуются жестокостью, ко­торая и служит качественной стороной насилия. Для квалификации убийства по п. «д» ч.2 ст. 105 УК РФ необходимо доказать, что умысел при его совершении возник до применения истязаний к жертве либо в процессе самого истязания. Ес­ли же материалами уголовного дела доказано, что он имел место после истязания жертвы, действия виновного в зависимости от обстоятельства дела следует квалифицировать по со­вокупности ст. 117 и п. «д» ч.2 ст. 105 УК РФ или ч.1 ст. 105 УК РФ.


Особая жестокость является вспомогательным, чрезмерным способом совер­шения убийства и направлена она (с целью реализации преступного умысла) на совершение именно убийства или какого-либо другого преступления. Совер­шение же пыток, в отличие от особой жестокости, уже само по себе является результатом достижения преступного умысла. Состав преступления пыток формальный, т.к. не требует обязательного наступления общественно опасных последствий и реализации целей, ради которых они совершались.

Помимо способа проявления особой жестоки в форме истязания, мучения и глумление над потерпевшим перед лишением его жизни, в целом ряде случаев об особой жестокости также свиде­тельствует и множественность ранений или иных телесных повреждений, при­чиняемых жертве. Однако один факт нанесения множества ранений еще не свидетельствует об особой жестокости, поскольку их количество может обу­славливаться не только стремлением причинить особую жестокость, но и ины­ми обстоятельствами.

Один лишь факт причинения множественных повреждений не может служить основанием для квалификации преступления как совершенного с особой жестокостью. Преступление следует считать, совершенным таким способом если оно осуществлено путем причинения множественных ранений; если установлено, что виновный, нанося потерпевшему множественные ранения, желал причинить ему тем самым особые страдания в процессе совершения преступления. Когда же подобная цель действий виновного лица дос­товерно не установлена, то в этом случае признание преступления совершен­ным с особой жестокостью будет зависеть от направленности установленного у него умысла и объективных обстоятельств происшедшего.

О наличии, либо отсутствии в действиях виновного особой жестокости при множественности повреждений, следует исходить из следующих обстоятельств: расположения ран и других повреждений на теле потерпевшего (наносились ранения в область расположения жизненно важных органов или нет); характера ранений (сила удара, глубина раневых каналов); орудий убийства (длина клинка ножа, особенности заряда в огнестрельном оружии); времени, прошедшего между нанесением первого и последнего ударов; соотношения сил убийцы и потерпевшего; обстановки, в которой действовал виновный.


Следующим признаком объективной стороны является создание или использование специфической обстановки - это совершение преступления: в присутствии близких потерпевшего, осознающих характер действий виновного; в отношении потерпевшего находящегося в беспомощном состоянии, и также сознающего характер действия, совершаемых против него.

Обстановка совершения преступления также может повлиять на признание убийства, совершенного с особой жестокостью. Она может
свидетельствовать о причинении потерпевшему и (или) его близким особых нравственных страданий при совершении преступления, а также о
проявлении виновным особой жестокости.

Убийство следует признавать особо жестоким, когда оно совершено в присутствии близких потерпевшего, т.е. как родственников, так и других лиц, которые дороги потерпевшему в силу сложившихся у него с ним личных отношений.

В практической деятельности, для надлежащего применения квалифицирующего признака особая жестокость, помимо выявления фактов, подтверждающих о его наличии или отсутствии, в каждом конкретном случае должно быть выяснено психическое отношение виновного не только к проявленной им в содеянном особой жестокости как к обстоятельству, отягчающему ответственность, но и к последствиям его преступных действий.

Квалифицирующий признак, характеризующий субъективную сторону подобного рода убийства, присутствует лишь в тех случаях, когда виновный избирает конкретный особо жестокий способ действий и осознает факт причинение другому человеку особых мучений и страданий ради достижения каких-либо целей или совершает действия, осуществляя которые, субъект допускал, или предвидел, что подобные последствия наступят. Поэтому не сам по себе объективно особо жестокий способ совершения преступления, а его сочетание с субъективными характеристиками личности виновного и особенностями его мотивационного процесса, отягощают ответственность.

В силу этого, особая жестокость как квалифицирующее обстоятельство убийства имеет место лишь в тех случаях, когда, во-первых, способ совершения преступления объективно является особо жестоким, мучительным, и, во-вторых, когда виновный избирает такой способ совершения преступления и осознает в процессе совершения убийства, что причиняет этим потерпевшему особые мучения и страдания.


Во втором параграфе рассматриваются проблемы квалификации умышленного причинения тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, совершенное с особой жестокостью.

В п. «б» ч.2 ст. 111 УК РФ в отличие от ч.2 ст. 108 УК РСФСР, где го­ворилось о мучениях и истязаниях, предусмотрено причинение тяжкого вреда здоровью с особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего, а равно в отношении ли­ца, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, что вполне оправдано в силу ряда обстоятельств.

Введение квалифицирующего признака особой жестокости в п. «б» ч.2 ст. 111 УК оправдано потому, что мучения и истязания не охватывали всех случаев, сви­детельствовавших об особой жестокости преступника, что нередко приводило к разнобою в судебной практике. Следует отметить, что в ст. 102 УК РСФСР 1960 г. в качестве квалифицирующего признака убийства была особая жестокость, а не мучения или истязания. «И дело не в замене одного термина другим - пишет М.К. Аниянц, - а в том содержании, которое вкладывается в этот признак»1. Понятие «особая жестокость» более точное, более широкое, оно охватывает большее количество случаев, при которых причинение вреда здоровью приоб­ретает особую опасность. Э.Ф. Побегайло под особой жестокостью понимает не только причинение потерпевшему особых мучений, но и особую жесто­кость самого способа совершения преступления, а также личности преступника, его исключительное бессердечие, безжалостность и беспощадность, прояв­ленными при совершении преступления1.

Понятие вреда причиненного здоровью человека содержится в Правилах «об определении степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Правительством РФ от 17 августа 2007 года № 522. Под ним понимается, нарушение анатомической целостности и физиологической функции органов и тканей человека в результате воздействия физических, химических, биологических и психических факторов внешней среды.


Согласно данным Правилам, степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, при наличии повреждений, возникших от неоднократных травмирующих воздействий (в том числе при оказании медицинской помощи), определяется отдельно в отношении каждого такого воздействия.

Умышленное причинение тяжкого, либо средней тяжести вреда здоровью, совершенное с особой жестокостью для потерпевшего, будет иметь место в тех случаях, когда вред здоровью причиняется потерпевшему способом, носящим особо жестокий характер, например, обречение жертвы на длительный голод, лишение её зрения путем выкалывания ей глаз, отрезание пальцев рук, обез­ображивание лица в результате вырезания кусков кожи и т.д.

Умышленное причинение тяжкого и средней тяжести вреда здоровью, совершенное с особой жестокостью для потерпевшего, будет иметь место и в тех случаях, когда обстановка причинения вреда здоровью потерпевшего может также свидетельствовать о проявленной виновным особой жестокости. В случае, если такие действия совершаются на глазах у близких потерпевшему лиц и тем самым ему и его близким причиняются
моральные страдания, действия виновного следует квалифицировать также по п. «б» ч. 2 ст. 111 УК РФ.

Субъективную сторону, можно раскрыть как осознание виновным общественно опасного характера своих действий, предвидение им нанесения ими тяжкого вреда здоровью потерпевшего и желание или сознательное допущение (безразличное отношение) к его наступлению. Для наличия в действиях виновного лица признака особой жестокости необходимо доказать, что виновный осознавал факт причинения по­терпевшему, в процессе нанесения ему тяжкого вреда здоровью, осо­бых мучений и страданий. В отдельных случаях виновным может двигать стремление причинить потерпевшему особые мучения и страдания, однако наличие подобного мотива не является обяза­тельным признаком субъективной стороны преступления, преду­смотренного п. «б» ч. 2 ст. 111 УК РФ. Вывод о наличии либо отсут­ствии у виновного умысла на причинение тяжкого вреда здоровью может быть сделан после анализа объективной стороны совершенно­го преступления.


В третьем параграфе анализируются проблемы квалификации преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности, совершенные с особой жестокостью.

Признак особой жестокости может быть связан как с характером совершения непосредственно полового акта, сопровождающегося, например, серьезным повреждением внутренних органов, так и с действиями, предшествующими изнасилованию, исполнение которых началось непосредственно перед посягательством (пытки, мучения, истязания, глумление, причинение телесных повреждений).

Особая жестокость может проявиться и в обстановке совершаемого изнасилования (совершение насильственного деяния в присутствии родных или близких потерпевшей). Так, причинение моральных страданий близким лицам потерпевшей, в чьем присутствии совершается изнасилование, и которые лишены возможности оказать помощь насилуемой его избежать, следует квалифицировать как изнасилование с особой жестокостью1. По отношению к другим лицам особая жестокость может проявиться в таких же действиях, совершаемых с целью сломить сопротивление потерпевшей путем психологического воздействия на нее. Другими могут быть не только родные или близкие потерпевшей, но и любые иные лица, в частности посторонние дети, спасти которых от издевательств можно только уступив домогательствам насильника.

Следует заметить, что особая жестокость как способ совершения изнасилования, и насильственных действий сексуального характера направлена на устрашение жертвы, а также подавление или предотвращение ее сопротивления в целях доведения преступного умысла до конца. Особая жестокость признается вспомогательным фактором, или дополнитель­ным способом совершения изнасилования (насильственных действий сексуального характера), который во всех случаях его применения является излишним, чрезмерным, неоправданным. Процесс совершения таких преступлений также растянут во времени. При совершении же убийства, особая жестокость как способ его совершения является основным средством доведения преступного умысла до конца.


Особо жестокий способ, применяемый в процессе изнасилования (насильственных действий сексуального характера) к потерпевшей (потерпевшему) или другим лицам, может быть как физическим, так и психическим.

Физическое проявление особой жестокости, состоит в применении любого насилия к потерпевшей (потерпевшему) или иным лицам. Такое насилие может проявиться в лишении жертвы возможности сопротивляться, например, путем связывания, в нанесении побоев, причинении вреда здоровью различной степени тяжести. Поскольку применение насилия является признаком преступлений, предусмотренных ст. 131, 132 УК РФ, то дополнительной квалификации по ст. 112, 115, 116 УК РФ не требуется.

К физическому проявлению следует относить и воздействие на внутренние органы потерпевшей (потерпевшего) путем введения в организм лекарственных препаратов, наркотических средств.

Психическое воздействие особой жестокости, проявляется в виде угроз с целью сломить сопротивление потерпевшей (потерпевшего). Угроза, должна восприниматься потерпевшими реально. Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2004 г. под угрозой применения насилия следует понимать не только прямые высказывания, в которых выражалось намерение немедленного применения физического насилия к потерпевшему лицу или к другим лицам, но и такие угрожающие действия виновного, как, например, демонстрация оружия или предметов, которые могут быть использованы в качестве оружия (нож, бритва, топор и т.п.).

В заключении диссертации изложены выводы и предложения, которые в концентрированном виде отражены в положениях, выносимых на защиту и по мнению диссертанта, представляют наибольший интерес и практическую значимость. Основные из них выражены в следующем:

- на всем протяжении развития российского уголовного законодательства исторически меняется весь круг отягчающих обстоятельств, которые были призваны обеспечить законодательную и правоприменительную дифференциацию и индивидуализацию уголовной ответственности и наказания. Особая жестокость изначально использовалась в законе в качестве признака того или иного состава преступления, и лишь с принятием Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., она, наряду с другими факторами, связанными с совершенным преступлением, вошла в число обстоятельств, отягчающих вину, которые стали рассматриваться в качестве одного из институтов Общей части уголовного права.


- особая жестокость является важным квалифицирующим совершенное преступление признаком в составах, предусмотренных п. "д" ч. 2 ст. 105, п. "б" ч. 2 ст. 111, п. "в" ч. 2 ст. 112, п. "в" ч. 2 ст. 131, п. "в" ч. 2 ст. 132 УК РФ, и устанавливающих ответственность за посягательство на самое ценное – жизнь, здоровья, половую неприкосновенность и половую свободу человека, причиняя при этом физические страдания и мучения потерпевшему. Преступник, совершая такие деяния действует хладнокровно, безжалостно, он осознает характер своих действий, предвидит их преступные последствия и желает, чтобы они наступили.

- особо жестокий способ совершения преступления - это умышленные, не обусловленные целью совершения преступления приемы, сопряжен­ные с физическим и (или) психическим насилием, направленные на причинение по­терпевшему или его близким особых мучений или страданий.

- указывая в законе на издевательства, мучения, истязания, пытки и садизм, законодатель тем самым дифференцирует в его нормах причиненные преступлением ущерб здоровью, физические и психические страдания, сопровождающие те или иные телесные повреждения, т.е. говорит о возможности различного объема проявления особой жестокости. Однако, показывая определенную «дозу» причиненных умышленно физических или психических страданий, законодатель указывает тем самым на возможные различные степени имевшей место особой жестокости, вследствие чего содеянное виновным при совершении преступлений подобного рода каждый раз подлежит квалификации как осуществленное с особой жестокостью. Поэтому под особой жестокостью следует понимать издевательства, мучения, истязания, пытки, садизм и жестокое обращение с потерпевшим, поскольку анализируемое понятие охватывает своим содержанием все перечисленные способы причинения физического и (или) психического вреда здоровью жертвы либо его близким.

Основные выводы и положения диссертационного исследования опубликованы в шести научных статьях автора общим объемом 1,9 п.л.


Научные статьи, опубликованные в журналах, рекомендованных перечнем ВАК России:

1. Раджабов Р.М. К вопросу об истории формирования в уголовном праве России отягчающего наказание обстоятельства «Особая жестокость» // Журнал Закон и право. 2008. №6.- 0,2 п.л.

2. Раджабов Р.М. Соотношение понятия «особая жестокость» со смежными оценочными категориями» // Журнал Российский следователь. 2008. №13.- 0,3 п.л.

Научные статьи, опубликованные в иных изданиях:

3. Раджабов Р.М Особая жестокость как оценочная категория в уголовном праве // Взаимодействие правоохранительных органов и органов государственной власти субъектов Российской Федерации по противодействию преступности и соблюдению прав человека. Сборник международной научно – практической конференции состоявшейся 8 декабря 2006 г. - г. Псков, 2007. – 0,4 п.л.

4. Раджабов Р.М. «Особая жестокость», «издевательство и мучения» как обстоятельства, отягчающие наказания в современном уголовном праве // Преступность, организованная преступность и экономика: проблемы совершенствования предупредительной и правоохранительной деятельности. / Сборник научных статей по итогам Международной научно – практической конференции в Нижегородской академии МВД России состоявшейся 2-3 февраля 2007 г. В 2-х т. – г. Н. Новгород, 2008. – 0,4 п.л.

5. Раджабов Р.М. Признаки субъективной стороны состава убийства, совершенного с особой жестокостью // Журнал Юридическая психология. 2008. №3. – 0,3 п.л.

6. Раджабов Р.М. Проблемы ответственности за убийство с особой жестокостью в уголовном праве зарубежных стран // Журнал Юридическая психология. 2008. №4. – 0,3 п.л.


Раджаб Магомедович Раджабов


Ответственность за преступления против личности,

совершенные с особой жестокостью.

Подписано в печать «30» апреля 2009 г.


Усл. печ. л. 1,3 Заказ № 021 Тираж 100 экз.

Центр оперативной полиграфии

ФГОУ ВПО РГАУ-МСХА им. К.А. Тимирязева

127550, Москва, ул. Тимирязевская, 44.


1 Борзенков Г.Н. Преступления против жизни и здоровья: закон и правоприменительная практика. – М.: Изд-во «Зерцало - М», 2008. С. 73.

2 Там же.

1 Аниянц М.К. Ответственность за преступления против жизни по действующему законодательству союзных республик. – М., 1964. С. 59-65; Сарыев Б. Преступления против жизни. Квалификация и предупреждение. – Ашхабад,1978. С. 29-33; Бородин С.В. Преступления против жизни. – М., Юристъ, 1999. С. 106-115; Стрельников А.И. Ответственность за убийство, совершенное при обстоятельствах, отягчающих наказание. – М.: Частное право, 2002. С, 61-66; Адельханян Р.А. Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при особо отягчающих обстоятельствах. Изд. 2-е М.: МЗ Пресс, 2003. С. 98-101.

1 Памятники русского права. Вып. 1. Памятники права Киевского государства, Х-ХII / Под ред. С.В. Юшкова. М., 1952. С.8.

2 Тихомиров М.Н., Епифанов П.П. Соборное Уложение 1649 года. М., 1961. С. 289 – 290.

1 Уложения о наказаниях уголовных и исполнительных. Издание 1885 г. // Свод законов Российской Империи. Т.13, 1916.

2 Российское законодательство Х-ХХ вв. В 9-ти томах / Под общ. ред. О.И. Чистякова. – М., 1985. Т.6. С. 294.

3 Карпец И.И. Отягчающие и смягчающие обстоятельства в Советском уголовном праве. – М., Госюриздат, 1959. С. 28-29.

1 История государства и права // под. ред. Титова Ю.П. – М., 1996. С. 331.


2 СУ РСФСР. 1922. № 45. С. 153.

3 СУ РСФСР. 1926. № 80. С. 600.

4 Текст и комментарий к ст.ст. 142-136, 172-179. Уголовный кодекс РСФСР. Практический комментарий / Под. ред. Гернета М.Н. и Трайнина А.Н. Преступления против личности. М., 1924. С. 11.

5 Трайнин А., Меньшагин В., Вышинская З. Уголовный кодекс РСФСР. Комментарий. М., 1946. С. 187.

6 Сравнительные таблицы статей ранее действовавшего УК РСФСР 1926 года и действующего УК РСФСР 1960 г. – М., Министерство юстиции РСФСР, 1960. – С. 3.

1 Комментарий к УК РСФСР 1960 г. / Под ред. Ю.Д. Северина – М., 1985. С. 235.


1 Международное право в документах. - М., 1982. - С. 303.

2 Международное право в документах. - М., 1982. - С. 320.

3 Уголовное право ФРГ. Учебное пособие, под ред. - И.Д. Козочкина. М . 1981. С. 45.

1 См.: Там же. С. 199.

2 См.: там же. С. 125.

3 См.: там же. С. 127.

4 См.: там же. С. 131.

5 Примерный УК США. Официальный проект института американского права. М., 1969, С. 129.

1 Полянский Н.Н. Уголовное право и уголовный суд Англии. – М.: «Юридическая литература», 1969. С. 160.

1 Гаухман Л.Д. Нужен новый УК РФ // Законность. 1998. №7. С. 23.

2 Константинов П.Ю. Влияние жестокого преступного поведения на уголовную ответственность. Спб., 2002, С. 28.


1 Кузнецова Н.Ф., Тяжкова И.М. Уголовное право России: Общая часть. М., 2004. С. 536.

2 Гаскин С.С. Отягчающие обстоятельства и их значение для индивидуализации уголовной ответственности и наказания. Автореф. дис. к.ю.н. М., 1981. С. 16.

1 Ситковская О.Д. Психологический комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. – М., 1999. С. 89.

1 Попов А.Н. Убийство при отягчающих обстоятельствах. - СПб: Изд-во «Юридич. центр Пресс», 2003.-С.391.


1Аниянц М.К. Ответственность за преступления против жизни. М., 1964. С.57.

1 Побегайло Э.Ф. Указ. соч. С.80-81; Панов Н.И. Уголовно-правовое значение способа совершения преступления. - Харьков: Изд-во ХЮИ. 1984.. С. 16.

1 Андреева Л.А. Квалификация изнасилований. Спб., 1999. С. 24-25.

3