litceysel.ru
добавить свой файл
  1 2 3 ... 5 6
Глава 1


РОЖДЕНИЕ НОВОЙ РУССКОЙ ВЛАСТИ

Районные советские власти бежали из Локотя, да и с территории всего Брасовского, Навлинского, Сузем- ского, Комаричского районов Орловской области уже во второй половине сентября. За несколько суток до начала наступления войск генерала Гудериана на Москву. И более чем за две недели до того, как первый фашистский оккупант вторгся на землю брянского леса. Быстренько, что успели взорвать и сжечь из оборудования, заводов, цехов, мельниц, школ, больниц, фабрик, железнодорожных станций, мостов, взорвали и сожгли при своем поспешном отступлении местные отряды энкавэдэшников. Надо сказать, что успели уничтожить очень многое, инфраструктуру локотьчанам в скором времени пришлось восстанавливать чуть ли не полностью. Как тараканы от дуста, разбежались во все стороны и быстро поисчезали партийные, «советские», энка- вэдэшные и милицейские Начальники, начальники и «начальники»...

...И воцарилась тишина, гнетущая и неопределенная. Хлопали на ветру распахнутые двери райкомов партии и сельсоветов, райисполкомов и правлений колхозов. Ветром носило по улицам белой пеной листки Постановлений, Протоколов, Распоряжений, Приказов, Ведомостей на зарплату и Ведомостей учета расстрелянных «врагов народа», «эвакуированных по первой категории». Уныло поглядывали из-под засиженных мухами мутных стекол в пыльных рамах на многочисленные мгновенно замолчавшие телефоны разного рода бородатые, усатые и не очень вожди, кто в пенсне, кто — без...

И — все...

И в этих условиях, никем не призванные и появившиеся вроде бы ниоткуда, начали свою деятельность двое местных ссыльных интеллигентов, оба «с поражением в правах». Преподаватель физики и математики Локотьского лесотехникума Воскобойник Константин Павлович. В некоторых советских источниках он до сих пор называется Воскобойников. Сам он подписывал свои приказы и другие документы, в частности знаменитый Манифест, как «инженер Земля. (КПВ)».

Да инженер местного химзавода (по другим данным — спиртзавода) Каминский Бронислав Владиславович.


Оба они появились в Локоте сравнительно недавно: Воскобойник — в 1938 г., Каминский — в 1940-м. Вели себя тихо, не «шебуршась» и не привлекая к себе излишнего внимания энкавэдэшников, сразу же установивших за новыми прибывшими в Локоть «людьми с червоточинкой» пристальный плотный, удушливый контроль.

...Когда советские власти в Локоте начали мероприятия по эвакуации предприятий на восток, то и Каминский, и Воскобойник, оба с семьями, получили от них предписания эвакуироваться. Однако под разными предлогами, благо за этим уже никто особенно не следил, оба от эвакуации увернулись. Кстати, тогда на территории будущей Локотыцины подобная картина была далеко не единичной. Многие представители интеллигенции и даже работники самых разнообразных госучреждений всеми способами уклонялись от эвакуации. Практически в полном составе остались на местах работники райпланов, РОНО (народного образования). Осталось немало работников заводов, фабрик, типографий, райисполкомов, больниц, электростанций. Список можно еще продолжать и продолжать. Вывод один — здесь очень много людей не просто не стали эвакуироваться, но активно сопротивлялись эвакуации.

И все они через самое малое время активно включились в процесс строительства нового государственного аппарата на местной земле, названного ими Русским государственным образованием.

Это еще раз подчеркивает факт, что еще до войны здесь активно действовала нераскрытая энкавэдэшника- ми сильная подпольная антисоветская организация...

...Сейчас же эта пара начала неутомимо обходить все окрестные села и деревни, поднимать людей, призывая их проснуться, очнуться от тяжелого, бредового «советского сна». И вот тут-то оказалось, что Локотьская земля, Брасовский район, давно уже подпольем сотрясается. И все эти многочисленные «люди с червоточинкой» — бывшие репрессированные, пораженцы в правах, освобожденные из лагерей, — не просто так сюда перед войной стягивались.

Опять всплыл, будто из-под земли, неуловимый повстанческий отряд «Витязь». Много раз на протяжении и двадцатых, и тридцатых годов НКВД докладывал наверх: все, разгромили его дотла, стерли с лица земли, искоренили бандитизм в этих местах. «По версии ИПХ» (истинно православных христиан-катакомбников), последний раз они доложили об этом перед самой войной, когда на долю НКВД выпала редкая удача — разгром антисоветского подполья в Рославле. Подполье здесь действительно было сильным и разветвленным. Связи из города тянулись в лес к «Витязю». После разгрома подполья на несколько лет замер и «Витязь». Отряды частей особого назначения из состава оперативных войск НКВД будто густой гребенкой прочесали тогда все леса вокруг Рославля — отряда не было. Будто растворился в воздухе. «Витязь» тогда оставил эти места. И перебрался из-под Рославля чуть ли не под самый Локоть, в глухой придеснянский брянский лес. При этом отряд рассредоточился, разбившись на небольшие мобильные группы по 3—5 человек, которые разошлись не только по Брасовскому, но и по всем окрестным районам: Навлинскому, Комаричскому, Севскому, Суземскому.


А теперь, с началом войны и в условиях стремительного приближения линии фронта к этим местам, ядра отряда «Витязь» начали так же стремительно обрастать добровольцами. Из тех самых бывших репрессированных, освобожденных из лагерей и тюрем. Людей, «обиженных советской властью», как метко сказал про них современный российский историк Б. Соколов. Вместе с Воскобойником и Каминским, являвшимися, без спору, руководителями антисоветской подпольной организации в Локоте, активной работой по мобилизации местного населения занялись и их соратники по антисоветскому подполью.

Они рассредоточились по селам и деревням, созывали общие собрания жителей в этих селах и деревнях. Долго и зажигательно объясняли людям, что пришли пора спасать Россию. Зажигали неяркие поначалу огоньки в потухших и смутных сердцах забитых и донельзя запуганных долголетним жесточайшим террором людей. Выбирали на сходах сельских старост из числа местных уважаемых, работящих мужиков. Призывали собирать все только что брошенное «красными» при своем бегстве оружие и создавать из местных жителей отряды самообороны.

«Советских» они упорно называли «красными» и «большевиками». Это наименование врагов своих так потом красной нитью и пройдет через всю историю РГО «ЛОС». Обратите внимание на это обстоятельство. А также на тот факт, что свою армию они называли Народной Армией, по аналогии с эсэровской Народной Армией КОМУЧА, возникшей в ходе антикоммунистического восстания на Волге летом 1918 г. Эти две реалии из жизни локотьчан ясно говорят о том, что Гражданская война, в официальной советской историографии завершившаяся «полностью и без остатка» на всех территориях бывшей Российской империи в 1923 г., у этих людей никуда все эти долгие годы не исчезала, не уходила. Просто все это время она была, существовала внутри людских душ — и вот теперь эта война снова вырвалась наружу.

В то же время при строительстве новой национальной государственности не обращалось никакого внимания на то, кем были при советской власти жители, выбираемые общим сходом на должности старост общин. Часто бывало, что старостами становились бывшие председатели колхозов, главные агрономы, другие малые, средние, а порою — и большие сельские советские руководители. Главными критериями были доверие и уважение простых сельчан к избираемому. И искреннее желание выбираемых наладить не «подсовет- скую», а настоящую человеческую жизнь.


Тут же по инициативе Воскобойника и его сорат- ников-подполыциков в селах общие сходы объявляли о самороспуске колхозов. И делили между селянами колхозные земли, инвентарь, скотину, птиц. Там, где к этому местные жители были еще не готовы, объявляли о создании кооперативов по совместной обработке земли, так называемых земельных обществ — переходной ступени перед окончательным роспуском колхозов. Зачастую главным мотивом при организации земельного общества была нехватка в колхозе лошадей, которых поначалу явно не хватало на всех сельчан. А без лошади на земле, как сегодня без трактора, — делать нечего. На себе много не напашешься!

Работа по разделу колхозного имущества шла споро, быстро. И одновременно с этой работой внутри, в душе каждого принимавшего участие в этой работе что-то менялось. Человек освобождался, превращаясь из колхозника, подневольного и бесправного винтика огромной, могучей и страшенной махины-системы, просто в человека! Это уже был не советский человек, а Русский Человек!

В самом конце сентября выбранные сельчанами сельские и деревенские старосты вместе с выбранными депутатами собрались в Локоте на Вечевой Сход. В нем приняли участие представители всех населенных пунктов Брасовского района и нескольких деревень сопредельных районов Орловской области. На Вечевом Сходе «Губернатором Локотя и окрестной земли» был избран Константин Павлович Воскобойник, его заместителем — Бронислав Владиславович Каминский. Все это было в то время, когда старая, «советская», власть в конце сентября отсюда уже убралась, самоликвидировалась. А новая, «немецкая», пока еще сюда не добралась.

Так что Воскобойник получил власть из рук русских людей, выбранных местным населением. А не из рук немецко-фашистских оккупантов, как это утверждают соловушки красноперые. Так же в свое время, только тремя столетиями раньше, из рук Земского Собора получил власть на земле Русской другой русский человек. Боярин Михаил Романов.

...Когда 4 октября 1941 г. передовые подразделения 17-й танковой дивизии вермахта ворвались на танках, бронетранспортерах и грузовиках в Локоть, то они были приятно поражены тем, что в городе нормально функционировала национальная русская власть. Над зданием бывшего Горсовета и Горкома партии развевалась не красная «советская» тряпка, а порядком подзабытый местными жителями, все еще диковинный для них бело-сине-красный русский национальный флаг. Отличием от «дореволюционного» флага Российской империи было то, что в центре теперешнего флага был нашит красный щиток с изображением на нем серебряного Георгия Победоносца, поражающего змия. Рядом с ним висело знамя антисоветского партизанского отряда «Витязь» — белое полотнище с черным силуэтом Георгия Победоносца, поражающего змия, в центре и нашитым в левом верхнем углу красным квадратом. В центре красного квадрата был белый круг с черным изображением в центре этого круга Георгиевского креста с мечами — офицерского ордена Святого Мученика Георгия Победоносца. В центре креста было помещено изображение Георгия Победоносца, поражающего змия. Оно было прикреплено к древку наподобие «бунчука», «штандарта». Такие формы зна-



i

Знамя антисоветского партизанского отряда «Витязь». В верхнем углу — алый квадрат, внутри которого в белом круге черный силуэт ордена Георгия Победоносца с мечами. Носилось на древке наподобие хоругви. Стало партийным знаменем Народной Социалистической Партии России «Викинг» («Витязь») — НСПР «В», а также одним из двух официальных знамен Русского государственного образования «Локотское Окружное Самоуправление» (копия — ЛА автора).

мен в виде штандартов в свое время у русских эмигрантов-белогвардейцев переняли германские национал-социалисты и некоторые эсэсовские дивизии, например «Лейбштандарт СС «Адольф Гитлер». Позднее знамя отряда «Витязь» станет знаменем партии Народ- ной Социалистической Партии России «Викинг» («Витязь»), созданию которой К. Воскобойник посвятит, по сути, большую часть оставшегося у него в распоряжении времени жизни.

Представители новой власти во главе с «Губернатором Локотя и окрестной земли» и его заместителем тепло, по-русски, с хлебом-солью встретили командира авангардного отряда 17-й танковой дивизии германской армии. Уже тогда К. Воскобойник подчеркивал, что германские войска, вступавшие на землю Локоть- щины, — это союзные войска новой, равноправной Германскому рейху национальной России. Танкисты пошли дальше на Брянск. А «Губернатор Локотя и окрестной земли» К. Воскобойник остался в Локоте, наскоро утвержденный командиром авангардного отряда танкистов в должности старосты Локотской Волостной Управы. Теперь Воскобойник имел на руках формальное «официальное» разрешение германских властей, признавших легитимными как власть созданного местными жителями органа государственного управления, так и созданные ими вооруженные отряды. Он продолжил формировать на освобожденных от советской власти территориях вооруженные отряды. Именно так первый период времени называлась РОНА

Многие соловушки красноперые постоянно используют и склоняют во все стороны факт утверждения Вос- кобойника германскими представителями в своей должности, выполняя вокруг этого факта чуть ли не ритуальный танец и подавая его при этом как факт предательства Воскобойником национальных интересов России. Как факт поступления Воскобойника на службу Германии в качестве Иуды. Вопрос: иностранный посол представляется главе государства нахождения, отдает ему верительные грамоты, и тот принятием грамот утверждает посла в своей должности — это как расценивать? Как факт принятия посла на службу другому государству в качестве Иуды?


Утверждение германскими представителями власти выбранного народом русским К. Воскобойника в должности, на которую его выбрало местное население, свидетельствует о том, что германские представители уважили и не вмешались в выбор местного населения. Как бы приняли от Воскобойника своего рода верительную грамоту на управление им от лица русского местного населения всем названным им райо

ном Орловской области. Согласившись с легитимностью этой власти! Не зря это образование было сразу официально названо Русское государственное образование, только впоследствии преобразовавшись в Русское государственное образование «Локотское Окружное Самоуправление».

...Первый отряд Народной армии, сформированный в городе Локоть К. Воскобойни- ком еще до прихода немцев на Локотьскую землю и до его утверждения немцами в должности главы местного самоуправления, насчитывал, по разным данным, от 18 до 200 человек. В основе своей это были бойцы довоенного антисоветского партизанского отряда «Витязь». В то же время германский капитан, командир передового отряда танкистов 17-й танковой дивизии, взял на себя смелость разрешить формирование только отряда местной самообороны численностью не более 20 человек

Надо учесть, что даже в этом случае немец взял на себя слишком большую ответственность. Утверждать от лица высшей германской власти местных руководителей и местные вооруженные отряды из числа местных жителей вряд ли входило в прерогативы командиров германских авангардных отрядов.

...Через полтора года, к весне—лету 1943 г., численность «выросшей» из этого отряда Русской Освободительной Народной Армии, РОНА,, стала превышать 20 ООО человек только в подразделениях и частях регулярных войск.

Генерал фон Арним, в 1941 г. — командир 17-й танковой дивизии, 4 октября 1941 г. вошедшей в Локоть

Поток добровольцев к Воскобойнику был велик, а отношения местной власти с командованием 17 танковой дивизии Вермахта, занявшей Локоть, сложились с самого начала теплыми и откровенными. В резуль


тате менее чем через две недели, 16 октября 1941 г., локотьским властям было разрешено увеличить численность отряда народной милиции ровно в десять раз — с 20 до 200 человек. Скорее всего, шедшие за передовыми частями штабы 17-й танковой дивизии и 47-го танкового корпуса разобрались получше с положением дел в Локоте и окрестностях.

16 ноября 1941 г. была официально создана Особая Локотьская волость. Одновременно было разрешено формировать во всех крупных селах и деревнях самостоятельные отряды народной милиции. Все они вооружались и снабжались из местных ресурсов.

Уважаемый читатель, вы не ошиблись, а автор не оговорился!

Численность народной милиции Локотьской волостной управы, как и позднее Локотьского Особого Округа, ограничивалась, а рост этой численности сдерживался не количеством желающих вступить в ее ряды! А только лишь и единственно лишь ограничениями, установленными для максимальной численности вооруженных формирований локотьчан германскими оккупационными властями. 20 человек было у Воскобойника 4 октября 1941 г. не потому, что больше не нашлось предателей и отщепенцев, а потому, что оккупационные власти запрещали иметь больше! Через 12 дней разрешили иметь в десять раз больше, и пожалуйста — вот они уже в этот день на дворе стоят, все 200!

Причем германский представитель по связям с местным населением 2-й танковой армии Свен Штеен- берг утверждал потом в своих воспоминаниях, что «с самого начала немцы встретили в Локоте отряд численностью до 500 бойцов».

Так что утверждения соловушек красноперых, что якобы Воскобойник и Каминский силой загоняли в свои отряды людей и те единственное о чем мечтали, так это вырваться из народоармейцев в партизаны к Емлютину, — ложь.

О том, как на самом деле шло формирование первых подразделений и частей РОНА осенью 1941 г., свидетельствует бывший боец РОНА Мазанов, выживший в круговерти войны и живущий ныне в Германии. Вот строки из его воспоминаний из личного архива автора: «Имя мое Василий Мазаное. Я родился 7 августа, в 1926 году, в 80 километрах от Брянска, в селе Дуто- холмецкое (скорее всего, речь идет о хуторе Холмец- ком. — СВ.). ..В центре нашего села находилась церковь. Я крещеный и часто ходил в церковь. Особенно по воскресеньям.


..Когда в наши места пришли немцы, мне было 15 лет.

...Отец не мог спокойно слышать о Сталине, потому что он отобрал у людей хлеб и не хотел, чтобы люди знали, какая жизнь была при царе. Отец служил в царской армии в кавалерии в должности старшего лейтенанта. И он не мог простить Сталину победу над царизмом... И постоянно повторял: «При царе за 10 копеек мы могли купить громадную палку колбасы, до локтя. А теперь, при Советах, за 10 рублей — длиной с палец»...

Мри советской власти мой отец работал в железнодорожном депо в Брянске. Позже стал машинистом.

JB депо у них на стене висел слегка порванный портрет Ленина. И кто-то пошутил — воротник от плохой жизни порвался. Ему дали 10 лет...

И вот в нашей деревне немцы организовали отряд по борьбе с коммунистами. Это была Российская Освободительная Народная Армия — РОНА И многие вступили в армию, особенно молодые. Отец и меня отправил в эту армию. Он надеялся на возвращение царского строя. И я записался, потому что я хотел вести войну против коммунистов~ Главными у нас были Каминский и Воскобойник Мы их уважали, мы им верили. Они нас часто собирали и рассказывали, какая жизнь у нас будет дальше. Они дали нам работу

Потом они организовали партию. И я присутствовал при чтении манифеста. Каминский и Воскобойник желали людям добра. Мы выполняли их поручения.

„Старший брат работал на Механическом заводе. С завода забрали в армию всех мужчин его возраста, а его не взяли по состоянию здоровья. И тогда он отправился в военкомат и записался добровольцем в Красную Армию. Отец его за это проклял».

...Ни одной винтовки, ни одного патрона не выдали немцы первоначально Воскобойнику, все местные жители заготовили сами. Неправдоподобно много вооружения и боеприпасов бросили во время своего бегства бойцы, командиры, офицеры и генералы Красной Армии. Причем командующий 2-й танковой армией вермахта (так с б октября 1941 г. стала называться 2-я танковая группа) генерал-полковник Хайнц гудериан, которого в скором времени сменил на этом посту генерал-полковник Рудольф Шмидт, решился в Локоте на удивительный и уникальный эксперимент. Он пошел на него как в силу собственных воззрений, так и под влиянием своих помощников, в первую очередь полковника Фрайтага фон Лорингхофена. Русского дворянина, бывшего офицера Русской Императорской Армии, горячо любившего Россию, вынужденного перебраться в Германию и натурализоваться там в качестве германского подданного только в силу обстоятельств, вызванных революцией в России, последующей Гражданской войной и ее печальным для всех русских людей итогом.


Генерал-полковник Хайнц Гудериан, командующий 2-й танковой группой (с 6.10.41 г. — 2-й танковой армией) — стоял у истоков рождения Русского государственного образования, «Локотьской республики»

Один небольшой и малоизвестный, но крайне важный для понимания этого шага Гу- дериана факт. В свое время генерал Гудериан, «отец танковых войск» гитлеровской Германии, ставший начальником Генерального штаба вооруженных сил германского Рейха, принимал активное участие в Гражданской войне России! Воевал в составе знаменитого Балтийского ландес- вера на стороне белогвардейцев, выбивая красных латышей из Риги. Уже тогда Хайнц 1уде- риан проникся рыцарским отношением к России и отноше

ние это сохранил па всю жизнь. Он тщетно пытался вызвать такое же отношение у «фюрера германского народа и нации» Адольфа Гитлера, не раз ссорился с ним. И в конце концов после одной такой особенно бурной ссоры, когда Гитлер и Гудериан орали друг на друга, как оголтелые, был отправлен Гитлером в «бессрочный отпуск», где и встретил конец войны.

Маленькая ремарка: Уважаемый читатель! А вы сможете представить себе какого-нибудь советского маршала, который будет не раз ссориться со Сталиным, и даже кричать на него?! И при этом не то что в отставку быть отправленным, а и просто остаться в живых». История таких советских маршалов не знает...

Таких же взглядов на сотрудничество с русским народом в борьбе с коммунистическим строем придерживались и другие ответственные и высокопоставленные руководители Группы армий «Центр» — начальник оперативного отдела штаба Группы армий «Центр» полковник Хенниг фон Тресков и командующий войсками безопасности тыла Группы армий «Центр» генерал пехоты Макс фон Шенкендорф. Они были сторонниками создания многочисленной и союзной Германии «освободительной армии», состоящей из русских. А также местных органов самоуправления, состоящих из местных жителей, с самыми широкими полномочиями. Прообразов будущего общерусского национального правительства, новой, союзной с Германией национальной России. Об этом свидетельствует Свен Штеенберг в своей книге «Генерал Власов» на стр. 53. Таких же взглядов придерживался и сам командующий Группой армий «Центр» генерал-фельдмаршал Федор фон Бок.


Генерал-полковник Рудольф Шмидт, с 1 января 1942 г. преемник Хайнца Гуцериана на посту командующего 2-й танковой армией вермахта, придерживался аналогичных взглядов на вопросы отношений между Россией и Германией. В этом смысле он стал достойным продолжателем дел, начатых его предшественником. Еще в сентябре 1941 г. Шмидт написал меморандум «Относительно возможности подрыва большевистского сопротивления изнутри» (об этом у Свена Штеенберга

в книге «Власов» на стр. 51). Квинтэссенция меморанду- ма __ идея, что без внутреннего крушения коммунистического режима, т.е. без максимальной поддержки антикоммунистических сил на местах, добиться победы Германии над Советским Союзом в этой войне будет крайне проблематично. Активными сторонниками Рудольфа Шмидта в этом вопросе были комендант Орловского административного округа генерал-майор А. Гаманн и начальник штаба тыла 2-й танковой армии — корпусного района Корюк-532 генерал-лей- тенант Ф.Г. Бернгард.

Есть явные указания на то, что антисоветское подполье, существовавшее тогда на территории СССР, имело некие связи с антикоммунистами- эмигрантами, оказавшимися к тому времени в составе германских вооруженных сил. Ведь эмигранты-антикомму- нисты за границей явно хорошо знали, что на территории Орловщины, в районе Локотя, имеется сильное ядро антисоветского сопротивления.

Генерал-полковник Рудольф Шмидт, в 1.01.42- 10.07.43 гг. — командующий 2-й танковой армией вермахта, покровитель и честный и искренний сторонник Русского государственного образования и развития равноправных союзнических отношений между Германией и новой, возрожденной национальной Россией

С большим количеством антисоветских подпольщиков, готовых сформировать антисоветские органы государственного самоуправления на этих территориях. Скорее всего, поэтому германские власти пошли именно здесь на эксперимент под названием «Проект «Локоть».

33

Обратите внимание на тех людей, от которых зависело, быть или не быть «проекту «Локоть». Это бывший русский подданный, бывший русский офицер, быв-


2 Самая запретная книга...


ший белогвардеец Альфред Ро- зенберг, в Российской империи носивший имя Александр Васильевич Розенберг. Это бывший белогвардеец Хайнц Гудериан, воевавший в рядах Балтийского лаидесвера. Это бывший русский подданный., бывший офицер императорской российской гвардии, бывший белогвардеец, а ныне полковник Фрайтаг фон Лоринг- хофен.

В то время в тыловой зоне 2-й танковой армии оказался не только район Локотя и его окрестностей, но и вся Орловская область. То ли уступая просьбам Воскобойника, то ли имея какие-то другие данные (о мощном ядре антисоветского подполья?), но командование 2-й танковой армии вермахта выделило Брасовский район и прилегающие к нему местности в некое автономное «самоуправление».

С самого начала Особая Локотьская волость размерами далеко выходила за границы предвоенного Бра- совского района, охватывая собой и окружающие Брасовский район земли других районов. Особенно вдавалась она в глубь территории Брянского леса, захватывая части территорий Суземского, Комаричского и На- влинского районов.

Бывший подданный Российской империи и

русский офицер, участник Гражданской войны в России, Имперский рейхсминистр по делам оккупированных территорий (Ост Министериума) Александр Васильевич (Альфред) Розенберг

С территории Особой Локотьской волости вывели германские войска, предоставив наведение внутреннего порядка местным силам самообороны. Их Воскобойник формировал из местных жителей, вооружив их при этом тем трофейным оружием, которое местные жители собирали здесь же, по следам отступления Красной Армии. В самом Локоте были оставлена только группа связи от вермахта, при майоре фон Вельтгейме, кото

рый являлся не только руководителем группы связи, но и одновременно официальным представителем командующего тыловым районом 2-й танковой армии вермахта. Об этом свидетельствовала газета «Голос Народа» от 25 июля 1942 г. Представители других ведомств: от Абвера — зондерфюрер Б.А. Грюнбаум, от СС и СД — оберштурмфюрер Г Леляйт, от тайной полевой полиции, ГФП — капитан Йохум, от «Зондерштаба-Р» — доктор Шульц — при себе никаких групп связи не имели.


На территории РГО «ЛОС» также не было представителей германских административных, экономических и политических структур, распоряжавшихся жизнью на всех остальных оккупированных территориях СССР: Ост Министериума, Министерства по оккупированным территориям на Востоке, Имперского представителя Главного управления по 4-летнему плану, представителей народного просвещения и пропаганды.

...Воскобойнику и Каминскому пришлось в самом начале своей активной борьбы против Государства «рабочих» и «крестьян» пережить несколько критических дней.

Сначала это был день посещения Локотя командующим войсками Брянского фронта генералом Еременко. Андрей Иванович неожиданно появился в Локоте во второй половине дня на следующий день после того, как через Локоть прошел на Брянск авангардный отряд 17-й танковой дивизии 47-го танкового корпуса 2-й танковой группы генерала Гудериана.

Как он очутился здесь? В те дни генерал Еременко вместе с Временным пунктом управления (ВПУ) Брянского фронта находился в войсках 13-й армии РККА на центральном участке своего фронта. К этому времени уже ясно вырисовался глубокий прорыв германских войск «наглеца Гудериана» (выражение самого Еременко) на южном фасе Брянского фронта. 47-й и 24-й танковые корпуса 2-й танковой группы генерала Гудериана отбросили обескровленные войска группы войск Рыль- ского боевого участка генерала Ермакова.

2*

С севера в результате поражения, нанесенного 43-й армии Резервного фронта, правого соседа Брянского фронта, германские войска также нависли над тылом Брянского фронта. Таким образом, в начале октября

35

1941 г. над войсками Брянского фронта нависла угроза полного окружения в районе между Знобь—Суземка— Селец—Трубчевск на юге и железнодорожной линией Орел—Брянск на севере. Бросить же основные силы фронта на прорыв на восток генералу Еременко пока не разрешала Ставка.

В результате удара германских войск в районе Знобь— Суземка на север генерал Еременко оказался со своим ВПУ фронта в районе расположения 42-й танковой бригады и 287-й стрелковой дивизии 13-й армии, где и был прижат к болотам. Все это произошло в первой половине дня 5 октября 1941 г. Командующий фронтом приказал командирам этих двух соединений стоять насмерть, но не отступать ни на шаг с занятых рубежей.


Сам же он с ВПУ фронта и членом Военного совета фронта генералом Мазеповым бросил на произвол судьбы грузовые и легковые автомобили с рациями, по которым осуществлялась связь ВПУ фронта с другими объединениями и соединениями Брянского фронта, а также шифровальным и другим оборудованием. И с личным составом ВПУ фронта и все с тем же Мазеповым перешел вброд реку Неруссу на ее северный, правый берег. На другом берегу реки подчиненные генерала Еременко раздобыли в близлежащем селе один грузовой автомобиль. Генерал и ЧВС Брянского фронта Мазепов уселись в грузовик, в кузов кое-как усадили офицеров оперативного отдела штаба фронта. Вместить всех членов ВПУ фронта грузовик, естественно, не смог, туда попали самые старшие по званию офицеры. Младшим же офицерам, простым радистам, шифровальщикам, отряду охраны ВПУ фронта и прочим «нижним чинам» ВПУ фронта было приказано двигаться пешим порядком к Локотю, куда устремился грузовик

По сути, своими действиями, когда отказался организовывать переправу через реку автомобилей с рациями и другим необходимым оборудованием ВПУ, генерал Еременко фактически ликвидировал Временный пункт управления Брянским фронтом, хотя у него было под руками достаточно сил и средств, чтобы не допустить этого.

Когда грузовик, набитый офицерами, прибыл в Локоть, он встретил там неприятную картину — развевающийся над зданием теперь уже бывшего Горсовета давно забытый бело-сине-красный флаг, с красным щитком с Георгием Победоносцем в центре флага. А также еще более неприятную новость, что уже сутки назад через этот город к Брянску прошли германские танки!

Воскобойник, видимо, принял набитый вооруженными до зубов красными офицерами грузовик, прибывший с юга, откуда доносились весь день отзвуки жаркого боя, за авангард отступающих оттуда советских войск. В этих условиях ввязываться в бой на уничтожение авангарда только что народившемуся и еще немногочисленному отряду народной самообороны, необстрелянному и толком еще и не вооруженному, было чистым безумием. Поэтому локотьчане не стали атаковывать еременковских офицеров и ретировались на окраины Локотя.


Генерал Еременко сразу же связался по телефону из здания бывшего Горсовета с Брянском. И потребовал немедленно выслать для эвакуации своей собственной персоны самолет в Локоть. Через пару часов в Локоте на поле возле ипподрома приземлился ПО-2, к которому тут же и устремился храбрый и решительный генерал Еременко.

Дальнейшая судьба брошенных своим командованием на произвол судьбы офицеров штаба, составлявших ВПУ фронта, неизвестна...

После 5 октября 1941 г. и неожиданного визита в Локоть передислоцирующегося генерала Еременко со своими подчиненными у локотьчан было еще несколько тревожных дней. Когда огромная масса окруженных и прорывавшихся уже в течение нескольких дней из района Трубчевска через «проход» между Навлей и Бор- щово остатков войск 13-й армии Брянского фронта 13 и 14 октября 1941 г. достигла Локотя. Избиваемые на своем скорбном пути постоянно настигавшими и «висевшими» у них «на хвосте» немецкими подразделениями, голодные и впадающие в злобное отчаяние войска 13-й армии РККА рвались как можно быстрее на восток

Поэтому армейские колонны, обозы, остатки техники, не задерживаясь в Локоте ни на день, быстро проследовали дальше — на Дмитровск-Орловский. Через Локоть прошло в эти два дня более 5000 солдат и командиров разбитой 13-й армии Брянского фронта РККА.

Далеко им, деморализованным и обезглавленным, уйти тогда не удалось. В районе Дмитровск-Орловского прорвавшиеся было части и соединения 13-й армии были окончательно блокированы и добиты. Большая часть солдат и командиров была взята в плен. Немало солдат разбежалось по окрестным лесам, оврагам, перелескам, полям, деревням, селам, хуторам. А там кто куда. Кто продолжил свой Крестный путь на восток, к «своим». В кавычки это слово взято автором книги потому, что для работников Особых отделов армейских частей Красной Армии, находившихся восточнее линии фронта, в тылу советских войск, солдаты и командиры, выходившие из окружения, были уже не совсем «своими». И доверия к ним уже не было. Это были уже «меченые», почти враги, путь которым лежал один — в лагеря «для фильтрации». А оттуда либо к стенке, чтобы пулю аккуратно в основание затылка получить, либо в гулаговские лагеря — лагерной пылью становиться.


Либо с понижением в должности опять на фронт, в мясню, в прорывы... Чтобы смыть с себя черное и позорное клеймо «почти изменника Родины» и снова доказать, в который уже раз, что ты имеешь полное право называться советским человеком. Хотя человек, долгое время скитавшийся по вражеским тылам и прорвавшийся наконец-то с оружием в руках из окружения, не клеймо на себе несет, а звание Героя.

...Кто просто разбредался по лесам и окрестным лесным деревенькам, прибиваясь к добрым, теплым, жалеющим русским бабам. Становился «приймаком» и жировал на печке, ожидая непонятно чего. Просто наслаждаясь выпавшей передышкой, такой сладкой и сытой.

Кто пытался организовать военные действия в качестве партизан. Таких было меньшинство. Потому что, во-первых, красноармейцев из регулярных частей Красной Армии никогда методам партизанской войны не учили. А во-вторых, красноармейцев становиться партизанами партийные и политические органы никогда не призывали. И поэтому стать партизаном в сознании простого советского солдата и командира было равнозначно тому, чтобы стать дезертиром. Красноармеец, согласно действующим Уставам РККА, должен был воевать только в составе своей воинской части, а не в составе какого-то там «партизанского» отряда.

А кто выходил в конце концов к Локотю или другим селам и деревням, где уже были сформированы отряды местной самообороны или народной милиции,, а то и просто — вооруженные отряды, да и, присмотревшись, вступал в них рядовым бойцом.

...Когда Воскобойник заручился согласием немцев на увеличение своего отряда в десять раз по численности, то немцы, скорее всего, сами не ожидали, что ему удастся быстро и столь радикально увеличить ряды своего воинства, да еще без какой-либо подпитки оружием и снаряжением! Это говорит прежде всего о том, что немцы вообще плохо представляли себе, насколько ненавистной для народа русского стала уже власть «рабочих» и «крестьян». Власть «синих петлиц» и «одесского жаргона». При этом Воскобойник добился и еще одной очень важной уступки, которую пропустили, проглядели немцы: разрешения на создание подобных вооруженных отрядов во всех крупных селах и деревнях волости, без конкретного указания этих «сеч и деревень».


Это была лазейка, и серьезная лазейка, за которую предприимчивый Воскобойник и его такой же неутомимый и деятельный, но более хитрый и дипломатичный (в переводе на простой русский — изворотливый) помощник Каминский не преминули тут же ухватиться. В результате общая численность вооруженных отрядов, которые несколько позже была преобразованы в Русскую Освободительную Народную Армию, уже в октябре 1941 г. сильно, в разы, превысила максимально разрешенную германским командованием численность отряда народной милиции Локотьской волости в 200 человек. Есть данные, что в конце декабря 1941 г. численность вооруженных отрядов достигала уже от 500 до 1000 бойцов, разбитых примерно на 10—12 самостоятельных отрядов.

...В деревнях Локотьской волости, теперь уже по официальному приказу старосты-бургомистра, продолжали образовываться, формироваться также, помимо вооруженных отрядов, «группы местной самообороны». Все эти ядра будущих батальонов и полков будущей РОНА стали быстро обрастать и увеличиваться численно. В большей степени за счет местной молодежи и зрелых мужчин из числа местных жителей. В гораздо меньшей степени — за счет оказавшихся в окружении и брошенных на произвол судьбы своими командирами и комиссарами бойцов и младших командиров 3-й и 13-й армий Брянского фронта РККА.

Подытоживая сказанное, можно утверждать, что одним из важнейших факторов, приведших к созданию Русского государственного образования на территории Орловской области, был тот, что территория эта находилась в зоне ответственности 2-й танковой армии вермахта. А командующий этой армией генерал- полковник Гудериан, так же как и его ближайшие помощники по работе с населением оккупированного района полковники Клаус-Мария «Шенк» граф фон Штауффенберг и Фрайтаг фон Лорингхофен, имел свои особые взгляды на Россию и характер обращения с русскими жителями.

Но это только одна сторона медали.

Для того чтобы «Проект «Локоть» (именно так он был назван Розенбергом, а также Геббельсом, курировавшим со стороны имперского министерства пропаганды этот проект) реально «заработал», мало было инициативы или хотя бы непротивления «Проекту» «сверху».


Нужна была в первую очередь мощная инициатива «снизу». От местных жителей в первую очередь. Ведь немецкие военные власти заключили союзный договор не со своими ставленниками, которые до этого более-менее мирно и спокойно тряслись на закорках обозов наступающих германских войск, лишь время от времени нетерпеливо подвизгивая от предвкушаемого удовольствия холуйского управления врученными им их хозяевами завоеванных территорий СССР. Нет, они заключили этот договор с представителями местных властей, которые уже полностью сформировались и оформились к моменту вступления туда первых отрядов немецких войск.

...И тут нужно задуматься вот над чем — почему именно здесь состоялся этот эксперимент?

Почему именно на территории Брянского леса и в его округе?

Почему столицей этого Русского государственного образования стал именно поселок Локоть?

Почему именно в Локоте, а, к примеру, не в Навле, или Комаричах, или в том же Севске, наступавших германских солдат встретили представители новых некоммунистических властей?

Чем именно отличались эти районы, эти территории и этот поселок — от других таких же, даже и расположенных в этой же округе, и оккупированных в то же время германскими войсками?

На взгляд автора книги, который он сейчас постарается обосновать, выбор места определялся тремя весьма важными факторами, которые имели место в Локоте и отсутствовали в других крупных поселках и даже городах. И именно поразительное взаимодействие и взаимовлияние всех этих трех факторов друг на друга и дало такой ошеломляющий результат.

Первый фактор: «фактор «Витязя».

Уже упоминалось Ёыше «по версии ИПХ», что западные районы Орловской области, в которые входила тогда почти полностью территория нынешней Брянской области, в двадцатые-тридцатые годы были далеки от спокойствия. То тут, то там действовали повстанческие и партизанские антисоветские отряды. Одним из главных среди повстанцев был отряд «Витязь». По этой же версии, отряд основали два монаха Оптиной Пустыни, которым удалось спастись от ареста, когда в 1923 г. Оптина Пустынь была окончательно ликвидирована советской властью (первоначально монастырь был закрыт указом советской власти в январе 1918 г. — СВ.).


Все ее насельники тогда, как известно, были арестованы и разосланы по многочисленным «островам «Архипелага ГУЛАГ».

Сначала отряд действовал там же, на Калужчине. Там, по воспоминаниям местных жителей, еще и в пя- тидесятые-шестидесятые годы двадцатого века были живы старожилы, помнившие о деятельности отряда. Правда, они называли отряд «Витязь» «богатыри». Так и говорили: «У нас перед войной с самых двадцатых годов «богатыри» с советской властью воевали. Так они себя называли — «богатыри». И только перед самой войной они на запад уьили — на реку Десну, в брянские леса».

Об антисоветском партизанском отряде «Витязь» автор книги узнал совершенно случайно. Уже после выхода книги «Вторая мировая война: вырванные страницы» и статьи «Локотьская альтернатива» в «Парламентской газете». Тогда автор, бродя в дебрях Интернета, вдруг совершенно случайно наткнулся на невероятное сообщение сайта Русской Ката- комбной Церкви Истинно Православных Христиан. Оказывается, почти за год до выхода вышеупомянутой книги автора, 19 июня 2005 г., эта церковь на своем Соборе объявила о канонизации руководителей РГО «ЛОС» Константина Воскобойника и Бронислава (во крещении Бориса) Каминского как Святых Ново- мучеников Российских Константина и Бориса Стра- тилатов.

Пытаясь узнать как можно больше обо всех обстоятельствах этого удивительного для автора события, он в конце концов вышел на руководителей упомянутой церкви. Один из которых и поведал ему и об отряде «Витязь», и о последнем оставшемся в живых офицере РОНА П.П. Строгове. Строгов был известен в РОНА и РГО «ЛОС» как Степанов. А в настоящее время пребывает в ранге Епископа Тюменского ИПХ под монашеским именем Поликарпа. Помимо этого, автор книги узнал еще о многих интересных деталях жизни как РГО «ЛОС», так и отдельных его персонажей.

Критики автора книги, выставлявшего отдельные отрывки из рукописи книги на своем интернетовском сайте, дружно критиковали его за то, что он поместил и использовал эти детали при подготовке своей рукописи. Обвиняя в том, что якобы никакого Поликарпа не существует, раз автор не может его предъявить читателям и критикам. И никакого отряда «Витязь» якобы тоже не было. Раз нет об этом документов. Это, мол, выдумки «маргинальных сектантов - катакомб- никое».


Но автор уже засвидетельствовал, что если он не может предъявить тех или иных документов, то это вовсе не означает, что этих документов не существовало и не существует в природе. Причем истерично-следаковский тон требований — «предъявите нам епископа Поликарпа!», «сведите нас с епископом Поликарпом!», «где находится сейчас епископ Поликарп?» — не только настораживал, но и наводил на определенные предположения. Какие? Думается, читатель сам сможет сделать их вполне самостоятельно и без особых умонапря- жений.

К сожалению, автору книги и другим простым и «не посвященным» в «орден меченосцев» исследователям- историкам эти документы не доступны. А вот другим, «посвященным», совсем даже наоборот — еще как доступны! Это автор уже ясно показал на примере статьи двух ученых — доктора юридических наук и действующего генерала ФСБ и кандидата философских наук, — помещенной в гламурном глянцевом журнале «Родина».

Так что к информации, полученной от монашествующих истинно православных христиан-катакомбни- ков, нужно относиться здесь если и не как к фактам, то, по крайней мере, как к версии. Кстати, так уже написано выше и будет именоваться впредь: «по версии истинно православных христиан-катакюмбников», «по версии ИПХ».

А уж сам читатель пусть самостоятельно и определит, правда это или кривда. В конце концов, почему версии советских агитпроповцев должны моментально проглатываться без какой-либо проверки «целиком и без запивки», как «истина в последней инстанции»? А версии ИПХ — отвергаться с ходу и полностью, при первом же упоминании самих этих катакомбников, как гнусная, грязная и непотребная ложь? Причем только по одной и единственной причине: они, исходящие от ИПХ, противоречат официальной версии, когда-то утвердившейся по велению «партии и правительства». И партии вроде уже той давно нет, и правительства этого, а вот установки их до сих пор железобетонны и монолитны. Одним словом, живее всех живых, как выпотрошенный и регулярно вымачиваемый в физрастворе труп в Мавзолее на Красной площади.


Итак, по версии ИПХ, отряд «Витязь» явился костяком и ядром первоначального отряда, сформированного К. Воскобойником в конце сентября 1941 г. В подтверждение этой версии говорит и то, что политическая партия, которую Воскобойник стал сразу же создавать на подведомственных и близлежащих территориях России, называлась Народная Социалистическая Партия России «Викинг» («Витязь»). И знаменем этой партии было знамя отряда «Витязь» — как оно выглядело, уже описано выше.

Косвенно подтверждает версию ИПХ и видный брянский юрист и краевед Антонов А.А., с которым автор книги встречался и долго беседовал по всем этим вопросам. Уроженец Комаричей, рассказывая автору книги о повстанческой борьбе на Брянщине, поведал много интересного и до сих пор неизвестного. Вот отрывок из его рассказа: «.А по данным тридцатого — тридцать пятого года, мне это рассказывала покойница бабка, что отряды тогда возникали стихийно, еще с гражданских времен, Гражданской войны. В основном в тех районах, что находились к югу, — Севск, Кри- чев, они в Гражданской войне участвовали, а эти районы — Комаричи, Локоть, Карачев, — эти все время были под красными. И там тоже было много оружия, много участвовало в борьбе. Там, в районах между Ко- маричами и Трубчевском, долгое время действовал знаменитый отряд то ли Хоружего, то ли Хорунжего. То ли имя это было, то ли звание. Надо ведь иметь в виду, что здесь когда-то было и Стародубское казачество, и Севское казачество. Казачество отменили, но люди- то остались. Отряд этот никак не могли разгромить.

Там был огромный болотисто-лесной массив. Реки Черная, Нерусса там. Сейчас Нерусса метров 15—20,раньше была шире, но и сейчас она глубокая.

Так что там было сопротивление и до войны. Их подавили, но всех не уничтожили. Загнали в лесные да болотистые схроны. Заставили затаиться до поры до времени. Бабка говорила, что их тогда, когда отряд в основном разгромили, после боя свезли всех в Навлю. Бой этот был в тридцать четвертом. Их загнали тогда в болото, трясина фактически. И почти всех побили, уничтожили. И вот их привозили — человек двадцать — в Навлю, на трех подводах они грудами лежали. И в Навле на площади, сложенные в ряд, они долго потом лежали. Чтоб жители местные убедились: на этот раз всех побили повстанцев. Там есть Черная топь — там и немцы не прошли. Это место, где Нерусса впадает в Десну. Это место, где станция Нерусса, и от нее на юго-запад и на северо-запад. Там как раз Нерусса делает петлю, Ямное, Чухраи, Денисов- ка знаменитая. Здесь, в Нелиже, была партизанская республика, а в Денисовке была такая же, как и в Локоте — антипартизанская республика, тоже волость была там„.» (Запись беседы автора с А.А. Антоновым. С. 2. ЛАВ).


Кстати, когда автор рассказал Антонову о флаге «Витязя» и российском «триколоре», тот ответил буквально следующее: «.„флаг был не совсем как российский триколор — бело-сине-красный, а бело-сине-зеленый, с определенной символикой».

Автор. «У меня есть данные, что там два флага было. Один — обычный наш триколор, бело-сине-красный. А второй — флаг антисоветского довоенного еще отряда «Витязь». Он действовал в районе Рославля, Локотя, Брянского леса. Белое полотнище с черным контуром Георгия Победоносца, поражающего на коне змия. И в углу этого флага в красном квадрате — белый круг с черным контуром ордена Святого Георгия».

Антонов. «Я слышал почти то же самое, только синий крест в кругу. А вот триколор был не совсем российский. Белый, синий и зеленый. Зеленый потому; что вокруг леса, Брянский лес знаменитый„» (Запись беседы автора с АА Антоновым. С. 2. ЛАВ).

Так что местность эта перед самой войной была густо насыщена повстанческим элементом, словно сухая солома, обильно пропитанная керосином.

Второй фактор: «фактор антисоветского подполья».

Почему — антисоветское подполье?

Многие современные историки: К. Александров, Б. Соколов, С. Дробязко, И. Ермолов — в своих исследованиях, посвященных РГО «ЛОС», все, как один, упоминают некий занимательный факт. Перед войной в Локоте и окрестных селах и деревнях скопилось большое количество антисоветского элемента. Бывших «ссыльных» и «кулаков», а также интеллигенции, репрессированной в тридцатых годах и освобожденной по «бери- евской, 38-го года амнистии». Факт этот многозначительный они констатируют, но никак не объясняют. Ну скопилось и скопилось, и все тут! А зря они над ним не задумывались, просто так в нашей, тем более в советской, жизни не бывает ничего. И тогда тоже не было. Не зря все ученые, и «наши» и «тамошние», говорят: случайность — это неосознанная и вовремя логически не объясненная закономерность.

А вот «по версии ИПХ», здесь как раз все просто, логично и закономерно. Потому что в этом районе до войны действовало мощное антисоветское подполье. Благо для этого были все необходимые предпосылки:


Наличие в данном районе активно оперирующего антисоветского отряда «Витязь».

Удобное расположение Локотя — вроде бы в близости, какие-то 12 км, от крупного города Брянска. И в то же время статус хотя и райцентра, но все-таки провинциального городка (поселка городского типа).

С запада к городу чуть ли не вплотную примыкает могучий и чащобный Брянский лес. Где можно легко скрыться в случае возможного провала, опять же, «ви- тязевцы» помогут там спрятаться.

Уникальность городка, в котором были расположены целых три техникума. Целый «Наукоград» довоенного «разлива». Причем какие техникумы: лесотехнический, гидромелиоративный и химико-технологиче- ский.

Примечания:

Кстати, автор вовсе не исключает вероятность того, что техникум в Локоте был все-таки один,

Несмотря на то что различные современные историки-исследователи упоминают и про лесотехнический, и про гидромелиоративный, w /тро химико- технологический техникумы. Но даже если действительно так и обстояло тогда, то все это отнюдь не опровергает приведенных ниже предположений и умозаключений автора книги.

Некоторые из бывшихронавцев, в частности Василий Мазаное, утверждают, что в Локоте вообще было 4 техникума. Вот его слова: «Место само называется Локоть. Это был областной центр, где находились четыре училища — мелиоративное, аграрное, химически-топливное, электрохимическое».

Лесотехнический техникум готовил среди всех прочих в первую очередь работников лесного хозяйства. Лесников, охотоведов, егерей, лесотех- ников — людей, которые после окончания техникума будут на законной основе жить в дремучих окрестных (и других также) лесах, да еще и с положенным по службе оружием в руках. Лесники, лесничие, охотоведы, егеря, лесотехники во время прошедшей войны были первейшими помощниками партизан — они знали все тайные тропки, все тайные проходы, все потаенные овражки. А охотоведы и егеря к тому же знали досконально весь животный мир данного региона. И не только знали весь животный мир, но знали и все повадки этих животных, методы и приемы успешной охоты на них. По сути, и те и другие были готовыми экспертами для подготовки партизан по курсу «выживание в диком лесу сплошного лесного массива». Уникальные специальности для партизанской войны. Люди, досконально знающие лес и умеющие не только ориентироваться, но и вообще самостоятельно жить в лесу!


Кладезь — а не люди. '

И точно так же они становились главнейшими врагами партизан, если вставали «по другую сторону баррикад». Так что можно с уверенностью утверждать, что Локотьский лесотехнический техникум был до войны основательно «засорен» подпольным элементом. Причем в немалом числе присутствовавшим не только среди преподавательского, но и в первую очередь среди студенческого состава.

Далее, другой Локотьский техникум был гидромелиоративным. Он готовил точно такие же кадры, но в сфере «болотных, озерных и речных хозяйств». Не надо забывать, что огромные массивы Брянского леса, пронизанные массой рек, речек, речушек и ручьев, заболочены и до сих пор. И кто, как не гидромелиоратор, знает все тайные болотные островки и проходы к ним. Кто, как не гидромелиоратор, на совершенно законных основаниях тщательно обследует все эти заповедные, идеально приспособленные к партизанской войне территории. Кто, как не гидромелиоратор, знает в совершенстве характер многочисленных болотистых и полноводных местных рек и речушек — подходы к берегам, наличие бродов, трясин, омутов, гиблых мест. Так что и выпускники этого техникума не менее ценны для возможного партизанского движения в данном регионе, чем выпускники первого техникума, лесничие и охотоведы. И здесь также можно без всякого риска утверждать, что подпольная ячейка Локотьского гидромелиоративного техникума была под стать такой же ячейке Локотьского лесотехнического техникума.

И наконец, Локотьский химико-технологиче- ский техникум. Сегодня, в «эпоху гексогена» и прочих смертоноснейших взрывчатых смесей, приготовляемых из простейших общедоступных компонентов вроде алюминиевой пудры, сахарного песка, аммонийной селитры и серной кислоты, нет нужды излишне долго объяснять важность наличия специалистов- химиков для успешного развертывания партизанской борьбы. Так же актуально это было и в сороковые- роковые годы двадцатого столетия. К тому же рядом, в том же самом Локоте, располагались сахарный и спиртовый заводы. Где в изобилии присутствовали все необходимые ингредиенты для быстрого изготовления специалистом-химиком «адских смесей». По сути, Локотьский химико-технологический техникум представлял из себя своего рода третью недостающую компоненту некоей «триады», которая «поставляла» полный «комплект» квалифированных специалистов по ведению партизанской борьбы в условиях Брянского леса.


Остается только насытить эти техникумы соответствующе подготовленным преподавательским составом. К тому же сам преподавательский состав трех техникумов — это своеобразная гремучая смесь интеллигентов. Ведь среди этого состава легко можно не только спрятаться, но и организовать подпольную организацию. Что и сделал Воскобойник, как известно, работавший преподавателем одного из техникумов. И его «правая рука» Каминский, работавший инженером- химиком на местном спиртовом заводе.

Так что в Локоте, автор книги совершенно уверен в этом, в течение длительного времени действовала мощная разветвленная подпольная антисоветская организация. Имевшая связи далеко за пределами не только Брянщины и Брянского леса, но и Орловщины. Именно поэтому сюда постепенно и в течение целого ряда лет стягивались антисоветские элементы. Оседали в Локоте и других населенных пунктах округи. Понемногу занимали более-менее ответственные места. Благо почти все они были интеллигенты, люди с высшим образованием. Достаточно только вспомнить, когда прибыли в Локоть сами Воскобойник и Каминский: первый — в самом начале 1938 г., второй — вообще в 1940 г. То есть как минимум три с половиной года, с начала 1938-го по лето 1941 г., в Локоть стягивались антисоветчики всех мастей и видов.

" Это подтверждается также и самими коммунистическими руководителями Орловщины. Так, известна оценка, данная Первым секретарем Орловского обкома ВКП(б), старшим майором госбезопасности (т.е. гэбистским генералом) Матвеевым. В своей докладной записке в Москву он отмечает, что в первые месяцы войны в область буквально как магнитом стало тянуть огромное количество ранее раскулаченных и высланных на Север людей. Все они, согласно Матвееву, «уже присматривались к бывшей своей собственности, прикидывая, во сколько обойдется ремонт жилого дома, каким образом использовать «свою» землю, выгодно ли восстановить мельницу и т.д.». Причем делали это открыто, не таясь. Далее гэбистский генерал и по совместительству руководитель орловских коммунистов Матвеев фактически подтверждает версию о существовании антисоветского подполья на Локотыцине, заявляя, что «по сравнению с соседними районами Брасов- ский район дал из числа партийно-советского актива относительно меньший процент партизан и значительно больший — предателей». (РГАСПИ. Ф. 69. On. 1. Д 913. Л. 69-70.)


То есть тот самый керосин для сухой соломы, о котором уже упоминалось выше.

Третий фактор: «самого Локотя».

Дело в том, что Локоть сам по себе поселок уникальный. Он не просто своего рода советский «городок- наукоград» образца тридцатых-сороковых годов XX века, в котором располагались целых три (а то и четыре) техникума. Имеющий развитую промышленность в виде спиртзавода и химкомбината, большого конного завода, лесопильного комбината, механических мастерских. А также различные предприятия и учреждения инфраструктуры: театр (Дом культуры), кинотеатр, столовые, больницу, школы, детсады, ясли. Здесь были расположены различные районные партийные и советские структуры власти: райкомы партии, НКВД и НКГБ, райисполком, райплан, РОНО, райздравотдел и прочие райотделы. Поселок, насыщенный интересными студентами интересных дисциплин. А также и множеством не менее интересных преподавателей определенных взглядов из бывших ссыльных и прочих «ущемленных» и «ограниченных в правах».

Локоть — город особенный еще и по другой причине. И не только еще и потому, что там располагался и располагается по сей день знаменитый на всю Россию конный завод. Где выводили (и выводят до сих пор) элитных орловских рысаков особой, локотьской, ветви.

Локоть резко отличался от всех других подобных поселков Российской глубинки еще и вот чем. До революции он принадлежал царской фамилии — здесь было имение Великого Князя Михаила Александровича. Правда, господский двор с дворцом и само поместье были, вообще-то, не здесь, а по соседству, в Брасове, отстоящем от Локотя на 1 —2 километра. Там-то, в Брасове, и проживала время от времени вместе со своим неофициальным мужем царской крови морганатическая супруга Великого князя Михаила Александровича графиня Брасова. Кстати, титул графини Брасовой ей был присвоен императором и самодержцем Всероссийским Николаем II именно по названию расположенного на этих землях имения Великого Князя Бра- сово.

В Локоте был только охотничий домик Великого князя да конезавод с ипподромом, где Великий князь разводил породистых рысаков. Так что гордые локоть- цы также полноправно считали себя «дворовыми», а не «крепостными».


А испокон веков так на Руси повелось, что «дворовые», «господские», крестьяне были на уровень выше по своему складу, развитию, достатку, образованности, чем остальные крестьяне, «крепостные» или, как еще их называли, «деревенские». Выше тем, что, соприкасаясь ежедневно с «барами», «господами», дворянами, аристократией, обслуживая их, они многое хорошее перенимали от них. Многое хорошее им прививали и сами «господа». Да и обязанности «дворовых» были не в пример легче, чем обязанности остальных крестьян: «черных», «тягловых», «деревенских», «крепостных». А жизнь — сытнее. В этом же случае жители Локотя были не только издавна «дворовыми», «господскими», но и самой «царской фамилии» принадлежали! Получается, вроде и не «крепостными» они были, а «государственными». И не просто «государственными», а бери выше, гораздо выше, несравненно выше — «царскими», «императорскими»!

Поэтому подавляющее количество крестьянских хозяйств в Локоте было крепкими, «справными», а сами они были, по определению Ульянова/Ленина, «типичными мелкими хозяйчиками и сельскими буржуа». Поэтому и подавляющее количество крестьянского населения Локотьской округи, вследствие своей «справно- сти» и хорошей жизни при Государе Императоре, вследствие своей развитости, образованности, никогда не питало к свергнувшей Батюшку-Царя власти «рабочих» и «крестьян», к «товарищам» никакого пиетета и уважения. Наоборот, эта самая растреклятая власть лишила местное население законной гордости от ощущения общности своей с самой царской фамилией, гордости от осознания почетной своей миссии — прямого служения «батюшке-царю», «инпиратору». Лишила законной гордости от того, что каждый из них мог бы сказать: «Я вон энтими самыми своими глазами батюшку государя-импиратыря, вон, ну, как тебя, в такой вот близости — видел!»

При этом крестьяне относились к своим «господам», представителям царской фамилии, трогательно, если не сказать, трепетно. Достаточно упомянуть тот факт, что «в период революции 1905—1907 гг., когда редкое имение избежало крестьянских погромов, на локот- ских землях не было зафиксировано ни одного случая поджогов или разграблений великокняжеского имущества». Более того, когда уже после пресловутого «Октября» озверелые от грабежей крестьяне соседних волостей решились грабануть пока еще целенькое имение, оставшееся чуть ли не единственно неразграбленным во всей округе, локотьчане дали им решительный отпор. <<9 января 1918 года жители Брасова и Локтя узнали о том, что из-за Неруссы идут погромщики из трех волостей, чтобы грабить великокняжеский дворец. Крестьяне, в том числе старики, женщины и даже подростки, вооружившись вилами и топорами, съезжались в Локоть, чтобы грудью отразить нападение. Когда погромщики узнали о противостоящих им силах защитников имения, они, не решаясь мериться слоко- тянами силами, остановились на опушке Георгиевской рощи недалеко от спиртзавода. Затем были вынуждены разойтись по своим деревням, пригрозив, что в следующий раз придут снова, но уже всем уездом, однако свою угрозу не исполнили(И. Ермолов. История Ло- котского Округа и Русской Освободительной Народной Армии». ИПЖ «История русской провинции», № 41. С. 16).


...Не любили локотьчане в подавляющей массе своей советских «товарищей»! И спустя двадцать пять лет со дня «Октября» не любили. Не зря еще в конце сентября 1941 г., когда местные советские и партийные власти, так называемый «советский и партийный актив», обильным потоком потянулись из Локотя на восток, убегая в эвакуацию, вслед им со стороны местных жителей понеслись отнюдь не выражения сочувствия и сожаления. Как писал в своей докладной записке, уже упоминавшейся выше, руководитель орловских коммунистов и энкавэдэшников старший майор госбезопасности и Первый секретарь Орловского обкома ВКП(б) Матвеев, эвакуируемые семьи партийного и советского актива провожались «под свист и недвусмысленные угрозы со стороны распоясавшейся антисоветчины, а часть сотрудников учреждений упорно избегала под различными предлогами эвакуации». (РГАСПИ. Ф. 69. On. 1. Д. 913. Л. 69-70.)

Происходило это, по мнению вожака орловских коммунистов, потому, что «в годы сталинских пятилеток район очистился от основной массы кулачества и от романовской дворцовой челяди. Однако идеологическое наследство последних заметно давало себя чувствовать и после, что несколько выделяло, в невыгодную сторону, этот район из среды остальных». (ЦНИБО. Ф. 1650. On. 1.Д. 77. Л. 79—89)

Вот они-то, локотьчане, и были той сухой соломой, обильно заправленной перед войной керосином.



<< предыдущая страница   следующая страница >>