litceysel.ru
добавить свой файл
1 2 ... 4 5
Русский Гуманитарный Интернет Университет



Библиотека


Учебной и научной литературы


WWW.I-U.RU


5. Институты государственной службы в странах Запада


5.1. Система государственной службы в странах

с федеральным типом административно-государственного управления (Германия, США)

Германия. Среди европейских стран с федеральным типом административно-государственного управления наиболее влиятель­ной является Германия. Обратимся вначале к истории герман­ской бюрократии.

Пруссия и ее правящий класс — юнкеры — наложили свой отпечаток на германскую администрацию. Покорность, работо­способность и трудолюбие — все эти качества с самого начала куль­тивировались аристократическим юнкерством. Уже в XVIII ве­ке прусский король Фридрих Великий, имевший страсть к эффективной администрации, организовал университеты для подготовки бюрократов. При объединении Германии под прусским господством прусский административный стиль распространил­ся на новую нацию. Демократические принципы управления не ценились среди германских администраторов — преданность императору была более важной. Одной из причин, приведших к краху Веймарской республики (1919—1933), было то, что класс государственных служащих не испытывал ничего, кроме презре­ния к демократии. С появлением Третьего Рейха бюрократы с го­товностью устремились к Гитлеру.

Крах гитлеровской Германии значительно изменил дух и структуры боннской бюрократии. Сегодняшние гражданские служащие в этой стране привержены демократии. Они получа­ют профессиональную подготовку на последних курсах в различ­ных университетах страны. Боннские бюрократы имеют тен­денцию педантично следовать духу Римского права, искусно сведенного в неизменный кодекс, что придает гражданским слу­жащим отчасти догматический, книжный образ мышления.

В последние десятилетия произошли значительные изменения в «политическом мировоззрении» чиновников, иной стала их роль в политической жизни страны. Государственные служащие Германии — это уже не то «особое сословие», каким оно было в германской империи. Давно нет претензий на «независимость и надпартийность» государственного аппарата, что было характер­но для бюрократии Веймарской республики. Английский поли­толог К. Дайсон (профессор Ливерпульского университета) справедливо отмечает, что в послевоенные годы образ немецкого чиновника — объективного и беспристрастного вершителя общественных интересов — был основательно поколеблен. Он также подчеркивает, что развитие бюрократии в Германии осуществля­лось при направляющем воздействии политических партий1.


Действительно, ведущая роль партий в политическом процес­се Германии (закрепленная Основным законом) оказывала и продолжает оказывать серьезное влияние на развитие системы государственного управления. Следует выделить ряд факторов, способствовавших активной роли политических партий в станов­лении и эволюции системы государственной администрации в Гер­мании:

• концепция «надпартийности и политической нейтрально­сти» бюрократии была скомпрометирована в период нацизма;

• процесс денацификации системы государственной службы не дал желаемых результатов, что привело к возникновению фе­номена партийного «патронажа» — покровительства по отноше­нию к государственной администрации;

• именно партии как наиболее «надежные» институты поль­зовались полной поддержкой западных союзников;

• наличие членов партии на государственной службе рас­сматривалось как гарантия лояльности бюрократии к политиче­скому режиму.

В результате борьбы политических партий (прежде всего СДПГ и ХДС/ХСС) за влияние на органы государственной адми­нистрации возникли и утвердились определенные принципы партийного «патронажа». Важнейшим среди них является принцип пропорционального представительства партий в органах го­сударственного управления. Вместе с тем партии стремятся рас­ширить свое влияние в системе государственной администрации, назначая своих членов на ключевые посты в высших звеньях ми­нистерской бюрократии.

Для современной Германии характерно тесное взаимопро­никновение и переплетение политической и административной сфер. Это нашло свое отражение и в законе о государственной службе, согласно которому чиновники имеют право участвовать в деятель­ности политических партий и добиваться парламентской карье­ры. Чиновники, избранные в Бундестаг или Земельный парламент, пользуются правом двухмесячного отпуска на время избиратель­ной кампании. Наряду с депутатским содержанием они продолжают получать значительную часть своего основного жалова­нья. Кроме того, они сохраняют право на получение пенсий для государственных служащих. Иными словами, чиновники в Гер­мании представляют собой привилегированную политическую группу. Их профессиональная компетентность и финансовая не­зависимость позволяют им добиваться значительного продвиже­ния в партиях. В отличие от многих европейских стран (Велико­британии, Франции и США), карьера государственного служащего в Германии не является альтернативной политической карьере. На­против, зачастую она становится предпосылкой для успешной политической деятельности.


Рассмотрим основные уровни административно-государст­венного управления в Германии.

Современное правительство Германии имеет достаточно силь­ную федеральную администрацию. Теоретически она отвечает за контроль иностранных дел, сбор налогов, оборону, транспорт, поч­товую службу, программы социального обеспечения и разведы­вательную деятельность. Но на практике федеральное правитель­ство контролирует только наиболее общие внутренние программы. Даже сбор налогов центральная администрация осуществляет сов­местно с правительствами земель. Большинство же внутренних программ осуществляется администрацией земель при общем фе­деральном руководстве.

Сегодня в Германии каждая из 16 земель имеет собственную конституцию и свою организацию управления. Администра­тивные учреждения земель составляют единую систему с соот­ветствующими федеральными административными учреждени­ями. Область их компетенции распространяется на образование, местное хозяйство, деятельность полиции, здравоохранение, социальное обеспечение. Земли в административном отношении делятся на округа, округа — на уезды, уезды состоят из общин. Вся полнота административной власти в округе сосредоточена в руках регирунгс-президента, назначаемого правительством земли. При нем действует регирунгс-президиум, члены которо­го тоже назначаются сверху. В уездах органом исполнительной власти является ландрат. В компетенцию администрации ландрата входит местный бюджет, налоги и все коммунальное хо­зяйство.

В городских общинах функции исполнительного органа вы­полняет бургомистр — профессиональный чиновник, назначае­мый городским советом на 8—12 лет. В некоторых городах суще­ствует коллегиальный исполнительный орган — магистрат, в состав которого входят профессиональные чиновники, назначаемые также на 8—12 лет.

Интересно, что в Германии сегодня нет понятия «государствен­ная служба». После первой мировой войны появился термин «пуб­личная служба», и это понятие прочно вошло в словарь немецких политологов. В функциональном плане «публичная служба» пони­мается как деятельность в целях выполнения общегосударствен­ных задач управления. В институциональном плане под ней под­разумевается определенный круг лиц, для которых выполнение публичных дел составляет профессиональную деятельность2. По­нятие «публичная служба» охватывает три категории лиц: чинов­ников, служащих и рабочих. Критерием различения выступает правовая форма назначения: для чиновника — издаваемый в особом порядке компетентными властями акт назначения; для служаще­го и рабочего — заключаемый сторонами договор о поступлении на службу. Чиновники выделены в группу особо доверенных лиц, специально облеченных функцией управления и наделенных в связи с этим особым правовым и политическим статусом.


Основным нормативным актом, регулирующим деятельность чиновников является Федеральный закон о чиновнике (ФЗоЧ) в редакции 1971 г. По этому закону чиновниками считаются сле­дующие лица: чиновники государственного аппарата, судьи, пре­подаватели школ и высших учебных заведений, военнослужащие, работники почты, железнодорожной службы, государственных бан­ков. Табель о рангах предусматривает 16 групп чиновников: А1—А5 — низшие чины (вспомогательно-технические); А6—А9 — средние чины (правительственные секретари, обер-секретари, гаупт-секретари); А10—А13 — высшие чины I ступени (правитель­ственные инспекторы, регирунгс-атаманы); А14—А16 — высшие чины II ступени (высшие правительственные советники). Мате­риальное содержание чиновников составляется из основного ок­лада, территориальной надбавки, надбавок на детей, за выслугу лет, за звание. Размеры, структура и динамика выплат опреде­ляются специальным законом об оплате3.

Особую группу составляют политические и почетные чинов­ники. Институт политических чиновников сложился в Германии в конце XIX века. Смысл этого института заключает­ся в том, что вместе с правительством или отдельным министром приходят и уходят со своих постов наиболее близкие к его поли­тической программе сотрудники администрации. Тем самым в слу­чае смены кабинета и его политической платформы как бы обеспечивается реализация новых политических установок в деятельности администрации. В настоящее время основы феде­рального законодательства о праве чиновников так определяют статус политического чиновника: «Пожизненно назначенный чиновник в любое время может быть временно переведен на пен­сию, ибо определенная занимаемая им должность обязывает его к принятию основных политических установок и целей прави­тельства»4. К политическим чиновникам относятся: статс-сек­ретари в федеральных министерствах, ведомствах федерального канцлера и федерального президента; руководители отделов в ми­нистерствах, ведомствах федерального канцлера и федерального президента, федеральном ведомстве по делам печати и информа­ции, администрации Бундестага и Бундесрата; руководители в зе­мельных министерствах и канцеляриях (государственные совет­ники)5.


Персональные перемещения в высшем звене государственной администрации — удобное средство для достижения лучшего взаимодействия между правительством и бюрократией. Особенно это важно в тех случаях, когда в силу своих политических ориен­тации бюрократия не симпатизирует тому или иному прави­тельству. Так произошло, в частности, после прихода к власти в 70-е годы социал-демократов (в коалиции со свободными де­мократами). Были предприняты значительные перемещения среди высшего персонала федеральных министерств и ведомств, известные как «тихая революция»6.

Несколько иное значение имеет в Германии институт почет­ных чиновников. Это лица, имеющие гражданскую профессию, которых назначают на почетную должность без оплаты и права претендовать на особое социальное обеспечение. К ним относят­ся присяжные, выборные консулы.

Согласно исконно германской доктрине, чиновник рассмат­ривается как слуга, орган и представитель государства, его идеи. На этом постулате основывается вся система подготовки чинов­ников и их последующего продвижения по службе. И хотя по кон­ституции (ст. 33, п. 2) «каждый немец имеет равный доступ ко всякой государственной должности в соответствии со своими склонностями и профессиональной квалификацией» Закон о чиновнике называет особые качества, позволяющие претендо­вать на это звание7.

Прежде всего, требуется быть немцем в смысле ст. 116 Основ­ного закона. В особом порядке закон допускает назначение чи­новником иностранца (например, в качестве преподавателя выс­шего учебного заведения Германии); такое назначение, однако, не ведет автоматически к приобретению гражданства.

Далее, лицо, претендующее на должность чиновника, долж­но предоставить гарантии своей политической благонадежности, т.е. готовности в любое время выступить в защиту конституци­онного строя. Помимо этого будущий чиновник должен обладать необходимой профессиональной подготовкой. Вид и деятель­ность такой подготовки устанавливаются соответственно уровню служебной иерархии.


К службе на низшем уровне (А1—А5) допускаются лица, ус­пешно закончившие народную школу и прошедшие подготови­тельную службу (§16 ФЗоЧ), к службе на среднем уровне (А6—А9) — лица, успешно кончившие народную школу, прохо­дившие служебную подготовку в течение года и сдавшие специ­альный экзамен для поступления на должность среднего уров­ня (§17 ФЗоЧ).

Значительно более высокие требования предъявляются к поступающим на службу высшего уровня. К службе на высшем уров­не I ступени допускаются лица, успешно окончившие среднюю школу, проходившие специальную подготовку в течение 3 лет и сдавшие экзамен по требованию этого уровня (§18 ФЗоЧ). Нако­нец, к службе на высшем уровне II ступени допускаются лица с высшим образованием, сдавшие первый государственный эк­замен, прошедшие подготовительную службу в течение 2 лет и сдавшие второй экзамен (§19 ФЗоЧ)8.

Дополнительно к этим требованиям устанавливаются еще возрастные барьеры при допуске на должности различных уров­ней: от 16 до 30 лет — на низшие ступени; от 16 до 32 лет — на средние ступени; от 18 до 30 лет — на высшие должности. По­становлением 1968 г. для многих видов службы возрастной «по­толок» для приема поднят до 50 лет.

Среди сфер, из которых рекрутируется персонал министер­ской бюрократии, на первом месте стоит юстиция, потом — экономика и социальные науки. Профессия юриста в Германии традиционно представляла наилучшие возможности для поступ­ления на государственную службу. Несмотря на массовый при­ток в сферу государственного управления специалистов различного профиля юристы и сегодня продолжают удерживать веду­щие посты в системе министерской бюрократии. По мнению Г. Шмида и Х. Трайбера, причины привилегированного положе­ния юристов в бюрократической системе следует искать в «эпо­хе либерализма», когда государство рассматривалось как «про­изводитель и страж общих юридических норм», и поэтому чиновники с юридическим образованием считались наиболее подходящими для этих целей9. В конце прошлого века исклю­чительное положение юристов в государственной администрации Германии было узаконено. И лишь закон 1953 г. нарушил «юри­дическую монополию».


Согласно данному закону, высшее образование в сфере эко­номики и общественных наук приравнивается к юридическому, т.е. признается «достаточным» для занятия руководящих постов на государственной службе. И все же, как показывают современ­ные социологические исследования, среди руководящего и выс­шего руководящего персонала профессия юриста продолжает преобладать. Например, среди руководящих чиновников, выпол­няющих функции планирования (вплоть до заместителей началь­ников отделов в министерствах), юристы составляют 67%10.

Что касается социального происхождения руководящих чи­новников, то более чем на 2/3 они рекрутируются из «верхнего среднего слоя» (свободные профессии, руководящие служащие и высшие чиновники, состоятельные коммерсанты) и почти на 1/4 из «нижнего слоя» (чиновники средней и низшей категорий, служащие, ремесленники, крестьяне)11.

Для более полного представления о высших чиновниках Гер­мании следует обратить внимание на тот факт, что эта катего­рия государственных служащих широко представлена в раз­личного рода объединениях, общественных и экономических организациях, а также в руководстве партий. Такого рода дея­тельность, по мнению Р. Майнтц, содействует расширению «го­ризонта общения» высших администраторов, служит для них важ­ным источником информации. Контакты в государственном секторе играют немаловажную роль и для рекрутирования пер­сонала на ведущие посты в государственной администрации12.

Система продвижения по службе строго регламентируется за­конами. Она основана на двух принципах: повышении квалифи­кации (что подтверждается либо специальной проверкой и соот­ветствующей оценкой, либо сдачей специального экзамена) и принципе постепенного продвижения (нельзя «перескакивать» через очередную ступень). Исключения из двух правил допускаются лишь по специальному разрешению Федеральной комиссии по кадрам13.

В низших должностных группах при оценке работы «хоро­шо» повышение производится через 6 лет, а при оценке «впол­не удовлетворительно» — через 8 лет. При назначении на выс­шую должность в этой группе, если претенденту нет 40 лет, требуется специальное разрешение министра. В средних и высших груп­пах продвижение регламентируется для каждой должности от­дельно. Отступление от этих сроков может произойти, если слу­жебная деятельность оценивается как «очень хорошая». Если государство в лице начальника не выполнит своих обязательств по продвижению, оплате или другим меркам заботы о чиновни­ке, он вправе добиваться возмещения убытков (§79 ФЗоЧ, §839, §847 Гражданского кодекса)14.


При повышении по службе особое место занимает политиче­ский статус чиновника. «Обязанность верности» — это прежде все­го требование политической верности, причем в самом широком смысле. «Чиновник служит всему народу, а не отдельной пар­тии. Он выполняет свои обязанности добросовестно и вне свя­зи с партийными интересами, при этом он обязан руководст­воваться заботой об общих интересах и благе» (§52 п. 1 ФЗоЧ).

Основной формой контроля за деятельностью чиновников высту­пает административная юстиция. Она действует в как система специальных административных судов. Принятие в 1960 г. федерального уложения об административных судах установило их трехинстандионную структуру. Суды первой инстанции создаются, как правило, в больших городах. Дела слушают судеб­ные коллегии в составе трех профессиональных судей и двух засе­дателей. Последние вербуются из чиновников различных ведомств. Второй инстанцией являются верховные администра­тивные суды земель (всего их 16). Они состоят из опреде­ленного числа палат, заседающих в составе председателя, двух су­дей и двух заседателей. Эти суды являются ревизионными по решению к судам первой инстанции. Третьей, высшей, инстанцией выступает Федеральный административный суд (ФАС), состоящий из нескольких сенатов. Все судьи ФАС избира­ются из профессиональных судей специальной комиссией под пред­седательством федерального министра внутренних дел.

Административные суды располагают компетенцией по всем вопросам относительно статуса чиновника, его назначения, прав, обязанностей, оплаты, социального обеспечения, увольнения и пен­сии. Своеобразной особенностью является процедура, позволяющая чиновнику затеять процесс против самого себя. Желая снять с себя подозрения в совершении служебных проступков, чиновник может потребовать, чтобы дисциплинарный суд вынес решение по его делу. Большинство западногерманских юристов высоко оце­нивают роль административных судов. Г. Ройс пишет: «В резуль­тате деятельности административных судов управление дела­ми становится либеральнее, а государство демократичнее»15.


Соединенные Штаты Америки. В ретроспективе процесс централизации административно-государственного управления в США протекал достаточно неравномерно. Американская федера­тивная система предполагает определенную экономическую ав­тономию и достаточно широкие политические полномочия шта­тов, а в какой-то мере и местных органов власти, исторически предшествовавших федеральному правительству. Практически вплоть до начала развернутой индустриализации и победы Севера над се­паратистами Юга в Гражданской войне на значительной терри­тории США штаты и графства были чуть ли не единственными органами государственной власти, что привело к возникновению традиций местного самоуправления.

В XIX веке, в эпоху свободного капитализма, когда хозяйст­венные потребности государства носили ограниченный характер, аппарат административно-государственного управления отра­жал специфику эволюции американского капитализма — децен­трализацию механизма государственного хозяйствования. Основ­ная масса финансовых средств, поступавших в доход государства, аккумулировалась и распределялась через бюджеты штатов и ме­стных властей.

Идея политической системы, объединяющей конституцион­но обособленные правительства, получила широкую поддержку в Америке в конце колониальной эпохи и послужила основной базой для развития федерализма в стране. Американские поли­тологи У. Беннет и К. Превит считают, что федеральное правитель­ство в США является не основателем, а продуктом штатов, вы­ступающих в едином союзе: «основой федерализма является тот факт, что штаты предшествовали образованию Союза»16.

Немаловажное значение для формирования в значительной степени децентрализованного федерального государства сыграли конституционные предпосылки. С самого начала образования фе­дерации в США начались острые дебаты о том, какую роль должна играть федеральная администрация. Предполагалось, что национальное правительство и федеральная администрация бу­дут заниматься теми проблемами, которые штаты не могут решить самостоятельно. В соответствии с конституцией они долж­ны были заниматься регулированием национальной экономики, внешней политикой, обороной, а также зашитой гражданских прав населения. Федеральные власти настаивали на том, чтобы наци­ональное законодательство главенствовало над законодательст­вом штатов. Точно так же национальная исполнительная власть (частью которой является федеральная администрация) не долж­на была находиться под контролем властей штатов17.


Однако, как отмечают многие американские политологи, в США существует много так называемых конституционных традиций, которые реализуются в самой политике федерации по отноше­нию к штатам и местным органам власти и сдерживают процесс централизации. Интересно отметить, что в тексте Конституции США разделение административно-управленческих полномочий между различными уровнями государственной власти отражено крайне расплывчато и неопределенно. Так, 10-я поправка к кон­ституции определяет, что «полномочия, не делегированные Со­единенным Штатам конституцией и не запрещенные для штатов, соответственно резервируются за штатами».

Известно, что длительное временя после образования феде­рации штат рассматривался как государственная единица. За шта­тами сохранялись права эмиссии денежных знаков, налогообло­жения, формирования воинских соединений, контроль за внешней торговлей, т.е. комплекс функций, присущих независимому го­сударству. Еще в 1787 г. жители Мэриленда рассматривали се­бя как «нацию», а Дж. Адамс называл делегацию Массачусетса в конгрессе «нашим посольством»18.

В 1781 г. статьи Конфедерации были ратифицированы всеми штатами и важнейшие функции государства были переданы кон­грессу. Однако за штатами и после этого остались такие преро­гативы, как регулирование торговли, налогообложение, консти­туционное и административное право. Более того, длительное время резолюции конгресса имели для штатов, как правило, силу ре­комендаций. По сути, сколько-нибудь четкое разделение прав и полномочий между штатами и федерацией было зафиксировано только в 10-й и 14-й поправках (1868 г.) к конституции, однако и после этого были многочисленные случаи превышения штата­ми своих полномочий. Таким образом, исторические корни аме­риканского регионализма очень сильны и по сей день не только предопределяют современную роль штатов и местных органов вла­сти в системе административно-государственного управления, но и оказывают глубокое воздействие на выработку государственной политики. Несомненно и то, что в основе процесса формиро­вания сильно децентрализованного государства лежал и ряд экономико-географических факторов, связанных с учетом обширных размеров территории страны.


Однако развитие производительных сил в конце XIX — на­чале XX века не могло не оказать влияния на эволюцию силь­но децентрализованного государственного аппарата. Формиро­вание общенационального рынка труда и капитала, развитие железных дорог, межштатной торговли, выработка общенаци­ональных стандартов (прежде всего медицинских препаратов и пищевых продуктов), банковская система и единое денежное об­ращение — все это можно записать в «актив» набирающего си­лу федерального правительства. К тому же крупный капитал, не заинтересованный более в сохранении искусственного дроб­ления национального рынка, выступил как сторонник интегра­ционных тенденций. «Великая депрессия» 1929—1932 гг. со всей очевидностью поставила вопрос об «экстренной мобилиза­ции средств государственного регулирования». Кризис достаточ­но ясно продемонстрировал явное несоответствие уровня цент­рализации бюджетных и управленческих ресурсов госаппарата степени централизации капитала, равно как и масштабности со­циально-экономических проблем.

Стало очевидно, что только федеральный уровень власти с его нереализованными возможностями государственного регулиро­вания способен смягчить последствия кризиса. Поэтому «но­вый курс» Ф. Рузвельта был направлен на расширение масшта­бов государственного вмешательства в экономику и концентрацию в рамках федерального правительства важнейших бюджетных, административных и управленческих рычагов и ресурсов. Неспо­собность правительств штатов решить проблемы, ставшие наци­ональными, привела к мощной «нейтралистской» волне, окон­чательно решившей в пользу Вашингтона вопрос о важнейших прерогативах и полномочиях в рамках федерации.

16-я поправка к конституции позволила федеральным влас­тям собирать подоходный налог. Вашингтон получил значитель­но более мощные полномочия в сфере налогообложения, чем те, что были в распоряжении штатов и местных властей. Федераль­ная администрация распространила свою деятельность на соци­альные программы, экономическое регулирование, гражданское законодательство. В 1939 г. доходы федерации и штатов почти сравнялись, а в 1940 г. бюджет Вашингтона впервые превысил суммарные расходы штатов и местных органов власти в США19.


Постепенно увеличивались федеральные дотации, которые еже­годно выделялись Вашингтоном администрации штатов и мест­ным властям. Если в 1932 г. эти дотации составляли менее 3% доходов местной администрации, то в 1950 г. — уже 10,4%, а в 1982 г. — свыше 25%20. В результате администрация штатов и местные власти стали зависеть от федеральных дотаций, ибо теперь они составляют около четверти их общих доходов.

Закономерным результатом такой политики стал дальнейший рост влияния федеральной администрации21. Поскольку имен­но она дает деньги, то может устанавливать и стандарты. Меню школьных завтраков, проекты больниц, шоссейных дорог и аэ­ропортов, женская гимнастика в колледжах — все это сегодня контролирует федеральная администрация.

Последние годы администрация штатов и местные власти ста­ли все чаще жаловаться на то, что они оказались «запертыми» в тисках федеральных программ, которые не учитывают дейст­вительных местных потребностей. Президенты Р. Никсон и Р. Рей­ган полагали, что у них есть ответ на эту проблему: нужно уй­ти от «целевых» дотаций, направленных на решение узких конкретных задач, к более широким, обобщенным дотациям и к «участию в доходах». Оба президента называли свои програм­мы «новым федерализмом», имея в виду возвращение части ад­министративной власти и контроля штатам. Но эти идеи не принесли желаемых результатов. Р. Никсон и Р. Рейган выделя­ли ежегодно значительные суммы из федеральной казны непо­средственно администрации штатов в качестве формы участия по­следних в федеральных доходах. Эти деньги администрация штатов могла тратить по своему усмотрению, без контроля со сто­роны федеральных властей. Однако это сделало ее и местные вла­сти не менее, а еще более зависимыми от казны Вашингтона.

Более того, поскольку размер федеральных дотаций не зави­сел от конкретных нужд местной администрации, то деньги шли и к богатым, и к бедным городам одинаково. Один город мог отчаянно нуждаться в средствах для поддержания полиции и по­жарной охраны, тогда как другой тратил их на улучшение сво­их парков. Такое положение привело администрацию штатов и муниципалитетов в отчаяние. Вопрос о том, сколько федераль­ных денег давать и как их давать, остается постоянной пробле­мой американского федерализма. По существу, это ключевой пункт более общей государственной проблемы — проблемы баланса меж­ду центральной администрацией и властями штатов в федераль­ной системе.


Другой стороной того же вопроса является так называемая «балканизация» власти в федерации. В 1980 г. в США на­считывалось 79912 органов власти, в том числе исполнительные и законодательные органы 50 штатов, 3042 графств, 18862 го­родов (муниципалитетов), 25962 специальных, 16822 школь­ных округов, 16822 тауншипов22. Все эти власти в своей деятель­ности сталкиваются друг с другом, и первой жертвой всегда оказывается налогоплательщик. Такую множественность влас­ти политологи в шутку назвали «балканизацией»23. В США балканизация привела к большому количеству конфликтов по по­воду юрисдикции, т.е. по поводу того, чья административная власть и в каких ситуациях должна применяться. Проблема поиска правильного баланса власти между центральной государственной ад­министрацией и властями штатов до сих пор остается открытой.

Рассмотрим подробнее современную организацию админист­ративно-государственного управления в Соединенных Штатах.

В стране 14 правительственных департаментов, в которых занято от 85 до 90% всех федеральных государственных служащих24. Они имеют общую структуру, хотя могут отличаться по размерам и по своим функциям. Каждый возглавляется секретарем, кото­рый назначается президентом с одобрения сената. Заместители се­кретаря и помощники секретарей получают также политическое назначение. Эта система отличается, например, от британской, где чиновники, соответствующие заместителям секретаря в США, яв­ляются работниками постоянной государственной службы.

Основной функцией правительственных департаментов является проведение законодательной и исполнительной полити­ки. Например, Департаменту сельского хозяйства поручено под­держивать предписанные конгрессом цены на сельскохозяйст­венную продукцию. Это непростая задача, так как департамент должен решать, как понимать намерения конгресса. Очень часто, когда встает противоречивый вопрос, единственным способом, которым конгресс может обеспечить минимальное большинство, необходи­мое для прохождения законодательства, является формулировка вопроса в наиболее общих, политически нейтральных терминах. Таким образом, парламент часто дает лишь широкое руководящее направление для деятельности, и бюрократия обладает свободой учреждать особую рабочую политику, которая соответствует ее соб­ственным интересам (или интересам тех, кто обладает более вы­сокой исполнительной властью).


Правительственные департаменты подразделяются на бюро, которые возглавляются чаще профессиональным чиновником, чем назначенным лицом. Например, бюро статистики труда являет­ся частью департамента, и руководители бюро обладают большой дискреционной властью несмотря на то, что они должны дейст­вовать в рамках постоянного законодательства и административ­ной политики. Кроме того, правительственные департаменты под­держивают местные учреждения в каждом штате, и единая административная политика превалирует на всех ведомственных уровнях.

Федеральные агентства выполняют чаще одну, но весьма сложную функцию, которая иногда может быть более по­литической, чем административной. Например, Информацион­ное агентство Соединенных Штатов (ЮСИА) откровенно идеоло­гическое. Его функция состоит в том, чтобы представлять США в благоприятном свете и завоевывать международную поддерж­ку американской политики. Однако существуют и политически нейтральные агентства, такие как НАСА — Национальное агент­ство по аэронавтике и исследованию космического пространст­ва, которое было организовано для координации американских исследований в космосе. Каждое агентство возглавляется од­ним администратором, которого назначает президент и которо­го он может снять с поста.

Федеральные корпорации, принадлежащие прави­тельству, являются сочетанием правительственных агентств и пред­приятий частного бизнеса. Хотя главы корпораций назначают­ся президентом (с согласия сената), они обладают значительной автономной властью. Корпорации могут, например, принять свое собственное решение, как распределить и куда направить фонды, которые ассигновала законодательная власть. Почтовая служба США, управление по развитию долины реки Тенесси, Экс­портно-импортный банк — вот несколько из числа наиболее важных федеральных корпораций25. Многие корпорации пред­принимают крупное строительство общественных сооружений, которое вряд ли смогли бы финансировать частные фирмы. По­добным же образом не нашлось бы частной корпорации, решив­шейся покрыть затраты Министерства связи. Федеральные корпорации действуют в соответствии с основными руководящими направлениями, установленными конгрессом. Лишь незначи­тельное число корпораций является прибыльными, поэтому они зависят от ежегодных правительственных субсидий.


Независимые постоянные агентства созданы для экономической регуляции частного бизнеса, который непо­средственно влияет на общественное благосостояние. Они обладают значительной властью, полученной от конгресса. Напри­мер, конгресс уполномочил Постоянную ядерную комиссию за­мораживать работу атомных станций, если не обеспечивается их безопасность. Такие решения, как правило, поддерживаются в судах. Однако независимые постоянные агентства являются объектом значительной критики. Многие политологи считают, что агентства находятся под огромным влиянием тех самых от­раслей промышленности, чью деятельность они должны контро­лировать. Дело в том, что большинство членов комиссий в про­шлом были сотрудниками частных предприятий и, как говорят критики, они больше заинтересованы в удовлетворении интере­сов предпринимателей, чем в обеспечении защиты населения. Федеральная энергетическая комиссия, например, выдержива­ет постоянные атаки со стороны тех, кто считает, что она состо­ит преимущественно из представителей промышленности и за­щищает их интересы, а не интересы потребителей. В этой критике есть доля правды, но необходимо признать, что служа­щие агентств должны разбираться в той отрасли промышлен­ности, которую они контролируют.

Такова в целом характеристика организации федеральной бю­рократии в США. К началу 80-х годов на федеральной государ­ственной службе состояло 1990 тыс. человек26.

Деятельность американских чиновников регулирует Закон о гражданской службе. В конце 70-х годов в стране были про­ведены крупные реформы Института гражданской службы. Большинство государственных и политических деятелей были обеспокоены медлительностью, расточительностью и неэффек­тивностью административно-государственного управления в стране. С резкой критикой выступали сами высшие правитель­ственные чиновники. Ф. Малек, заместитель директора Админи­стративного и бюджетного управления, писал о неэффективно­сти работы государственной службы как о национальной проблеме и даже трагедии27.


Закон о реформе гражданской службы был разработан адми­нистрацией Картера и принят конгрессом в 1978 г. В соответст­вии с этим законом Комиссия гражданской службы прекрати­ла свое существование. Ее функции были поделены между Бюро управления персоналом и Советом по защите системы заслуг. За­тем был создан Федеральный совет по руководству трудовыми от­ношениями. Новые агентства начали функционировать с 1 января 1979 г. Отдельно была создана Комиссия по равным возможностям занятости, которая взяла на себя функции контроля за соблюдением Закона о гражданских правах, побуждая федеральное правительство к расследованию определенных жа­лоб по дискриминации28.

На Бюро управления персоналом возложена задача обеспече­ния централизации и координации кадровой работы в аппарате административно-государственного управления. В компетенцию Бюро входит назначение служащих на должности и их продви­жение по службе, оценка их труда, повышение квалификации, поощрения и наказания, выработка рекомендаций по совершен­ствованию кадровой работы. Что касается Совета по защите си­стемы заслуг, то его полномочия сводятся к обеспечению соблю­дения законов гражданской службы в области найма, увольнения и прохождения службы в соответствии с принципами «системы заслуг». Сформулировано девять основных принципов системы заслуг, включенных в законодательство:

• рекрутирование служащих из всех сегментов общества с под­бором и продвижением на основе способностей, знаний и умений при справедливой и открытой состязательности;

• справедливое и беспристрастное отношение в процессе уп­равления персоналом вне зависимости от политических взглядов, расы, цвета кожи, религии, национального происхождения, по­ла, семейного статуса, возраста или инвалидности с должным ува­жением к конфиденциальности личной жизни и конституцион­ным правам;

• равная оплата за работу равной ценности с учетом как национального, так и местного уровня оплаты работников частно­го сектора в сочетании с поощрением и признанием отличного исполнения работы;


• высокие стандарты честного поведения и заботы об обще­ственном интересе;

• действенное и эффективное использование федеральной ра­бочей силы;

• сохранение хорошо работающих служащих, исправление ра­боты тех, чья деятельность неадекватна, и расставание с теми, кто не может и не хочет удовлетворять требуемым стандартам;

• улучшение работы путем эффективного обучения и подго­товки;

• защита служащих от необоснованных действий, персональ­ного фаворитизма или политического принуждения;

• защита служащих от наказаний за законное раскрытие информации. Наказание не может быть применено к служаще­му, давшему «сигнал тревоги».

Профессиональные гражданские служащие занимают долж­ности, распределенные в иерархическом порядке по 18 категори­ям Генеральной схемы должностей соответственно сложности и ответственности работы и степени участия каждой категории в процессе принятия решений и управления. Характеристика и опи­сание каждой из 18 должностных категорий утверждены в зако­нодательном порядке и содержатся в разд. 5 Свода законов США29.

Категории 1-4 относятся к низшему персоналу административных учреждений, непосредственным исполнителям. Служа­щие этих категорий выполняют простейшую рутинную работу или работы, имеющие некоторую долю трудности, под непосредственным и общим наблюдением. От этих служащих либо во­обще не требуется вынесения независимых суждений, либо до­пускается, но ограниченно — «в соответствии с установленной политикой и процедурами». В 1980 г. их количество составля­ло 21,1% общего числа служащих в аппарате административ­но-государственного управления. По своему материальному по­ложению они относятся к низкооплачиваемым работникам: средний размер жалованья (6,5—9,9 тыс. долларов в год) сопо­ставим с заработной платой неквалифицированных рабочих ча­стного сектора30.

К категориям 5—8 относятся служащие, которые выполняют работу, требующую специальных знаний и подготовки, способ­ностей к индивидуальной работе. Это исполнительский персонал высшей квалификации, имеющий дипломы высших учебных за­ведений. Они не выполняют никаких функций по администра­тивному руководству, а профессиональная деятельность прохо­дит под общим наблюдением. В 1980 г. их число составляло 31,1% общего числа служащих в аппарате административно-государст­венного управления. По своему материальному положению они относятся к среднеоплачиваемым работникам: их жалованье — «от 11,3 до 16 тыс. долларов в год, что значительно ниже жало­ванья их «коллег» из частного сектора.


Служащие категорий 9—14 относятся к среднему руководящему персоналу, хотя их деятельность протекает под общим административным наблюдением и руководством. Например, служащие 11-й категории должны быть способны выносить решения, г. 12-й категории — проявлять способности к руководству, служащие 13-й категории могут быть помощниками глав небольших подразделений, а 14-й — главами подразделений и бюро. Общее число таких служащих составляет 46,6% общего числа чиновников в аппарате административно-государственного управления. Средний размер их жалованья от 20 до 35 тыс. долларов в год.

Служащие категорий 15—18 являются высшим руководя­щим составом государственных учреждений. В число их обязан­ностей входит планирование и руководство специализированны­ми программами исключительной трудности и ответственности. Как правило, они возглавляют бюро и отделы. Общее число та­ких служащих незначительно — 2,35%. Их жалованье в среднем на 750% выше жалованья служащих низшей категории (50—75 тыс. долларов в год)31.

Гражданская служба в США подразделяется на конкурсную и исключительную. Название «конкурсная» объясняется тем, что все назначения на эту службу производятся в результате отбо­ра на конкурсных экзаменах. Более 90% всех государственных слу­жащих проходят через конкурсную систему. Название «исключи­тельная» отражает положение, по которому должности этой службы исключены из-под действия Закона о гражданской службе. В чис­ло «исключительных» входят служащие Агентства по националь­ной безопасности, ЦРУ, ФБР, Госдепартамента, представительств США в международных организациях. Интересно, что организа­ция данных служб строится на особых принципах. Это объясня­ется политическими соображениями правящих кругов — стремле­нием создать привилегированный статус, выражающийся в более высоком жалованье, для служащих тех ведомств, которые играют особо важную роль в обеспечении интересов государства32.

В США существует также патронажная система, или система добычи, т.е. назначение на высшие админи­стративные должности за политические заслуги и периодичес­кая сменяемость высших чиновников в зависимости от времени нахождения в Белом доме представителя партии, сторонниками которой они являются33. Сегодня только 5% особо важных долж­ностей заполняются «патронажными» методами. Это главы ис­полнительских ведомств и агентств, послы, консулы. Их назна­чает президент с совета и согласия сената (обычай «сенаторской вежливости»). Существует также ряд должностей, назначать на которые президент может без согласия сената: руководители правительственных программ, советники, помощники и личные секретари президента.


Для большинства чиновников продвижение по служебной ле­стнице производится согласно принципам системы заслуг — от­бору наилучших кандидатов на повышение в должности на кон­курсных экзаменах, а также на основе ежегодной оценки их служебной деятельности. Однако конкурсные экзамены применяются лишь для рядовых должностей, гораздо важнее итоги пе­риодической оценки служебной деятельности. По Закону 1978 г. значение такой оценки для контроля над работой служащих бы­ло резко повышено. В результате ежегодная оценка результатов труда стала реальным инструментом кадровой политики в систе­ме административно-государственного управления. Американ­ские политологи, комментируя содержание Закона 1978 г., под­черкивали, что процедура увольнения значительно упростилась. Действительно, в законе вопрос об увольнении сформулирован очень широко: со службы может быть уволен каждый, если это необ­ходимо в целях национальной безопасности. Единственной обязанностью администрации является заблаговременное вручение уведомления об увольнении.

До 1979 г. существовало три общепринятых оценки работы государственного служащего: отличная, удовлетворительная и неудовлетворительная. В настоящее время в каждом ведомстве существует своя система оценки. При этом поощряется привлечение к разработке критериев оценки самих служащих. Оценка рабо­ты является основанием для принятия решения о переподготов­ке, обучении, награждении, понижении, оставлении на прежней должности или смещении государственного служащего.

Руководитель учреждения должен сообщить служащему о кри­тических замечаниях в его адрес и о критериях оценки его тру­да. Прежде чем предпринять какие-либо действия, связанные с понижением в должности в связи с плохой работой, необходи­мо предупредить об этом служащего в письменной форме. Если после предложения о понижении в должности служащий в течение года продемонстрирует удовлетворительную работу, то предложение, связанное с его плохой работой, будет отозвано.,

В каждом учреждении государственной службы имеется свой план продвижения по службе. В случае, если на определенную, должность недостаточно кандидатов из своего учреждения, объявляется открытый конкурс. Критерии для продвижения те же, что и для принятия на государственную службу, однако ведомствам рекомендовано отказаться от письменных или устных те­стов. Квалификационные стандарты для продвижения разраба­тываются также отдельно каждым ведомством и определяют минимум требований для успешного выполнения соответствующей работы. Все кандидаты, отвечающие этим стандартам, а так­же другим требованиям, необходимым по закону (например, принадлежность к определенной категории), могут претендовать на должность. Из них отбирают обычно 3—5 человек, обла­дающих наиболее высокой квалификацией, чьи кандидатуры пе­редаются на рассмотрение специального чиновника, который и выносит решение, не допуская фаворитизма и дискриминации34. Закон требует применения дисциплинированных мер против тех руководителей, которые:

• дискриминируют кого-либо из претендентов;

• требуют или рассматривают какие-либо рекомендации на служащего, который сам этого просит или в отношении которо­го планируются какие-либо кадровые изменения, за исключени­ем материалов, представляющих собой оценку выполнения этим человеком работы, его способностей, склонностей, общей квали­фикации или характера, лояльности и годности;

• используют официальную власть для принуждения к поли­тическим действиям;

• сознательно обманывают человека или препятствуют его пра­ву участвовать в конкурсе для поступления на государственную службу;

• оказывают на служащего влияние, чтобы тот отказался уча­ствовать в конкурсе с целью ухудшить или улучшить шансы лю­бого из кандидатов;

• оказывают какое-либо особое предпочтение или предостав­ляют преимущество, не предусмотренное законом, какому-либо кандидату на должность или служащему;

• назначают, продвигают по службе родственников в его (или ее) собственном агентстве;


• осуществляют или пытаются произвести кадровые действия и в качестве наказания для тех служащих, которые воспользовались своим правом на апелляцию, отказались заниматься политической деятельностью или законным образом раскрыли нарушение закона, правил и инструкций, растраты фондов, злоупотребления властью или существенную и специфическую опасность общественному здоровью или безопасности;

• осуществляют или пытаются произвести действия в отноше­нии персонала, которые являются нарушением закона, правил или инструкций, напрямую относящихся к принципам системы заслуг35.

Как видим, в Законе о реформе гражданской службы в США тщательно разработаны дисциплинарные меры против тех руководителей, которые нарушают принципы системы заслуг при про­движении по службе. Важно, что здесь даны максимально кон­кретные формулировки возможных случаев противозаконных ситуаций, что позволяет достаточно эффективно использовать данный закон на практике при возникновении аналогичных ситу­аций на гражданской службе.

В США существует и внеконкурсное занятие должностей, это происходит в тех случаях, когда дальнейшее продвижение при успешном выполнении своих обязанностей предусматривалось уже при приеме на предыдущую должность (для стажеров, уче­ников и т.п.). Вне конкурса замещаются также должности, но­сящие временный характер (на срок до 120 дней). Исключения могут быть сделаны и для служащих, потерявших прежнюю должность из-за сокращения штатов и переведенных в другие учреждения36.

Известный американский юрист и политолог О. Сталь счита­ет систему должностной квалификации наиболее удобной фор­мой для организации труда служащих низших и средних кате­горий: «Превосходство системы должностной квалификации основано на простой идее: самой лучшей, долгодействующей и наиболее эффективной формой стимулирования служащих низ­ших и средних категорий является сама их работа. Другими словами, характер служебной деятельности — та сила, кото­рая привлекает людей, поддерживает их интерес к работе и пре­пятствует поискам лучших условий труда». Следовательно, делает вывод О. Сталь, путем научно обоснованного определения объема обязанностей, связанных с должностью, и умелого под­бора кандидатур, заинтересованных в том, чтобы занять ее, можно добиться достаточно эффективной организации служеб­ной деятельности чиновников. Однако на высоких администра­тивных постах необходима принципиально иная система — «си­стема званий». По мнению О. Сталя, система должностной квалификации способствует достижению максимальной произ­водительности труда, а система званий ведет к развитию качеств администратора и творческого отношения к работе.


Систему званий (или систему назначений администраторов) ввел президент Джонсон в конце 60-х годов. Он предоставил выс­шим административным чиновникам (категории 16—18) особый юридический статус: любое должностное лицо высшей категории может быть свободно перемещено из одного учреждения в дру­гое. Политическое руководство, имея в своем распоряжении весь «высший корпус», может расставлять кадры по своему ус­мотрению. По замыслу Джонсона, это должно было приблизить «верхушку» администраторов к политическому руководству.

По Закону 1978 г. система назначений администраторов бы­ла утверждена как юридический институт. Сегодня в США служба высших администраторов представляет собой закрытый корпус чиновников, который формируется не только из служа­щих категорий 16—18, но и частично из лиц, занимающих «па­тронажные» посты. Одной из характерных черт этой службы яв­ляется установление особых материальных стимулов: высокого жалованья, премиальной системы, а также создание более широких возможностей для карьеры. Одновременно власти стремят­ся приблизить «верхушку» чиновничества к политической эли­те и тем самым запрограммировать определенную политическую ориентацию высшего эшелона администраторов.

Особое внимание уделяется характеристике политической деятельности государственных служащих в США. Закон о рефор­ме гражданской службы 1978 г. разрешает американскому чи­новнику:

• регистрироваться и голосовать на любых выборах;

• выражать свое мнение как частного лица в узком кругу и публично по всем политическим вопросам и кандидатам до тех пор, пока он не принимает активного участия в политическом управлении или политической кампании в качестве привержен­ца одного из кандидатов;

• носить значки или пуговицы с политической символикой или прикреплять наклейки на свой личный автомобиль, но не в рабочей обстановке;

• вносить вклад в добровольческие кампании политической партии или организации;

• занимать должность в общественной организации, оказы­вать какой-либо из общественных организаций помощь, если это не вступает в конфликт или не препятствует выполнению слу­жебных обязанностей;


• осуществлять канцелярские или судейские функции, не но­сящие партийного характера во время выборов, в соответствии с законодательством штата или местным законодательством;

• проявлять политическую активность по вопросам, не свя­занным с той или иной партией, например в обсуждении консти­туционных поправок, на референдумах, при одобрении муници­пальных указов;

• быть членом политической партии или другой политичес­кой организации, присутствовать на ее собраниях, голосовать по отдельным вопросам, но не принимать активного участия в уп­равлении этой организацией;

• присутствовать на политических съездах (но не в качестве делегата или кандидата), мероприятиях по пополнению партийных фондов и других политических собраниях, но не прини­мать активного участия в их подготовке и проведении;

• высказывать своему сенатору или конгрессмену свою точ­ку зрения на то, как он должен голосовать по тому или иному вопросу.

За нарушение закона служащий может быть отстранен от ра­боты на 30 дней без оплаты, а за активную политическую дея­тельность даже уволен с должности37.

Таким образом, в отличие от Германии, в США политичес­кая активность большинства государственных служащих весь­ма ограничена. Исключения составляют лишь высшие должно­стные лица из ближайшего окружения президента.

Интересно, что в Соединенных Штатах нет системы административных судов, как в Германии. Их функции выполняет Совет по защите системы заслуг. Главная задача Со­вета — защита служащих от злоупотреблений и неоправданных кадровых действий. Он заслушивает и принимает решения по жа­лобам служащих и при необходимости дает приказания о кор­ректирующих и дисциплинарных действиях в отношении госу­дарственного служащего или учреждения.

Существует также Служба (бюро) специального совета, кото­рая в своей деятельности тесно связана с Советом по защите си­стемы заслуг. Она занимается расследованием предложений об определенной запрещенной законом кадровой практике. Это ка­сается случаев, когда:


• запрещенная кадровая политика имеет место в федераль­ных учреждениях;

• федеральный служащий подает сигнал «тревоги» о наруше­нии закона, неправильном управлении, растратах, злоупотреб­лении властью или опасности общественному благополучию;

• федеральные служащие подвергаются политическому давле­нию, вовлечены в запрещенную политическую деятельность или, наоборот, необоснованно ограничивается их политическая деятель­ность38.

Каждый государственный служащий защищен от наказа­ния за «сигнал тревоги», за исключением раскрытия информа­ции, признанной секретной и запрещенной к разглашению за­коном, однако и такая информация может быть раскрыта Главному инспектору. Письменный отчет о результатах рассле­дования Специальный совет представляет конгрессу и президен­ту, копия отчета передается служащему, подавшему сигнал «тревоги»39.

Закон о реформе гражданской службы 1978 г. включает так­же этический кодекс государственной службы. В соответствии с этим кодексом каждый государственный служащий США дол­жен:

• ставить приверженность высшим нравственным принципам и своей стране выше лояльности по отношению к отдельному че­ловеку, партии или государственному департаменту;

• защищать Конституцию, законы и постановления США и всех правительственных органов страны и никогда не участво­вать в их нарушении или уклоняться от их выполнения;

• выдавать полновесную дневную работу за полновесную дневную оплату, прилагать максимальные физические и умст­венные усилия для исполнения своих обязанностей;

• стремиться найти и использовать наиболее эффективные и экономичные способы выполнения заданий;

• никогда не дискриминировать несправедливо одних, предо­ставляя другим особые блага и привилегии за вознаграждение или без него; никогда не принимать для себя и членов своей се­мьи никаких благ или преимуществ при обстоятельствах, кото­рые могут быть созданы определенными людьми для оказания влияния на исполнение государственных обязанностей;


• не делать никаких личных обещаний, связанных с обязанностями его службы, поскольку государственный служащий не имеет своего личного слова, которое могло бы быть связано с об­щественным долгом;

• никогда не использовать никакой информации, полученной конфиденциально во время выполнения служебных обязаннос­тей, как средства извлечения личной выгоды;

• не быть вовлеченным ни в какой бизнес с правительством, ни прямо, ни косвенно, так как это несовместимо с сознательным выполнением служебных обязанностей;

• разоблачать коррупцию везде, где она обнаруживается;

• придерживаться этих принципов, сознавая, что государст­венная служба — это доверие.

Оценивая этот «кодекс этики» чиновников, нельзя не отме­тить высокие нравственные принципы, отвечающие общечело­веческим гуманистическим идеалам, признанным во всем мире. Однако на практике эти высокие принципы часто игнорируют­ся. Такие явления, как коррупция и протекционизм, продолжа­ют процветать в административно-государственном аппарате уп­равления США, о чем свидетельствуют скандальные истории, периодически возникающие на страницах печати.



следующая страница >>