litceysel.ru
добавить свой файл
1
z_start


русский вопрос

Где вы, сильные духом?

Почему русские так легко отказываются от своих корней?

n028_img_3844.jpgФото автора.Писатель Василий Барановский дает автограф.

n028_img_3843_boyarynya_morozova_book_cover.jpg

Что мы боярыне Морозовой? Что нам боярыня Морозова? А вот поди ж ты, в Даугавпилсе со страстью говорили о ее судьбе, о событиях, произошедших триста с лишним лет тому назад.

Латгальский старовер из Литвы

В Русском доме Даугавпилса прошла презентация новой книги писателя Василия Барановского «Боярыня Морозова». Издана повесть на средства Гребенщиковской общины. В ней рассказывается о судьбе легендарной женщины, которая ради веры не пожалела огромного богатства и высокого положения, пошла на мученическую смерть.

Василий Барановский — выходец из латгальских староверов, сейчас живет в Литве. Он автор книг и очерков, посвященных истории древлеправославия. Как признается прозаик, фигура Морозовой давно привлекала его внимание, но страшно было подступиться, чтобы изложить свое видение ее поступков.

Я убедился, что почти все знают это имя благодаря гениальной картине Василия Сурикова, но почти никто не имеет представления о том, что же она сделала. Надо знать историю, чтобы понять, какое положение Морозова занимала в Московии во времена царя Алексея Михайловича. Верховая боярыня из рода Соковниных, родственница царского наставника, подруга царицы. Когда она выезжала из вотчины, ее карету сопровождали триста верховых на породистых аргамаках. И вот реформа Никона, раскол церкви, приверженцев старых традиций жестоко преследуют и казнят.

Для Феодосии Прокопьевны Морозовой тоже построили сруб, в котором собирались ее сжечь. Но бояре не решились предать казни такую знатную особу. Царь то отдает ее палачам на истязания, велит надеть обруч на шею и к нему приковать дубовую колоду, то помещает в монастырь, в более человеческие условия. Он уже не просит прилюдно отречься от веры. Государь передает послание: «Молю тебя, послушай совета моего. Дай мне приличие людей ради, дабы узрели, что недаром величаю тебя: не креститися тремя персты, но только руку показав, наднеси троеперстие. Послушай, пришлю по тебя каптану свою царскую и с аргамаками своими. И придут многие боляре и понесут тебя на головах своих».


И снова она отказывается. Тогда ее вместе с сестрой опускают в яму, в узкую и глубокую могилу. Еды почти не дают, вдвоем с сестрой они медленно умирают от голода. Время от времени лаз открывается, и ей задают вопрос: «Како крестишься?» Но она упорно отвечает: «Крещусь по дедову обычаю». И так и умирают вдвоем с сестрой Евдокией в этой яме.

Другие русские

После встречи с читателями мы с Василием Саввичем Барановским и теми, кто помогал издать книгу, пили чай в гостеприимном Русском доме и говорили о старине и о современности. Например, о том, что собиратели фольклора из России едут в экспедиции на русский Север и в Латгалию. Здесь сохранились и традиции, и говор, и книги. Староверы не случайно отправились во времена гонений на берега Западной Двины. Здесь уже были русские люди. Пополнив их поселения, веками сохраняли свое, исконное.

Но вот возникает вопрос: русские Балтии не стали национальным меньшинством и среди собственного народа. Ведь очень многие из числа тех же переселенцев в Россию отмечают, как трудно им приспособиться к местным нравам и порядкам, вдруг обнаруживается множество отличий.

Конечно, менталитет уже другой. Россия нам бабушка, а мать — Латвия. Три века тесного соседства с поляками, латгалами, литовцами даром не прошли, — рассуждает Барановский. — И в языке появились особые обороты, и в характере некоторая сдержанность. Сказалось и то, что, в отличие от свойственной России крестьянской общины, здесь жили хуторами и была возможность получить свой надел. К примеру, мой дед приобрел хутор. Соответственно и уклад жизни менялся. Тем не менее сохранению традиций очень способствовала вера, которая всегда была главной опорой в жизни. Вот тут уж все оставалось неизменным — до самого последнего времени.

Но это время связано не только с независимостью прибалтийских стран. Моленные начали исчезать еще в советское время.


Да, именно тогда оборвалась связующая нить между поколениями. Не буду хаять те времена, потому что много было и хорошего. Впервые многие дети из староверских семей получили доступ к образованию, новые профессии и возможности. Но вместе с тем шло наступление на религию и на традиционный крестьянский уклад. А новые времена сельское хозяйство добивают, вместе с тем пластом русского мира, русской культуры, который здесь существует. Поэтому так важно сохранить его — всеми силами, используя любые возможности.

Почему никто не ходит в косоворотке

И латыши, и литовцы из числа эмигрантов очень часто в третьем-четвертом поколении сохраняют и родной язык, и песни, и любовь к родной культуре. Почему многие русские с готовностью ассимилируются? Неужели совершенно исчезли среди нас стойкие духом?

К сожалению, это действительно происходит. Простой пример. В литовском городе Зарасай, где достаточно много русских, на грани закрытия единственная русская школа. Никакого указания на этот счет нет. Родители отдают детей в литовские школы, считая, что так им легче будет прожить, и первых классов для русских детей уже не существует. А представим себе, что это была бы община поляков или немцев. Допустили бы они закрытие школы? Нет! В Литве открыты десятки новых польских школ. Дети прекрасно учат литовский язык, так что никаких проблем с конкуренцией на рынке труда у них нет, но при этом они сохраняют и свою собственную культуру. А в это время десятки русских школ закрываются.

Другой пример. Почему-то никого не смущает, если во время Праздника песни или другого народного торжества президенты, политики или просто рядовые люди надевают национальный костюм. Никого не удивляет, что Вайра Вике-Фрейберга появляется в великолепном латышском наряде. Но попробуйте себе представить русского политика или руководителя русской общественной организации в косоворотке во время Крестного хода. И он постесняется, и над ним могут посмеяться. А что тут смешного?


Мы стыдимся, что мы русские? Это тоже пошло с советского времени. Если человек говорил — я латыш, литовец, это было нормально, ну, национальное меньшинство, простительно. А вот выпячивать, что ты русский — это уже национализм и шовинизм. И вообще — все мы советские. У местных староверов в ходу еще с довоенного времени, кстати, было это определение. «За кого дочка вышла замуж?» — «Да за советского...» Причем это не оскорбление, просто констатация принадлежности к общности. И вот теперь пожинаем плоды, обрывая собственные корни.

Но возвращаясь в судьбе боярыни Морозовой, можно задать и такой вопрос: а не лучше ли было подчиниться обстоятельствам и, как ее просили, поднять руку с тремя перстами? Вот в израильской армии, например, солдат инструктируют: если попал в плен, то рассказывай что знаешь, принимай мусульманство, если требуют. Потому что превыше всего — твоя жизнь, и ее надо спасти. Так, может, это правильно?

Евреи не раз в истории доказывали свою приверженность духовным ценностям. И сейчас они настолько уверены в себе, что могут позволить и такие хитрости — все равно останутся евреями и продолжат свой род. А вот нам, русским, еще предстоит доказать, чего мы стоим. И это зависит не только от государственных деятелей, но прежде всего — от каждого человека.

Светлана ГАРТОВАНОВА.