litceysel.ru
добавить свой файл
1 2
Повествование о святом праведном мученике Василии Мангазейском.


(память: 23 марта, 10 мая, 23 мая (Собор Ростово-Ярославских святых), 6 июня (местночтимый), 10 июня (Собор Сибирских святых) по старому стилю)

Дивен Бог во Святых Своих!

Празднование Собору Сибирских святых в Русской Православной церкви совершается 10 июня (23 июня по новому стилю). Установлен этот праздник был в 1984 году к празднованию 1000 – летия Крещения Руси по почину епископа омского Максима (Кроки) и по благословлению патриарха Московского и всея Руси Пимена на день памяти святителя Иоанна, митрополита Тобольского и всей Сибири Чудотворца. В этот день в 1984 году в Покровском храме города Тобольска было совершено первое богослужебное празднование, тогда же была освящена икона Собора Сибирских святых, написанная специально к этому празднику иконописцами мастерской Московской Патриархии.



Собор Сибирских святых

На написанной к празднику иконописцами мастерской Московской Патриархии иконе изображены святые подвижники веры и благочестия вошедшие в Собор Сибирских святых.

Сверху вниз слева направо они включают:

1-й ряд: блаженного Ионна Верхотурского (1701); блж. Домны, старицы Томской (1872); прп.Даниила Ачинского (1843); прав. отрока Петра Томского (1820); прав. Феодора Томского(1864); прп. Варлаама, пустынника Чикойского (1846).


2-й ряд: блж. Космы Верхотурского (1706); прп. Андрея, игумена Рафаиловского, Тобольского (1820); свт. Герасима, еп. Астраханского (1880); свт. Мелетия, еп. Рязанского(1900); прп. Макария, архим., миссионера Алтайского (1847); прав. Стефана Омского (1876); прп. Мисаила, иером. Абалацкого (1797).

3-й ряд: свт. Симеона, митр. Смоленского (1699); свт. Нектария, архиеп. Тобольского (1667); прп. Арефы, архим. Верхотурского (1903); прав. Симеона Верхотурского (1642); свт.Мелетия, архиеп. Харьковского (1840); прп. Германа Аляскинского (1837); мч. Василия Мангазейского (1602); свт. Варлаама, архиеп. Тобольского (1802); свт. Антония, митр. Тобольского (1740).

4-й ряд: свт. Филарета (в схиме Феодосия), митр. Киевского (1857); прп. Синесия, архим.(1787); свт. Софрония, еп. Иркутского (1771); свт. Димитрия, митр. Ростоского (1709); свт.Иоанна, мит р. Тобольского и всея Сибири чудотворца (1715); свт. Иннокентия, митр. Московского (1879); свт. Павла, митр. Тобольского (1770); свт. Иннокентия, еп. Ир кутского(1731); свт. Филофея (в схиме Феодора), митр. Тоболь ского (1727).



Божьим промыслом, за прошедшие 400 лет, более тридцати сибирских подвижников веры и благочестия были причислены к Собору Сибирских святых. Это своеобразная оценка вклада Русской Православной церкви в дело освоения бесконечных сибирских просторов. И первым из них был святой мученик Василий Мангазейский. А последним из причисленных к лику святых в Сибирском Соборе в период царской России был Митрополит Тобольский и всея Сибири Иоанн (Максимович). Он был канонизирован 10/23 июня 1916 года. Тогда на всеподданнейшем докладе Святейшего Синода о причислении Святителя Иоанна к лику угодников Божьих и о признании честных его останков святыми мощами Николай II собственноручно написал: «Приемлю предложение Святейшего Синода с умилением и тем большим чувством радости, что верю в предстательство Святителя Иоанна Максимовича, в эту годину испытаний, за Русь православную».

Земной путь каждого из Сибирских святых достоин особого прославления, но к сожалению история их жизни и жертвенного служения церкви пока еще не нашла должного освещения в светских изданиях и публикациях. Малоизвестна большинству из людей ныне живущих на Обском Севере и история мученической смерти и последующего прославления Василия Мангазейского и этот короткий рассказ попытка восполнить этот пробел.


1. Введение

Освоение русскими людьми юга Сибири ведет свой отчет с похода в 1582 году казачьей дружины под предводительством атамана Ермака Тимофеевича. До этого времени сибирская земля была под полной властью потомков монголо-татар. Но почти на полвека ранее началось активное освоение Западной и Восточной Сибири по северному пути. Доподлинно известно, что поморы * занимавшиеся пушным промыслом и торговлей мехами, еще в середине XVI века были хорошо знакомы с районами рек Обь, Пур, Таз, и даже низовьями Енисея. Влекли первопроходцев на далекий и необжитый в те годы Обской Север немыслимые богатства этого края: мягкая рухлядь – пушнина, мамонтовая и моржовая кость. История северного освоения Сибири по ряду причин мало изучена, но по своему экономическому значению этот великий северный торговый путь, проложенный русскими промышленниками и казаками, вполне сравним с Великим шелковым путем. Только везли по нему не шелк и пряности, а «мягкую рухлядь» (пушнину), мамонтовую и моржовую кость и другие бесчисленные богатства Сибири. И история открытия и освоения севера Сибири для развития цивилизации не менее значима, чем путешествия в далекие восточные страны.


А проникали промышленники и купцы в Обскую и Тазовскую губы двумя путями – морским и сухопутным. Морским, на специально приспособленных к плаванию в полярных водах лодках – кочах**. Морской ход в Обскую губу шел вдоль побережья Северного Ледовитого океана к западному побережью полуострова Ямал, затем вверх по рекам Муртыяха (Мордыяха) и Сеяха (Мутная) до водораздельных озер Нейто, далее полтора километра волоком в озеро Ямбуто и вниз по реке Сеяхе (Зеленая) в Обскую и Тазовскую губы и на реки Пур и Таз. При ранней весне и благоприятных ледовых условиях, поморы пользовались и прямой морской дорогой, огибая с севера полуостров Ямал. Второй путь шел через полярный Урал в устье реки Объ и далее шел водой через Обскую и Тазовскую губы.


* Поморы – русское население современной Архангельской области, потомки новгородцев. В поисках богатых промыслов уже в XIV – XV веках ими был освоен «морской ход» в устье Оби и в Мангазею.

** Коч – уникальное русское полярное судно, созданное поморами, жившими на берегу Белого моря. Особенности конструкции этого судна делали его максимально приспособленным к плаваниям в ледовой обстановке. Русский коч один из символов освоения Северного морского пути.


Впоследствии уже в конце XVI и в начале XVII веков для более успешного и планомерного освоения северных территорий на Обском Севере были построены опорные городки-крепости Березов (основан в 1593 году), Обдорск (основан в 1595 году), и Мангазея (основан в 1601 году).

Мангазея была первым русским городом, построенным в те годы за Полярным кругом и в Восточной Сибири. Основан он был в 1601 году на правом высоком берегу реки Таз, в 300 километрах от Тазовской губы Карского моря.




По одной из версий название этому городу дало самоназвание одного из родов предков современных энцев, проживавших по среднему течению Таза в XVI веке и имевших самоназвание monkansi.


Свою местность они называли "Monkansi ja", что, собственно, и означает «земля монканси». Возможно, отсюда и пошло русское слово "Мангазея".

Но есть и другая версия: «магазеями» или «мангазеями» в старину на Руси называли большие амбары, общественные продовольственные склады. И эта версия имеет право на существование, ведь доподлинно известно, что еще до образования города Мангазеи здесь стояли такие амбары, возведенные русскими поморами, ходившими сюда из Двины, Мезени и Печеры.

Выжить в те годы в суровом полярном краю без божьей помощи было просто невозможно. И всякий раз с момента закладки нового города одним из первых строений после возведения оборонительных сооружений было строительство храма.

По словам известного исследователя Сибири П.А. Словцова, общим и обязательным правилом, для всех первых русских переселенцев прибывшим в Сибирь было следующее: «где зимовье ясачное, там и крест, или впоследствии – часовня; где водворение крепостное, там церковь и пушка, а где город, там снаряд огнестрельный и монастырь, кроме церкви». Схожесть освоения всех северных территорий в те годы была в одном – через определенное расстояние в удобных местах строились городки–крепости, и, обжив данные земли, первопроходцы двигались дальше. Так было и с основанием Мангазеи. Как уже говорилось, основан этот город был весной 1601 года посланным годом ранее на реку Таз отрядом тобольских казаков во главе с первыми мангазейскими воеводами князем Мироном Шаховским и дьяком Дмитрием Хрипуновым. Через год названных воевод сменили князь Василий Мосальский и боярин Савлук Пушкин.

Первый поход казаков на Таз был трудным и драматичным. Отряд состоял из ста тобольских казаков, к которым впоследствии присоединились пятьдесят березовских казаков. В Обской губе часть каравана, состоящего из пяти кочей и пяти малых судов-коломенок, попало в шторм и потерпело крушение, большая часть припасов затонула. Наступила зима и дальше казаки продолжили свой маршрут уже на лыжах. В устье Пура обессиленный отряд подвергся дерзкому нападению воинственных мангазейских самоедов, и часть казаков погибла. Но, несмотря ни на какие трудности, казаки продолжили свой путь, и в трехстах километрах от устья Таза Мирон Шаховской заприметил на его правом берегу брошенное поселение поморов и решил основать здесь острог. Было это уже весной 1601 года. Впоследствии казаки были в Мангазее «годовальщиками» – так назвали тобольских и березовских казаков, которые прибывали на службу в этот город на один-два года. При этом они не только охраняли город от нападений воинственных местных жителей и помогали мангазейским воеводам собирать ясак с местных жителей, но и систематически уходили дальше на восток, открывать новые земли в русле реки Енисей. В те годы освоение Енисейского края шло по северному пути. И уже в первое десятилетие существования Мангазеи ясаком были обложены туруханская и енисейская самоядь (долганы, кеты, селькупы). А примерно с 1630 года походы обдорских и мангазейских казаков в устье Лены и дальше на Таймыр были обычным делом.


Выбранное место для будущего города оказалось очень удобным для торговли пушниной и население его быстро росло. В 1608 году царь Василий Шуйский объявил Мангазею городом. К этому времени здесь уже имелись крепость-кремль с крепостной стеной, посад, три церкви, гостиный двор, государевы житницы. Все постройки стояли на вечной мерзлоте, их фундаменты укреплялись на слое замороженной строительной щепы. Под фундамент подкладывались листы бересты, тогда грунтовая вода не проходила в подвалы зданий и не разрушала замороженного слоя. В городе было около 100 жилых домов (7 улиц), население его составляло более чем 1500 человек. Пять башен венчали крепостные стены кремля: одна проезжая - Спасская башня, остальные четыре глухие - Успенская, Зубцовская, Ратиловская и Давыдовская. С любой башни открывался вид на окрестности и на окружавшие город речки - Ратиловку и Осетровку (Мангазейку). Взять такой мощный кремль было практически невозможно. Мангазея в те времена считалась красивейшим городом русского Севера. В сказаниях о ней говорится, что купола её церквей были покрыты червлёным золотом, и звали город златокипящим. В центре крепости-кремля стояла пятиглавая соборная церковь Троицы. Она была освящена в 1603 году. На посаде в торгово-ремесленной части города, которая располагалась вне стен кремля, среди приземистых домов выделялись золоченые купола двух других церквей, освященных в честь Успения Богородицы и поморских чудотворцев Михаила Малеина и Макария Желтоводского*. В трапезной церкви Успения Богородицы помещалась канцелярия мангазейской мирской общины и хранилась общинная казна. Эти деньги шли на нужды церквей, а также на снаряжение экспедиций служивых людей в ясачные зимовья, на ремонт съезжей избы и на «кормление воевод».

Золотые купола всех церквей было видно с большого расстояния, и каждый подъезжающий к городу после многомесячного пути уже издали мог любоваться красотой мангазейских храмов. Это был настоящий праздник для души православного человека. Из-за нехватки строительных материалов в период массовой застройки города, очень часто использовались доски от разобранных лодок – кочей, но, тем не менее, все современники отмечали не только размеры, но и архитектуру кремля и церквей **.


В первой трети XVII века Мангазея была действительно "златокипящей", если под золотом понимать драгоценные шкурки соболей, лисиц и бобров. Каждый год ранней осенью десятки частных кочей бросали якорь у Мангазеи, и шумный промысловый люд (около 1,5 тыс. человек) оставался зимовать в городе. Весной расходились по промыслам, которые все дальше и дальше отодвигались на восток. Большинство промышленников уже не оставались в тазовских районах, а на мелких судах волоком переходили на реку Турухан, где с 1607 года вырастал соперник Мангазеи - Туруханское зимовье. Отсюда пути сибирских «зверобоев» лежали на правые притоки Енисея - Нижнюю и Подкаменную Тунгуски.

Но вся жизнь Мангазеи уложилась в сроки человеческой жизни, и судьба ее была такой же скорой на взлеты и падения. В 1619 году московское правительство официально запретило Мангазейский морской ход из Приморья в Обскую губу через Ямал, аргументируя свое решение тем, что иностранцы тайно приплывают по северным морям и рекам в Мангазею и скупают там беспошлинно главный торговый продукт страны - пушнину. Дорога в Сибирь была определена сухопутная - через город Березов (основан в 1593 году) и Обдорск (основан в 1595 году). Но Мангазея еще какое-то время не сдавала свои экономические позиции в крае. В 1645 – 1705 годы на всём севере - от Гренландии до Чукотки - изменились климатические условия, стало значительно холоднее. Сумма современных знаний уже не оставляет места для сомнений в реальном существовании малого ледникового периода - это было глобальное понижение температуры, которое наблюдалось во всей Европе, в Северной Америке и Гренландии во время маундеровского минимума солнечной активности в указанные годы. В Голландии тогда замерзли все каналы, а в Гренландии (как и на русском севере) вследствие наступления ледников люди были вынуждены оставить часть поселений. Это, а также то, что охота на пушного зверя велась мангазейцами варварски, стало причиной того, что через несколько десятков лет соболь ушел в восточную тайгу.


* Макарий Желтоводский и Унженский. Преподобный (1349-25.07.1444), родом из Нижнего Новгорода. В двенадцать лет тайно оставил дом родителей и принял монашеский постриг в Вознесенском Печерском монастыре. Основатель обители во имя Святой Троицы, называемой Желтоводской (Троицкий Макарьев Желтоводский монастырь в Нижегородских землях). После разорения обители в 1439 году казанскими татарами прп. Макарий с братией и многими жителями той местности переселился в окрестности города Галич в Костромских землях. Переселившись на р. Унжу, прп. Макарий основал Унженскую обитель (Унженский Макарьев Троицкий монастырь), в которой и скончался в глубокой старости. Память прп. Макария отмечается 25 июля/7 августа.

Михаил Малеин. Преподобный (ск. 962 году). Игумен Кименской обители на Афоне. Память отмечается 12/25 июля.

** Во многих в источниках указывается, что в Мангазее, в период её рассвета, было около 500 домов. На самом же деле в первом русском городе за Полярным кругом было не более 60 – 100 домов. Но почти все они были большие и многокомнатные, как бараки и в каждой из комнат этих домов жило до десяти человек. Из-за плотной застройки пожары несколько раз почти полностью уничтожали весь город. Подтверждением сказанному служат и раскопки, проведенные на месте древнего городища.

А это уже была катастрофа. Да и южный более «хлебный» и безопасный путь освоения Восточной Сибири был более предпочтителен. Изменение стратегического направления дороги в Восточную Сибирь и сокращение добычи соболя стали основными причинами сокращения русского населения на восточных землях Обского Севера. С тех пор вплоть до советского времени попыток строить города на севере Сибири не предпринималось.

В 1642 году в Мангазее был сильный пожар. Вновь отстроить прежний город у мангазейцев уже не было ни сил, ни средств. Почти сразу же после пожара близ местной церкви Святой Троицы вышел сам собой из земли гроб. Пытались его убрать, но ничего не получилось - он не сдвигался с места и не поддавался топору. Архиепископ Сибирский и Тобольский Симеон направил в Мангазею для следствия диакона Богоявленской церкви города Тобольска Ивана Семенова. Гроб вскрыли. Там оказались останки 15-16 - летнего юноши Василия Федорова.* Так состоялось одно из важнейших событий не только в жизни Мангазеи, но всей Сибири – произошло обретение мощей первого сибирского святого Василия Мангазейского.



2. История прославления Василия Мангазейского




Святой праведник Василий Мангазейский. Икона. XX в.


Первый прославленный на Сибирской земле святой Василий Мангазейский принял мученическую кончину 23 марта 1602 года и с середины XVII столетия благоговейно почитается за множество чудесных проявлений своей святости - в помощи недужным, скорбящим и бедствующим, прибегающим к его ходатайству перед Богом. О начале жизненного пути Василия известно немногое. Родился он в городе Ярославле примерно в 1583 году в семье небогатого торговца. Его отца звали Федор, был он человеком очень благочестивым и своего сына воспитал в том же духе. Ещё в раннем возрасте отец отдал сына в услужение богатому ярославскому купцу, имя которого не сохранилось в истории.

Отправляясь по торговым делам на далекий север, купец взял с собой и Василия. Известно, что в Мангазею он прибыл в начале XVII века в составе второго похода служивых людей. Этой экспедицией руководили князь Василий Мосальский и боярин Савлук Пушкин. По прибытии в Мангазею молодой человек, отличавшийся от других приказчиков расторопностью и честностью, стал работать в одной из торговых лавок купца, который лют был до крайности. И словно желая смягчить лютость своего хозяина, Василий помогал бедным людям, чем мог, в тяжёлые дни от себя корку отрывал, отдавая последнее страждущим. Кротость и смирение украшали отрока, а сердце его было исполнено искренней веры в Бога и нелицемерного благочестия, он не пропускал ни одного богослужения. Любовь к молитве заставляла его во время совершения службы оставлять житейские дела и молиться в храме.

* В некоторых источниках дается другая фамилия Василия – Отрыганьев. Возможно, из-за неблагозвучия она впоследствии была заменена на фамилию Федоров, образованную от имени его отца.



Как свидетельствует церковное предание, однажды во время празднования Пасхи, когда Василий молился на заутреней службе, воры разграбили лавку его хозяина. И, несмотря на то, что хозяин несколько раз звал Василия, он остался в храме до конца богослужения. Купец, видя, что приказчик не явился к нему по первому зову, заподозрил его в пособничестве ворам, обокравшим его. Скорый на расправу, он обвинил в краже Василия и представил его для разбирательства воеводе Савлуку Пушкину.

В съезжей избе молодого человека подвергли пыткам и истязаниям, требуя сознаться в воровстве, но несчастному юноше не в чем было признаваться, и чтобы добиться скорого признания, его вздернули на дыбу, заломив связанные руки назад и пригнув голову к спине, но мучимый молчал. В ожесточении купец ударил Василия в висок тяжелой связкой амбарных ключей. Страдалец сразу сник и смолк. Для предотвращения молвы и боясь наказания, тело несчастного положили в наскоро сколоченный гроб и зарыли без христианского погребения, близ съезжей избы, где совершалось истязание. Для пущей сохранности поверх места захоронения положили настил из досок, по которому шла дорога в съезжую избу.

Но, спустя десятилетия над этим местом стали совершаться знамения. В 1642 году наступило необычно теплое для северных широт лето. Грандиозный пожар уничтожил почти весь город. Это был не первый, но самый разрушительный пожар в Мангазее, после которого, стены и башни города уже заново не отстраивались. Лишь вновь была сооружена из кедрового леса шатровая Троицкая церковь. От долгой летней жары и последствий продолжительного пожара вечная мерзлота, на которой стоял город, начала таять, почва пришла в движение. И однажды утром жители Мангазеи увидели необычное зрелище – гроб, переломив вымостку из досок под которыми он был закопан, вышел на поверхность. Первым обнаружил гроб святого житель Мангазеи Степан Ширяев, и поначалу жители города не знали, кто почивает в явившейся гробнице. Но, для её сохранения от зверей, сразу же был сделан земляной вал и ограждение.


Сохранившиеся архивные документы свидетельствуют о том, что уже в первые годы после явления гробницы, все обращавшиеся к божьему угоднику получали благодатную помощь и исцеления. Матери молились ему о здоровье своих детей, путники - об избавлении от неминуемой гибели, от потопа. И получали просимое. Охотники обещали ему соболей в случае удачной охоты. Но чаще всего обращались к нему люди, страдавшие различными болезнями. Ожидавшие от святого благодатной помощи, также как и получившие эту помощь, шли по обету к мощам мученика и там служили панихиды, молебствовали и приносили посильные дары. В 1652 году стрелец Тимофей Сеченов устроил над местом погребения блаженного Василия часовню.

В начале 1653 года мангазейскому охотнику Григорию Каротаеву через видение открылось и имя чудотворца. Однако, опасаясь, что ему как человеку бедному не поверят, Каротаев сразу не решился рассказать о своем видении. Свое имя праведный Василий открывал и другим благочестивым людям, например, приехавшему из Москвы дворовому человеку Иоанну. И все это только усиливало веру в покровительство и заступничество мученика над мангазейцами перед Богом. В августе 1659 г. по благословению Тобольского архиепископа Симеона в Мангазею для производства досмотра мощей прибыл диакон Богоявленской церкви города Тобольска Иван Семенов. Вместе с ним свидетельствование производили мангазейский священник Димитрий, воевода С.В. Ларионов и священник Крестовой церкви воеводы Лука Григорьев. Приготовившись к досмотру недельным постом, в назначенный день они произвели освидетельствование мощей праведного Василия, и с тех пор почитание его как истинного угодника Божия распространилось по всей Сибири. Так по воле Божьей он стал первым местночтимым сибирским святым.

Так по воле Божьей в середине XVII века земля сибирская просияла первыми святыми! Местные святые имели особое значение для каждого человека, живущего в суровом сибирском краю, так как канонизированный праведник ранее был его земляком, что создавало кровную близость. Появление местных святых в новых землях становилось для переселенцев обретением духовной родины. В 1642 году, в год обретения мощей первого сибирского святого Василия Мангазейского, скончался Симеон Верхотурский, признанный праведным ещё при жизни. А в 1697 году скончался старец Долмат, почитающийся как местный святой. Им на берегу реки Исети был основан монастырь, носящий его имя – один из самых южных сибирских монастырей. С этого времени Сибирь становится не просто русской территорией, на неё распространилось Божье благословение.


С глубоким почитанием к святому Василию относились жители всего западносибирского Севера. На месте старой Мангазеи в часовне, где до 1670 года почивали мощи святого, во всякое время года можно было видеть звериные шкуры. «Это приношение бродящих вблизи юраков Тазовской орды и других инородцев, случайно заходящих в эту глушь, - писал путешественник Н. Костров. - Они свято чтут память Василия и, отправляясь на лов зверей или после удачной охоты, всегда приходят к часовне и оставляют в ней какую-нибудь шкуру. Русские жители ближайшего селения Тазовского считают святотатством взять оттуда что-нибудь. В часовне находятся несколько образов».

Обретение мощей святого Василия Мангазейского совпало с упадком экономического значения Мангазеи. Охотники–промысловики и купцы все дальше уходили на восток. Центр освоения северо-восточной Сибири переместился в город Туруханск. В первые годы этот городок называли Новая Мангазея. Расцвет Мангазеи был связан с использованием для торговли арктического мореплавания. Но в 1619 г. морской путь в Мангазею был закрыт, якобы для предотвращения проникновения в Сибирь иностранцев. С резким уменьшением объема торговли и после опустошительных пожаров город пришел в запустение. В 1670 году устроитель Троицкого Туруханского монастыря иеромонах Тихон после бывшего ему видения совершил перенесение мощей святого Василия из Мангазеи в свою обитель*. Василий Мангазейский дважды во сне обращался отцу Тихону с этой просьбой и тогда отец Тихон не дожидаясь благословления тобольского владыки сам отправился на реку Таз в Мангазею. Иеромонах Тихон в те годы был уже пожилым человеком, путь был не близок и труден, но он без устали преодолел все расстояние от Мангазеи в Туруханск. Причем, когда переносил святые мощи праведного Василия, среди зимы, среди глубоких снегов везде он видел зеленеющую траву и благоуханные летние цветы. В пути происходило множество чудес: находились олени и птицы, и неведомые проводники, и знаки указывали монаху дорогу, его олени летели без устали с фантастической скоростью и незримая божественная сила его кормила и согревала в пути. Вернувшись в Туруханск, отец Тихон поместил мощи во вновь отстроенной церкви и с тех пор история Туруханского монастыря неразрывно связана с именем Мангазейского чудотворца. Через два года после перенесения мощей святого Василия Мангазею покинули последние жители, и город прекратил свое существование. В июле 1672 года, когда последнее русское население вслед за мощами святого Василия покинуло когда-то «золотокипящую» со «златогорящими» куполами церквей Мангазею в бассейне реки Таз практически не осталось постоянных городков, соответственно уменьшилась и христианизация коренного населения Надым–Тазовского междуречья. Конечно, путь, проложенный в начале XVII века в северную часть Восточной Сибири, не прекратил совсем своего существования. Енисейский волок, соединяющий Обский Север через реку Таз с Енисейским краем, продолжал существовать еще долгие годы и даже технически совершенствовался.


* Во многих исторических документах указывается, что в Туруханск (Новую Мангазею) была перенесена только часть святых мощей (таз и череп). Возможно, остальные части мощей остались при часовне Василия Мангазейского на Тазу. И если это так, то это место достойно особого поклонения. Как, к примеру, «Ганина яма» - место захоронения царской семьи после её расстрела в г. Екатеринбурге.

На реку Пур и её притоки регулярно наведывались сборщики ясака. Но это были краткосрочные посещения этих земель торговыми и служивыми людьми, постоянных городков с церквями и часовнями они не строили и активным вовлечением коренного населения в православие не занимались. Но при этом все эти долгие годы среди бескрайней тайги и болот, как маленький огонек неугасимой свечи, сохранялась и освещала все вокруг часовня Василия Мангазейского, построенная на месте обретения мощей святого угодника. Это было хоть маленькое, но представительство православия в далеком необжитом краю, одно на сотни километров вокруг. Охотники–промысловики, коренные жители и просто путешественники проезжая мимо древней Мангазеи** обязательно посещали часовню Василия Мангазейского для того, чтобы обратиться к нему за помощью или просто поклониться и поблагодарить за покровительство. Ненцы, энцы, эвенки, кеты и селькупы в знак благодарности за помощь оставляли в часовне шкурки добытых зверей. Место расположения древней Мангазеи ненцы называют тахаравы-харад - «разрушенный город». Последнее упоминание о существовании часовни первого сибирского святого относится уже к началу XX века. В 1914 году на месте Мангазеи с археологическими раскопками побывал омский краевед И.Н. Шухов. Он составил описание развалин города и попытался произвести раскопки. Но сделать это помешала вечная мерзлота. В своем отчете, изданном в 1915 году, он опубликовал фотографии часовни и иконы Василия Мангазейского находящейся внутри. Первая советская археологическая экспедиция побывала на месте славного города в 1927 году. Наиболее полно остатки Мангазеи были обследованы в 1946 году экспедицией В.Н. Чернецова и В.И. Мошинской. Они произвели рекогносцировочные исследования – составили план памятника, собрали первую коллекцию находок. Затем в 1968–1972 гг. на месте древней Мангазеи проводились большие археологические работы под руководством профессора М.И. Белова, во время которых, в частности, были найдены остатки часовни, где до 1670 года находились мощи святого Василия.



Вклад митрополита Филофея Лещинского в дело прославления

Василия Мангазейского.




Аналойная икона "Василий Великий и Василий Мангазейский".
Располагалась у гроба Василия Мангазейского

в Свято-Троицком Туруханском монастыре.

В 1703 году митрополит Сибирский и Тобольский Филофей Лещинский, недавно вступивший на епископскую кафедру, на себе испытал чудесное действие молитв новоявленного страстотерпца и решил перенести мощи Василия Мангазейского из Туруханска в Тобольск. В декабре 1702 года в Петербург им было направлено письмо с просьбой о высочайшем на то разрешении.

Но в связи с экономическими трудностями, сложившимися в этот период в Российском государстве, император Петр I наложил на это прошение запрет и в Тобольск из столицы пришел ответ: «Святых мощей из Туруханского монастыря не переносить».

Летом 1719 года митрополит Филофей Лещинский совершая миссионерское путешествие по Енисейскому Северу, прибыл в Туруханск. К тому времени Троицкий монастырь, где находились мощи Святого Василия благоволением Божьим окреп и его влияние распространилось по всей Сибири. Поклониться святым мощам и попросить заступничества у святого мученика Василия чудотворца в монастырь шли люди со всей Сибири и Дальнего Востока. При этом сами мощи блаженного Василия находились в старой и тесной церкви во Имя Пресвятой Троицы. Святитель Филофей перенес их с пением и чтением псалмов в новую просторную церковь в честь Благовещения Пресвятой Богородицы, построенную при архимандрите Данииле. На западной стороне храма был поставлен образ святого Василия, против раки с его мощами. Готовясь к этому событию, братия монастыря целую седмицу постилась, молилась и исповедовалась, а после перенесения мощей митрополит Филофей совершил Божественную литургию. С того времени день перенесения мощей в новую церковь стал праздничным для Туруханской обители во Имя Пресвятой Троицы. Святитель Филофей произвел также освидетельствование святым мощам и написал в похвалу мученику Василию канон. тогда же появилась и "Повесть о блаженном страстотерпце Василии". К концу первой трети XVIII столетия были написаны три службы и несколько поучений на дни памяти праведного Василия. Все го же за годы правления митрополита Филофея было составлено несколько списков Жития святого Василия и три Службы. В результате деятельности святителя Филофея, праведный отрок стал известен далеко за пределами Сибири. Императрица. Анна Иоанновна прислала в дар Туруханскому монастырюрю серебряное богослужебное Евангелие, на верхней крышке которогорого находилось изображение Василия Мангазейского с крестом в руке и надписью: «Мученик Василий Мангазейский».


Но недолго суждено было мощам лежать в покое. Преемник Филофея, митрополит Антоний (Стаховский), распорядился честные останки Василия сокрыть в земле, где они пролежали более шестидесяти лет. Над местом захоронения была возведена часовня. И лишь Божьим милосердием к почитателям памяти святого Василия гроб с его останками через сто сорок лет снова был явлен миру теперь уже в Новой Мангазее. Новая могила мученика и часовня над ней располагались на холме у обрыва, и в 1788 году земля с обрыва стала осыпаться и перед очами православного люда предстал гроб Мангазейского чудотворца. Игумен Троицкого монастыря Михаил перенес гроб во вновь отстроенную каменную церковь в честь Благовещения Пресвятой Богородицы.

В конце XVIII века снова возникли препятствия к почитанию святого. Преодолеть их смогла лишь сила любви к праведному Василию. Божьим попущением в конце 1802 года Туруханск поразила страшная эпидемия горячки. Причину Божьего гнева туруханцы увидели в том, что мощи святого Василия были заново сокрыты, службы в его честь прекращены, а иконы мученика вынесены из храма. И возроптал народ. Волнение приобрело такой размах, что потребовалось вмешательство томского губернатора. Весть о событиях в Сибири докатилась и до столицы, до Святейшего Синода, и решено было «оставить почитание в прежнем виде».

Мощи святого Василия до начала XX века почивали под спудом в Троицком Туруханском монастыре. К сожалению, железная пята революции прошлась весьма жестоко, невзирая на удаленность от центра, по Туруханскому краю, в первую очередь, разрушив в нем храм и монастырь. Во время революции мощи из монастыря вместе со многими его реликвиями и раритетами бесследно исчезли, а об их нахождении ходили самые противоречивые слухи. Местные жители считали, что во время революции раку с мощами привязали к хвосту лошади и, погоняя ее, разметали их по дорогам. Другие утверждали, что видели их в милицейском управлении. Было также известие, которое восходило к святителю Войно-Ясенецкому*, отбывавшему здесь ссылку в 1920-х годах. Святитель-врач утверждал, что видел раку с мощами, стоявшую на санках эвенка возле храма, но куда они потом делись, ему было сие неведомо. Однако многие местные жители верили, что по научению Божьему этот самый эвенк спрятал мощи где-то в лесу, и с тех пор о судьбе мощей более ничего неизвестно. Однако во славу Божью в 1997 году останки вновь были обретены в монастыре. При раскопках (восстановлении) в храме нашли часть утвари и порубленную раку, церковное облачение и, наконец, были найдены святые мощи, перемешанные с землей. В природе в это время стали происходить дивные явления. В небе над Енисеем возникло три радуги с необычайно ярким сиянием; облачное до этого небо очень быстро очистилось, и на востоке появилось удивительное, невиданное до сих пор, зарево. Так мощи святого Василия Мангазейского по воле Божьей были обретены вновь, теперь уже в третий раз. С соблюдением всех канонов православной церкви они были поставлены в раке под сенями в главном храме и к ним начали приходить паломники.


Судя по письмам паломников, от мощей происходит множество чудотворений. Церковное предание, исторические хроники и официальные акты хранят память о Мангазейском чудотворце и его заступничестве с начала XVII века и до наших дней. Но самым ярким подтверждением непрекращающейся любви к нему является живая память о нем в народе. Особенно благоговейно почитают его православные Сибири. На месте первой могилы святого Василия в Мангазее, где некогда стояла часовня над возникшим из земли гробом, в прежние времена можно было видеть звериные шкуры, принесенные благодарными охотниками. Коренные народности Енисейского и Обского Севера и сейчас почитают святого Василия Мангазейского как великого угодника Божьего и обращаются к нему с молитвой.

На том месте, где некогда стояла Мангазея, в XVIII веке было основано Тазовское ясачное зимовье. В 60-х годах этого же века над местом обретения мощей святого Василия Мангазейского в очередной раз была отстроена часовня, освященная в его честь.

Сюда за помощью святому Василию Мангазейскому приходили промысловики и коренные жители со всей округи. Часовня просуществовала более ста пятидесяти лет. Её описание и фотография были опубликованы в 1915 году в отчетах омского краеведа И.Н. Шухова, который посетил эти места в 1914 году. Примечательно, что долгое время рядом с часовней Василия Мангазейского находился «казенный хлебный запасный магазин» - так в прошлые времена называли склад с государственным резервом хлеба на случай голода среди коренных жителей. Остатки часовни просуществовали до 30-х годов прошлого века. По воспоминаниям стариков селькупов в последние годы существования часовни от неё остались только три обвалившиеся стены, иконы и колокол.

По мнению большинства исследователей жития Василия Мангазейского автором первой иконы с изображением святого Василия был, иконописец Тобольского архиерейского дома Лукъян Филиппов, написавший ее в 1687 году по обету, в благодарность за спасение во время метели, "расспросив в бытность в Туруханске о наружности чтимого там страдальца". Образ был поставлен над гробом чудотворца. На святых иконах праведный Василий обычно изображается таким, каким его видели благочестивые почитатели его святой памяти: «Лицем млада, мала возрастом», «образом священнолепна, очи имуща светлы, взирающе прелюбезне, власы же главы его русы».



*Архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий) известный хирург 50-60-х годов прошлого века, лауреат Сталинской премии. Прошел сталинские лагеря и Великую Отечественную войну. Память 11 июня. Родился 27 апреля 1877 году. Отбывал ссылку сначала в Туруханске затем в заполярном поселке Плахино. Представился 11 июня 1961 года. В этот день РПЦ праздновала память всех святых, в земле российской просиявших. В августе 2000 года на юбилейном Архирейском Соборе РПЦ архиепископ Симферопольский Лука был причислен к лику святых новомученников и исповедников Российских для общецерковного почитания.


Иконы Василия Мангазейского




Святой праведник Василий Мангазейский.


На некоторых иконах святого Василия изображается Троицкий Туруханский монастырь, а над ним на горе молящийся Василий - в одной рубашке и без обуви. В более ранних источниках встречается описание иконы, на которой представлено истязание его при купце и воеводе. К, сожалению, в настоящее время иконы Мангазейского праведника являются большой редкостью. Известны изображения Василия Мангазейского во Владимирском соборе Киева, в храмах Новгорода, Красноярска и Москвы. В московском храме Воскресения Словущего хранится Абалакская икона Божьей Матери с предстоящими праведным Симеоном Верхотурским, святым. Николаем Мирликийским, преподобной Марией Египетской и Василием Мангазейским. Праведный отрок изображен также на иконе Собора Сибирских святых, написанной к первому празднованию Собора в 1984 году.


Современное почитание Святого Василия Мангазейского.

Примечательно, что в настоящее время имя святого Василия Мангазейского все чаще слышится в православных храмах Сибири. На отпустах и в молитве «Спаси, Боже, люди Твоя» его имя поминается вместе с другими святыми Сибирской земли. Верующие люди обращаются к праведному Василию со своими молитвами и получают от него благодатную помощь. Во многих храмах по просьбе прихожан устанавливают иконы Василия Мангазейского. Икона "Святой Василий Мангазейский и святой мученик Петр Крутицкий" одна из самых почитаемых в храме Апостола Иоанна Богослова заполярного вахтового поселка Ямбург. Данный храм был освящен 14 августа 2001 года Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Алексием II в со служении архиепископа Тобольского и Тюменского Димитрия.


При приходе во имя Святителя Николая сибирского города Ишима уже несколько лет действует Церковно-приходская школа имени святого Василия Мангазейского.

04 ноября 2009 года в день почитания Казанской иконы Божьей матери в правом приделе Свято-Никольского Храма города Тарко-Сале повесили икону Василия Мангазейского и с этого времени не угасают возле неё свечи, поставленные благодарными верующими.




Храм во имя святого мученика Василия Мангазейского в с Красноселькуп.


Общеизвестно почитания Василя Мангазейского всеми полярниками, работающими в высоких широтах. В его честь освещаются родники и часовни. А в непосредственной близости от древнего города Мангазеи в районном центре Красноселькупского района поселке Красноселькуп 17 сентября 2004 года архиепископ Тобольский и Тюменский Димитрий освятил православный храм в честь святого Василия Мангазейского. Это был самый большой и самым значимый дар всем жителям Красноселькупа к 60 – летнему юбилею Красноселькупского района. В середине августа 2009 года состоялась поездка архиепископа Тобольского и Тюменского Димитрия на реку Таз к месту расположения в XVII веке легендарного города Мангазея. В этой поездке Владыку сопровождали благочинный Ноябрьского благочиния иерей Роман Маркелов, настоятель Новоуренгойского храма иерей Олег Нелин и миссионерская группа семинаристов во главе с заведующим регентским отделением, регентом хора Тобольской православной Духовной Семинарии протоиереем Игорем Хмелевым. Основной цель поездки было совершение молебна на месте явления святых мощей первого сибирского святого мученика Василия Мангазейского.

На месте древней Мангазеи планируется построить часовню в честь первого сибирского святого.



следующая страница >>