litceysel.ru
добавить свой файл
1
Н.А. БУРМАКИНА


КГПУ им. В.П. Астафьева, г. Красноярск


ЯЗЫКОВОЕ ВЫРАЖЕНИЕ ОБРАЗОВ МИРОВОЙ КУЛЬТУРЫ В ХУДОЖЕСТВЕННЫХ СОЧИНЕНИЯХ

А.П. СТЕПАНОВА


Культура представляет собой феномен, в котором личность находит своё яркое выражение. Система приоритетов, ценностей личности формируется именно под влиянием культуры. Образы культуры, продукты деятельности общества входят в ментальный мир личности. Даже неактивная творческая натура может сама входить в культуру, а в некоторых случаях и влиять на неё [Степанов 1997 : 40]. Безусловно, накопленные в обществе культурные ценности определяют мировоззрение личности [Маслова 2004 : 8].

Пространство культуры может быть реализовано благодаря такому феномену, как язык. Несомненно, коллективная память культуры посредством языка проявляет себя в тексте. В этом смысле, по Ю.М. Лотману, значим текст письменный, неоднократно воспроизведённый, не ситуативный: «Всё записанное получает особую культурную значимость, превращаясь в текст» [Лотман 1992 : 284.]. Через текст как результат познания действительности личностью передаётся индивидуальный и коллективный опыт. Этот опыт может стать ценностью для всего человечества. Безусловной ценностью человечества являются результаты творческой деятельности греко-римской цивилизации и христианской культуры.

Енисейского губернатора А.П. Степанова как цивилизованного человека XIX века питала мировая европейская культура, которую взрастила греческая цивилизация. Для подтверждения этой мысли обратимся к авторитету Андре Боннара. Исследователь заметил, что «именно этот примитивный, легковерный и жестокий народ изобрёл одновременно и как бы в едином порыве… <…> изобрёл цивилизацию – нашу с вами цивилизацию» [Боннар 1994 : 27]. Ср.: в «Путешествии в Кяхту из Красноярска» А.П.Степанов сравнивает образы бурятской веры с культурой греков: …Шиге-муни (основатель веры бурят) имел дело с народом грубым, как Орфей с греками… (С. 93-94).


Поскольку культура «включает в себя ориентацию на идеал, формируемый средствами литературы, искусства» [Маслова 2004 : 8], то для А.П. Степанова как представителя элитарной культуры XIX века образы, символы греческой цивилизации явились средством формирования его языковой картины мира. Греческая цивилизация представляла собой органичный сплав изобретений и открытий, которые охраняли жизнь человека, давали ему возможность творить, наслаждаться жизнью в искусстве. «Человек и мир в представлении греческой цивилизации,– отмечает А. Боннар, – являются отражением один другого – это зеркала, поставленные друг против друга и взаимно читающие один в другом» [Боннар 1994 : 47]. Естественно, что античное поэтическое творчество явилось источником вдохновения для последующих поколений поэтов и писателей, к числу которых принадлежит и А.П. Степанов. Антропоцентричность греческого искусства находит своё отражение в сочинениях енисейского губернатора, человека высокой культуры. А.П. Степанова интересовал человек и плоды его творчества, как в области науки, искусства, так и в сфере государственной деятельности. Обратим внимание на поэтические предпочтения А.П. Степанова. Он, будучи государственным деятелем, обращается в литературном творчестве не столько к гражданской тематике и соответствующим образам, сколько воспевает триумф искусств и любовных наслаждений. Примером тому служат стихотворение «Поэзия и Музыка», отрывок из поэмы «Превращение Наяды Менты в мяту Прозерпиною», стихотворное послание «З – у» («От страсти Вертер застрелился…»). Поэтика классицизма находит своё отражение в его лирической поэме «Суворов», в которой патриотичность и гражданственные мотивы находят своё выражение.

Как известно, источниками образов античной культуры являются мифы, которые в дописьменную эпоху в древнем мифологическом сознании не имели хронологического воплощения, линейного развёртывания. В архаическом мире мифу была свойственна недискретность, слитность, цикличность, изоморфность и ритуальная закреплённость [Мифы 1982 : 58]. С развитием письменных культур архаичные мифологические тексты претерпевают значительные изменения, превращаясь в систему историй о богах и героях. Если обратится к истории литературного процесса, то можно отметить постоянное проникновение мифологии в литературу. Причём каждая из эпох в истории искусства по-своему прочитывала мифологический материал, подчиняя древнее повествование развитию исторического времени, устраняя циклическую природу мифа. Уже греческие классики основательно переработали мифы и обогатили их социально-философским содержанием [Мифы 1982 : 58-65].


Первый енисейский губернатор воспринимал мифопоэтическое пространство древнего человека через тексты, в которых античные авторы трансформировали мифы дописьменной эпохи, подчиняя их хронологическому порядку. Тексты Гесиода, Овидия, Аполлония Родосского, Ферекида, Платона, в которых воплощены мифы древних, находят своё отражение в сочинениях А.П. Степанова. Благодаря античным образам диалог двух видов искусств в стихотворении «Поэзия и Музыка», в котором можно уловить сократовские мотивы, приобретает наивысшую торжественность и величавость. Монолог Музыки выстроен по законам восходящей градации, что придаёт интенсивность, масштабность изображаемому. Музыке подвластно возведение стен городов, бурное цветение и активность всего живого, даже царская душа находится в её власти, и, наконец, именно Музыка может «положить страстям предел». Ведущими в этой патетической мифологической картине являются образы певцов (Орфей, Тимотей, Демодок, Фемий).

В обращении к античным истокам проявляется стремление автора обрести гармонию и воплотить её в художественном тексте. Автор находит точку опоры в античных образах. Музыка стремится к гармонии как мерилу красоты в искусстве. Но в образах Поэзии и Музыки А.П. Степанова ощутима их временная отдалённость от «колыбели человечества», что подчёркнуто лексической анафорой: Та музыка не ты была; / Та с древним миром умерла. / Не ты совечна Богу, миру; / Гармония – еще не ты. (С. 9). В образе Поэзии передано ощущение гармонии как меры всех вещей, как порядка и проявления божественного начала, которое не сосредоточено только в Музыке.

В литературе XIX века мифологические тексты являлись универсальной системой образов и придавали смысловой орнамент поэзии. Христианские тексты также служили источником творческой обработки. Ю.М. Лотман, З.Г. Минц, Е.М. Мелетинский отмечают, что в начале XIX века внимание к христианским текстам как к мифологическим «свидетельствует о глубоко зашедшем процессе секуляризации сознания» [Мифы 1982 : 61]. Образы христианской культуры занимают особое место в дискурсе А.П. Степанова. Христианскую мифологию мы определяем как «комплекс представлений, образов, наглядных символов, связанных с религиозной доктриной христианства и развивающихся во взаимодействии этой доктрины с фольклорными традициями народов» [Мифы 1982 : 598].


Для уточнения своеобразного сочетания античных и библейских текстов, сцепление которых представляет достаточно оригинальный узор в сочинениях енисейского губернатора, обратимся к работе Н.Б. Мечковской «Язык и религия». Автор книги отмечает, что «у истоков христианства были мифопоэтические предания, наглядные, эмоционально насыщенные, художественно-выразительные и поэтому легко проникавшие в душу простых людей» [Мечковская 1998 : 27]. Образы, мифопоэтические предания о Иисусе Христе также лежали в основе раннего христианства до появления сочинений «отцов церкви», которые составляют Священное Предание христианства. Таким образом, мифопоэтичность предшествовала собственно религиозному сознанию [Мечковская 1998 : 35]. Заметим, что обращение А.П. Степанова к образам христианской культуры не свидетельствует о религиозности губернатора. В своих сочинениях он обращается только к Священному Писанию (Библии). Причём, в произведениях А.П. Степанова преобладают цитаты из «Книг Ветхого Завета». Текст «Книги книг» служит источником размышлений над литературно-художественными проблемами, отражает способы аргументации писателя, является стилистическим средством и, конечно, демонстрирует широту кругозора А.П. Степанова, его нравственные и эстетические ориентиры.

Прибегая к античным и библейским образам, енисейский губернатор, с одной стороны, сохраняет традиционное содержание культурных знаков (миф о расправе Персефоны над соперницей, возлюбленной своего супруга Аида в отрывке из поэмы «Превращение Наяды Менты в мяту Прозерпиною»), с другой стороны, подвергает их структурно-семантической трансформации (лирическая поэма «Суворов», стихотворение «Поэзия и Музыка»).

А.П. Степанов продолжает поэтическую традицию обращения к образам греко-римской античности и христианской культуры. Поэтические пространства античности и христианства стали источником формирования языковой картины мира А.П. Степанова. «Мифология, подобно отсечённой голове Орфея, продолжает петь даже после смерти, и пение её доносится издалека», – справедливо заметил К. Кереньи [Юнг 1997 : 15]. Для А.П. Степанова традиции классической античности и христианства являются истоком европейской истории, в них заключено начало культурных первообразов (архетипов), к которым обращается писатель XIX века.



Список литературы


  1. Боннар А. Греческая цивилизация: В 2-х т. Т. 1. Ростов-на-Дону, 1994.

  2. Лотман Ю.М. Избранные статьи: В 3-х т. Т. 1. Таллин, 1992.

  3. Маслова В.А. Поэт и культура: концептосфера М. Цветаевой. М., 2004.

  4. Мечковская Н.Б. Язык и религия. М., 1998.

  5. Мифы народов мира. Энциклопедия: В 2-х т. Т. 2. М., 1982.

  6. Степанов Ю.С. Константы. Словарь русской культуры. М., 1997.

  7. Юнг К.Г. Душа и миф: шесть архетипов. Пер с анл. М. – К., 1997.