litceysel.ru
добавить свой файл
1 2 ... 4 5
О чем умолчал ваш учебник: Правда и вымысел О в теории эволюции. Сост. д.б.н. Д.А. Кузнецов. — М.: Протестант, 1992. — 64 с. 15ВК 5-85770-085-Х


В большинстве современных учебников биологии эво­люционная теория обычно представлена как единственно правильное, научное объяснение происхождения жизни на Земле во всем многообразии ее форм.

В данной работе сделана попытка познакомить читателей с на­учными доказательствами, которые противоречат теории эволюции. В брошюре приведены многочисленные высказывания ученых-эво­люционистов, указывающие на слабые места и ошибки в эво­люционной теории.

Брошюра рассчитана на специалистов-биологов, а также на читателей, интересующихся проблемой возникновения жизни.

0403000000067

О
ББК 86.30

—————————————— - Без объявл.
956(2) — 92

©
-85770-085-Х

Издательство «Протестант», 1992


От составителя

Большинство из тех, кто окончил школу и даже вуз, имеет крайне односторонний взгляд на теорию эволюции. В современных учебниках биологии эволюционная теория обычно представлена как единственно правильное научное объяснение происхождения жизни на Земле во всем мно­гообразии ее форм, а все альтернативные взгляды отвер­гаются как метафизические. Как правило, студентам ву­зов, не говоря уже о других категориях читателей, ин­тересующихся названными проблемами, не известны аргументы и факты, которые противоречат теории эво­люции. За пределами учебников остаются и те высказы­вания ученых-эволюционистов, которе ставят под сомне­ние многие важные положения этой теории. Кроме того, обычно подразумевается, что отвергать теорию эволюции могут лишь невежды да религиозные фундаменталисты.

Может ли человек, знакомый с теорией эволюции весьма односторонне, объективно -оценить ее? Нередко, знакомясь с фактами, которые авторы учебников приводят для доказательства правильности этой теории, читатель не может их опровергнуть, если даже эти доказательства и вызывают у него сомнения.

В данной работе сделана попытка познакомить чита­телей с теми научными доказательствами, которые проти-


' 1*-543са 3

воречат теории эволюции. В книге приведены многочис­ленные высказывания ученых-эволюционистов, указываю­щие на слабые места и ошибки эволюционной теории. На наш взгляд, подобные «разоблачения» — не просто частные аргументы, ставящие под вопрос те или иные положения эволюционной теории. Вопрос стоит шире: многие из этих высказываний подрывают самый корень теории эволюции, то есть эмпирический фундамент, на котором она строится. Насколько это удалось, судить читателям.

Сегодня многие, в том числе и ученые, считают, что теория эволюции строго научна, что опирается она на достоверные доказательства, на факты. Есть и такие, кто догматически утверждает, что это так. Считается, что ни один ученый не может сомневаться, что на Земле про­исходят или, по крайней мере, происходили в прошлом эволюционные процессы. Учебники биологии, научно-по­пулярные журналы, газетные статьи, телевизионные про­граммы, школьные учителя и университетские препода­ватели — все они помогают укреплять этот взгляд.

И все же роль эволюционных процессов в появлении и развитии жизни на Земле еще далеко не доказана. Есть немало ученых, которые не разделяют взгляды эво­люционистов*. Так, известный английский ученый доктор Джон Дюран из Университетского колледжа в г. Соунс (Великобритания) пишет: «Многие ученые уступают ис­кушению быть догматиками... множество раз вопрос о про­исхождении видов представлялся так, будто он оконча­тельно решен. Ничто не может быть дальше от истины... Но тенденция быть догматиками сохраняется, и она не служит делу науки» [1, с. 15]*.

Подобным же образом эволюционист Уильям Фикс в книге «Разносчики костей» резко упрекнул тех, кто при­знает эволюцию человека несомненным фактом: «Регист­рация ископаемых человеческих останков, как известно, до сих пор настолько разрозненна, что тот, кто настаивает на положительных заявлениях, не может сделать ничего, как только метаться от одного рискованного предположе­ния к другому и надеяться, что следующее драматическое


* См. список литературы в конце книги.

открытие не сделает их абсолютно глупыми... Ясно, что некоторые люди отказываются учиться на этом. Как мы видели, сегодня есть много ученых и популяризаторов науки, которые имеют безрассудство сообщать нам, "что «нет сомнения» в том, как возник человек. Если бы только у них было доказательство...» [2, с. 150].

Но прежде чем перейти к изложению нашей темы, важно разъяснить читателю, что же постулирует теория

эволюции.

Общая теория эволюции предполагает, что первые жи­вые организмы возникли спонтанно из неживой материи. Затем в течение многих сотен миллионов лет эти простые, примитивные организмы дали начало более сложным фор­мам жизни, которые существуют сегодня на Земле, вклю­чая человека. Согласно теории эволюции, это восходящее развитие неживой материи к живой и даже появление человека осуществлялось без какого-либо разумного пла­нирования или руководства извне. Напротив, эволюцио­нисты полагают, что все в этом мире появилось случайно.


Эволюция и наука Эволюционная теория не является строго научной, она может быть квалифицирована лишь как гипотеза.

Чтобы теория, вырастая из рабочей гипотезы, могла считаться научной, должно быть экспериментальное под­тверждение ее постулатов. Другими словами, мы должны делать выводы из наблюдений, чтобы увидеть, обоснован­на ли гипотеза (теория) или нет. Если же доказательства, приводимые в пользу этой теории, ложны, то она не может считаться научной.

Эволюционная теория имеет дело с уникальными со­бытиями, которые имели место в далеком прошлом и, естественно, не наблюдались очевидцами, поэтому она не может быть проверена экспериментально.

Доктор Колин Паттерсон, старший палеонтолог Бри­танского музея естественной истории в Лондоне, разъ­ясняет: «Этот процесс (эволюционный. — Д-К.) должен быть уникальным и неповторимым, как история Англии. Поэтому эта часть теории является исторической тео­рией, рассказывающей об уникальных событиях, а уни­кальные события, по определению, не являются частью науки, поскольку они неповторимы и поэтому не под­даются проверке» [3, с. 145—146]. Или, проще говоря, «достаточно просто сочинять сказки о том, как одна форма дала начало другой, и находить причины, почему этим стадиям способствовал бы естественный отбор. Но такие сказки не являются частью науки, так как нет способа их проверки» [4, с. 89]. Специалисты по общей биологии профессор Пол Эрлих из Стэндфордского университета (США) и профессор Чарлз Берч из Сид­нейского университета (Австралия) полагают, что теория


эволюции «... находится «вне эмпирической науки», но не обязательно является ложной. Никто не может придумать способы, которыми она могла бы быть про­верена. Эволюционные же идеи, даже необоснованные или же основанные на немногих лабораторных экспе­риментах, проведенных в крайне упрощенных системах, достигли распространения, сильно не соответствующего степени, их обоснованности. Они стали частью эволю­ционной догмы, пассивно усвоенной большинством из нас, как часть нашего образования» [5, с. 352 ].

Профессор Рудольф Виттен (кафедра генетики Мель­бурнского университета, Австралия) также говорит: «Био­логи становятся просто наивными, когда они говорят об экспериментах, посвященных проверке теории эволюции. Она не может быть подвергнута проверке» (курсив наш. — Д.К.) [6].

Итак, по определению, эволюционная теория не яв­ляется собственно научной, поскольку она не может быть проверена экспериментально, ее также трудно считать и научно обоснованной гипотезой. (Однако это не говорит о том, что никакой науки нет в сборе и анализе отно­сящихся к эволюционной идее данных, например, иско­паемых останков растений или животных.) К тому же утверждение, что эволюция — это установленный факт, является абсурдным, коль скоро сама теория с научной точки зрения несостоятельна: ведь никогда не наблюда­лось, что эволюционные процессы происходят. Как заявил ученый-эволюционист генетик Ледьярд Стеббинс, «ни один биолог в действительности не видел происхождения путем эволюции большой группы организмов» [7, с. 54]. Фактически, насколько нам известно, никто никогда не был свидетелем происхождения ни одного живого суще­ства.

Данные об ископаемых Итак, эволюционные процессы никогда не наблюда­лись и не были воспроизведены экспериментально. И все-таки, каковы основы для убежденности эволюционистов в том, что эти процессы происходили в прошлом?

Хотя эволюционисты и ссылаются на доказательства, основанные на работах по генетике, биохимии, эмбрио­логии да т.д. (на них мы кратко остановимся далее), фактически единственное материальное доказательство, •которое у них есть, это ископаемые останки древнейших организмов. Это подтвердил известный английский эво­люционист и анатом профессор Ле Грос Кларк: «То, что эволюция в самом деле происходила, может быть научно установлено лишь открытием ископаемых остан­ков представительных образцов тех промежуточных форм древней жизни, которые "были постулированы на основании непрямых доказательств. Другими словами, действительно решающее доказательство эволюции дол­жно быть получено палеонтологом, занятие которого — изучать доказательства, которые дают данные об иско­паемых» [8, с. 7].


Данные об ископаемых — это летопись естественной истории, сохранившаяся в форме ископаемых останков древних существ. Они могут состоять из окаменелых ос­танков отпечатков растений или следов (например, ске­летов или отпечатков ног) животных, которые жили в далеком прошлом [9, с. 37]. Если бы эволюция проис­ходила, то мы должны были бы находить среди ископа­емых свидетельства об организмах, которые отражали бы процесс изменения от одного вида (рода, семейства, от­ряда, класса, типа) к другому, существенно иному. Дру-

гими словами, мы могли бы находить переходные формы ископаемых, как заметил профессор Ле Грос Кларк в вышеприведенной цитате.

Даже если бы эволюция не происходила постепенно, а быстро, время от времени (что нередко обозначается) как «пунктирное» или «прерывистое равновесие» или «квантовое видообразование»), как предполагают некото­рые эволюционисты, мы все же смогли бы обнаруживать, по крайней мере, некоторые данные о таких трансфор­мациях в летописи ископаемых. Но что же выявляют эти данные об ископаемых? Абсолютное отсутствие четко выраженных доказательств больших структурных изме­нений. Другими словами, не было обнаружено никаких определенных переходных форм ископаемых (так назы­ваемых «недостающих звеньев») между всеми основными таксономическими группами организмов. Профессор Стефен Джей Гулд, ведущий эволюционист и палеонтолог Гарвардского университета (США), открыто признал: «Все палеонтологи знают, что ископаемые практически не со­держат промежуточных форм; переходы между большими группами, как правило, являются резкими» [10. с. 24]. Он также подтвердил: «Крайняя редкость переходных форм в летописи ископаемых оберегается, как коммерче­ская тайна, в палеонтологии. Эволюционные деревья, ко­торые украшают учебники, имеют серьезные данные толь­ко на концах и разветвлениях своих ветвей, остальное — предположения, а не данные... Мы воображаем себя един­ственно подлинными учениками естественной истории, но, тем не менее, сохраняем благоприятное мнение об эво­люции путем естественного отбора и благодаря этому мы рассматриваем наши данные так плохо, что мы никогда не видим тот самый процесс, изучением которого за­нимаемся» (курсив наш. — Д.К.). [11, с. 14].


Когда вспоминаешь, что в сознании большинства лю­дей распространено убеждение о существовании множества переходных форм ископаемых, которые якобы были от­крыты, и о том, что летопись ископаемых решительно «подтверждает теорию эволюции», признание профессора Гулда (и подобные ему) просто поражают.

Доктор Дэвид Киттс, профессор школы геологии и геофизики Оклахомского университета (США), который

10

также является эволюционистом, говорит о палеонтоло­гических данных следующее: «Несмотря на радужные обе­щания, которые палеонтология дает желающим «увидеть» эволюцию, она представила несколько неприятных затруд­нений для эволюционистов, самое общеизвестное из ко­торых — наличие «пробелов» в летописи ископаемых. Эволюция требует наличия промежуточных форм между таксонами, а палеонтология не дает их (курсив наш. — Д.К.). Поэтому эти «пробелы» должны быть объяснены случайным свойством этих данных» [12, с. 467].

Доктор Колин Паттерсон, о котором мы говорили вы­ше, всю жизнь считал себя эволюционистом. Если у ко­го-то была хорошая возможность для того, чтобы оценить палеонтологические доказательства, так это у доктора Паттерсона. В Британском музее естественной истории, находящемся в Лондоне, в его распоряжении была одна из крупнейших в мире коллекций ископаемых. Когда один из читателей его книги «Эволюция» спросил автора, по­чему он не включил в книгу какие-либо примеры дей­ствительно переходных форм, он ответил: «Я полностью согласен с вашим замечанием об отсутствии прямой ил­люстрации эволюционного перехода в моей книге. Если бы мне было известно о каком-либо примере такого рода, ископаемом либо живом, я бы, конечно, его включил. Вы предполагаете, что Творец должен прибегать к мыс­ленному представлению таких изменений, но откуда ему взять информацию? Я, откровенно говоря, не мог ее по­лучить, а если бы я прибег к художественным вольностям, разве это не обмануло бы читателя?.. Тем не менее по­сетителям Гулдовского и Американского музеев трудно противоречить, когда он и замечают, что переходных форм ископаемых в нашей экспозиции нет. Так как я сам — палеонтолог, я занят философскими проблемами идентификации возможных транзиторных форм в иско­паемых данных. Вы говорите, что я должен, по крайней мере, «показать фотографию того ископаемого, от которого произошел каждый тип организмов». Я скажу откровен­но — нет ни одного такого ископаемого, для которого можно было бы выдвинуть неопровержимый аргумент» (курсив наш. — Д.К.) [4, с. 89].


11

Но насколько полны наши данные об ископаемых? Было ли вообще обнаружено достаточно фактов для того, чтобы позволить нам сделать разумное заключение: под­тверждают или нет сведения об ископаемых теорию эво­люции? Более столетия назад Дарвин не думал, чрго наука располагает достаточным числом находок. В его время данные об ископаемых не содержали переходных форм, требовавшихся для подтверждения его теории. В связи с этим американский ученый Дэвид Рауп, бывший храни­тель экспозиции по геологии в Чикагском музее естест­венной истории, а в настоящее время — профессор гео­логии в Чикагском университете, утверждает: «Он (Дар­вин. — Д-К.) был приведен в замешательство данными об ископаемых, потому что они не выглядели так, как он предсказывал... Основным выводом Дарвина из несо­поставимости ископаемых доказательств и его теории было то, что он заявил, что данные об ископаемых очень не­полны» [13, с. 25].

Профессор Рауп продолжает: «Итак, мы теперь живем примерно 120 лет спустя после Дарвина, и знания об ископаемых данных значительно расширились. У нас те­перь имеется четверть миллиона ископаемых видов, но ситуация не сильно изменилась. Данные эволюции про­должают оставаться удивительно отрывистыми и, как ни нелепо, у нас даже меньше примеров .эволюционного из­менения, чем их было во времена Дарвина» (курсив наш. — Д.К.) [Там же]. (Как признали многие ве­дущие палеонтологи, фактически нет каких бы то ни было убедительных данных о таких изменениях, -г- см. предыдущие цитаты.)

В самом деле, после Дарвина «данные об ископаемых значительно расширились», как отметил доктор Рауп. Бы­ло обнаружено огромное число ископаемых. В знаменитом руководстве «Процессы органической эволюции» подтвер­ждается: «Данные о прошлых формах жизни теперь обиль­ны и постоянно обогащаются по • мере того, как палеон­тологи обнаруживают, описывают и сравнивают новые ис­копаемые» [7, с. 136, 39, с. 58].

В «Руководстве по истории Земли» утверждается: «... с помощью ископаемых палеонтологи могут теперь


12

дать нам прекрасную картину жизни прошлых времен» [14, с. 48].

Конечно, среди такой огромной коллекции ископа­емых мы, должно быть, сможем найти, по крайней мере, несколько не вызывающих сомнений примеров промежуточных форм, если все же эволюция происхо­дила. Но что мы обнаруживаем? Ни одного убедитель­ного примера переходных форм ископаемых так и не найдено [см.: 4, 11—13].

Лондонское геологическое общество и Палеонтологи­ческая ассоциация Англии предприняли широкое изучение ископаемых данных. Ответственный за эту работу доктор Джон Моур, ныне профессор университета штата Мичиган (США), сообщил о результатах своих исследований: «Око­ло 120 ученых-специалистов подготовили 30 глав мону­ментальной работы... для того, чтобы представить данные об ископаемых растениях и животных, разделенных при­мерно ЙЬ 2500 групп... Было показано, что каждая круп­ная форма или вид растений и животных имеет от­дельную и особую историю, резко отличающуюся от всех других форм или видов\ Группы и растений, и жи­вотных внезапно появлялись в летописи ископаемых... Ки­ты, летучие мыши, лошади, приматы, слоны, зайцы, бел­ки, суслики и т.д. — все они так же различны при своем первом появлении, как и теперь. Нет и следа общего предка, еще меньше видимости переходного звена с любой рептилией, предполагаемым прародителем» (курсив наш. — Д-К.) [15, ее. 9, 14, 24]. Вполне может быть так, как заключил профессор Моур: «Очень вероятно, что в летописи ископаемых не было обнаружено никаких пе­реходных форм, так как никаких переходных форм не существует на ископаемой сцене вообще. Очень возможно, что переходы между видами и иными группами животных или переходы между видами и иными группами растений никогда не существовали» [Там ж е, с. 798].13



следующая страница >>