litceysel.ru
добавить свой файл
1 2 3 4


Государственное бюджетное учреждение культуры

БИБЛИОТЕКА УКРАИНСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ


Навстречу 200-й годовщине

со дня рождения Т.Г. Шевченко (1814-1861)


Избранные страницы альманаха

Библиотеки украинской литературы


Электронное издание БУЛ


«КОБЗАРЬ» Т. ШЕВЧЕНКО

в новых русских переводах




На фото: юбилейное издание «Кобзаря» 1911 г.


Литературно-издательский проект

Составитель В.Г. Крикуненко

г. Москва

30 марта 2012 г.

От составителя

5 марта с.г. наша Библиотека представила литературно-издательский проект «Венок России Кобзарю», целью которого является подготовка обновленного сборника произведений российских поэтов, посвященных великому поэту Украины. С первым выпуском электронного издания «Избранных страниц альманаха Библиотеки украинской литературы» можно ознакомится в читальном зале БУЛ, а также на сайте Государственного бюджетного учреждения культуры «Библиотеки украинской литературы».

Представляемый ныне проект, в основу которого легли уже собранные нами многочисленные переводы стихотворений и поэм Т.Г. Шевченко, осуществленные современными русскими поэтами и переводчиками, предусматривает подготовку нового корпуса текстов «Кобзаря» в переводе на русский язык.

Более семидесяти лет прошло со времени издания новых переводов «Кобзаря» Т.Г. Шевченко на русский язык. Сегодня часть этих текстов, к сожалению, безнадежно устарели, хотя некоторые из включенных в издание 1939 года переводов из года в год улучшались переводчиками, есть среди них, разумеется, и образцы переводческого мастерства непреходящей ценности.

Вместе с тем, как замечательно сказал Павло Тычина, «нове життя нового прагне слова», и естественно, что современное поколение переводчиков, как это было и в прежние времена, предлагает свое прочтение поэзии Тараса Шевченко.


Как известно, впервые «Кобзарь» на русском языке пришел к читателям еще при жизни автора в 1860 году, после чего даже в условиях цензурных запретов выходили новые издания великой книги (четыре раза ее переиздал Н. Гербель), затем появился «Кобзарь» в переводе Н. Чмырева (1874), после чего, как справедливо отметил М. Зеров, ведущим интерпретатором поэзии Шевченко на русском языке стал Иван Белоусов. Обстоятельный анализ качества этих переводов, а также последующих русскоязычных изданий «Кобзаря» (под редакцией Г. А. Славинского (СПБ, 1911), Ф. Сологуба и др., включая гослитовский советский «Кобзарь» 1939 г., представлен в замечательной работе Корнея Чуковского «Русские «Кобзари». На путях к современному стилю», к которой мы адресуем любознательных читателей (см. Корней Чуковский. Высокое искусство. Москва. Советский писатель. 1988. С. 266-321).

Отмечая достижения советских переводчиков, автор не случайно приводит критическое замечание одного из авторитетнейших специалистов в области художественного перевода украинской литературы на русский язык Вл. Россельса, намекающего и на известную идеологическую зашоренность современных ему интерпретаторов творчества Кобзаря в изданиях пятидесятых-шестидесятых годов ХХ века: «По заслугам возвеличив Шевченко, сделав его имя известным буквально каждому русскому, мы умудрились зашифровать значительную часть его наследства…»

Остается актуальной высказанная Корнеем Чуковским мысль о том, что требования, которые современный читатель предъявляет к стиховым переводам, чрезвычайно изменчивы, и то, что казалось вполне удовлетворительным в тридцатых годах, кажется плохим в шестидесятых. Таков закономерный процесс».

Закономерно поэтому и появление новых переводов «Кобзаря», малую толику которых мы представляем сегодня.

А тем временем продолжается формирование полного корпуса текстов новых переводов этой великой книги, с которыми мы продолжим знакомить наших читателей.

Очень надеемся и на то, что данный проект БУЛ будет замечен и поддержан издателями, а свой благотворительный интерес к нему проявят как официальные структуры, озабоченные подготовкой к грядущему 200-летнему Шевченковскому юбилею, так и спонсоры.

Виталий Крикуненко, лауреат международного фестиваля славянской поэзии «Поющие исьмена»

Переводы Вячеслава Шевченко

Автор публикуемых переводов — праправнук Т.Г. Шевченко по родному брату Миките, живёт в Ессентуках Ставропольского края. Член Союза писателей России. Свои переводы из поэзии Т.Г. Шевченко публиковал в журнале «Радуга» (Киев), в газетах Ставропольскоо края, Оренбурга. В 1997 г. в Оренбурге (печатный Дом «Димур») увидел свет сборник переводов Вячеслава Шевченко «Кавказ».

Кавказ


Искреннему моему Якову де Бальмену

Кто даст главе моей воду,

И очесем моим источник слез,

И плачуся и день, и нощь о побиенных…

Иеремии глава 9, стих 1


За горами горы затерялись в тучах,

Окропились горем и кровию жгучей.

Спокон века Прометея

Там орёл карает.

День за днём долбит он рёбра,

Сердце разбивает.

Но не вычерпать той крови!

В силе непокорной

Сердце снова оживает

Песней животворной!

Не погибнет душа наша,

Не погибнет воля.

Ненасытный не распашет

На дне моря поля.

Души вечной не погубит

И слова живого.

Не дерзнёт порочить Бога,

Великого Бога.


Не нам на прю с тобой пускаться!

Не нам судить тебя, не здесь!

Нам только плачем утешаться

И «хлеб насущный даждь нам днесь»

В бреду кровавом шепчут губы.

Нас распинают душегубы,

А суд правдивый вышел весь!


Когда правда протрезвеет?

Когда ты, мой Боже,

Сомкнёшь очи, утомленный? —

Это нам поможет!

Верим в Троицу святую,

Что не даст нам сгинуть!

Встанет правда! Встанет воля!

Пред тобой, единым,

Все народы преклоняться

Вовеки и веки.

Но сегодня льются реки,

Кровавые реки!


За горами горы затерялись в тучах,

Окропились горем и кровию жгучей.

И там всемилостиво мы

Изнеможенную, босую

Связали волюшку людскую —

Ату ее! Костьми легло

Людей муштрованных дай Боже!

А слез кровавых? Напоить

Всех августейших было б можно

С приплодом даже. Утопить

В слезах во вдовьих. Да и в прочих —

Девичьих тайных и полночных!

А материнских жгучих слез!

А слез отцовских, слез кровавых

Не реки — море разлилось,

Живое море! Слава! Слава!

Борзым и гончим, и псарям,

И нашим батюшкам-царям

Слава!


Слава вам, крутые горы,

Ледяные кручи.

Вам, герои, налитые

Силою могучей.

Боритесь — и поборете,

Бог вам помогает!

За вас правда, за вас сила

И воля святая!


Чурек и сакля — все твое;

Оно не дарено, не взято.

Никто не выдаст за свое

И не сошлет тебя в солдаты.

А мы! По древним письменам

Читаем Божии глаголы!

От тюрем, так знакомым нам,

До высочайшего престола

Мы в злате, в бархате и… голы.

В науку к нам! Научим мы,

Почем фунт лиха для сумы!

Мы — христиане, храмы, школы

И царь у нас, и Дух святой.

Вот только сакля очи колет:


Зачем живете в сакле той,

Не нами данной? Разве мы

Чурек же ваш и вам не кинем,

Как псу? Так почему же вы

Платить за солнце не повинны?!

Вот малость! Мы же не злодеи,

Мы христиане, мы умеем,

Мы сыты малым! А зато —

Когда бы к нам простерли длани,

Всем скопом стали христиане.

Земли — полсвета. Мы хоть что

Дадим. Сибирь неисходима.

А полных тюрем! Что ж ловчить!

От молдаванина до финна

На всех языках все молчит,

Все благоденствует, ей-ей!

Святую библию читает,

Святой чернец им поучает,

Как царь какой-то пас свиней,

Потом отнял жену у друга,

Его убил — и по заслугам

Попал на небо. Нам видней,

Кого — куда. Пока святыми

Дарами вас не просветили —

Учитесь. Наша жизнь — дери,

Дери-отдай

И просто в рай

Хоть всю родню свою бери!

У нас! Чего мы не умеем?

Считаем звезды, гречку сеем,

Французов хаем, продаем

Или за картами пропьем

Людей… не негров… а таких,

Пусть и крещеных, но простых.

Храни нас Бог, мы не гишпанцы,

Чтоб краденое прикупать,

Как те жиды. Мы по закону!

По закону апостола

Любите любого!

Суесловы, лицемеры,

Проклятые Богом.

Возлюбили вы во брате

Шкуру, а не сердце!

Вот ее-то и дерете

Заживо, усердно.

Своим детям, своим женам —

Перстни да наряды.

А себе — про то не знают

Даже те, кто рядом!


За кого ж ты распинался,

Христос, Сыне Божий?

За нас, добрых, иль за слово

Истины… А, может,


Чтоб мы над тобой смеялись?

Так оно и сталось.

Врата святые и иконы,

Церковники и мирры дым —

Мы перед образом твоим

Неутомимо бьем поклоны.

За грабежи, войну и кровь,

Отведать крови брата — просят

И в дар тебе потом приносят

С пожара краденый покров!

Просветились! И алкаем

Просветить другого,

Указать на солнце правды

Нищим, сирым, голым!..

Все покажем! Только дайте

В руки нам попасться.

Тюрьмы, каторги и цепи —

Все готово, паства!

Как кнуты плести — научим

В нашем славном царстве.Все покажем, только дайте

Голубые горы,

Что остались… мы ж забрали

И поле, и море.


И тебя загнали, милый друже Яков!..

Не за Украину — за злодеев-катов

Кровь свою по капле довелось пролить.

И не им — тебе же довелось испить

Из московской чаши черную отраву!

О друже мой добрый, где святая правда?!

Бессмертной душою в Украйну лети,

Промчи с казаками по-над берегами,

Пустые могилы в степи навести,

Горючей слезою простись с казаками,

Меня поджидая в бескрайней степи.


А пока что мои думы

И горькое горе

Не иссякнут — пусть мужают,

С ветром тихо споря.

Этот ветер с Украины

Понесет росою

Мои думы в твое сердце!..

Братскою слезою

Ты их, друже, повстречаешь,

Тихо в очи глянешь,

И могилы, степи, море

И меня помянешь.

18 ноября 1845,

В Переяславе


Полякам

Когда мы были казаками

В доуниатские года —

Жилось нам весело тогда!


И братья-ляхи вместе с нами

Гордились вольными степями;

Как будто лилии, цвели

В садах дивчата, красовались,

А мать сынами любовалась,

Сынами вольными… росли,

Росли сыны и веселили

Седые скорбные лета…

Пока от имени Христа

Явились ксёндзы, запалили

Наш тихий рай. И пролили

Живое море слёз и крови,

А сирот именем Христовым

Карали, мучили и жгли…

Поникли головы казачьи,

Как посечённая трава;

Украйна плачет, стонет-плачет!

За головою голова

Катится наземь. Кат лютует,

А ксёндз безумным языком

Вопит: «Te deum! Аллилуйя!..»

Вот так, поляки, други-братья!

Дрянные ксёндзы и магнаты

Нас развести смогли поврозь,

А нам бы весело жилось.

Подай руке казацкой руку

И сердце чистое подай!

И со Христовою порукой

Мы обновим наш тихий рай.

(После 22 июня 1847,

Орская крепость — 1850, Оренбург)


***

«Останься с матерью», — просили.

Ты не послушала. Ушла.

Искала мать и не нашла.

Печалью душу иссушила,

В слезах почила. И давно

Нет ни души, где ты играла,

Собака лишь проковыляла

Да в хате выбито окно.

В саду заброшенном ягнята

Пасутся день деньской. В ночи

Бормочут совы да сычи,

И сон бежит соседской хаты.

Барвиночек твой крестоватый

Порос колючками и ждет

Тебя, желанную. А в гае

Зеркальный прудик высыхает,

Где ты купалась вечерком…

И гай тоскует о былом.

Соловушко не напевает —

Его с собою унесла.

В яру криница завалилась,


Верба усохла, накренилась,

Тропиночка, где ты гуляла,

Колючим терном поросла…

Куда ушла? Куда пропала?

Какую долю отыскала?

В какой семье ты жить смогла?

Кого ты радуешь-ласкаешь?

К кому рукою приросла?

Вещует сердце, что в палатах

Живешь роскошных. И не жаль

Того, что бросила когда-то…

Молю я Бога, чтоб печаль

Тебя нигде не повстречала,

Чтоб ты в палатах не нашла…

Чтоб Бога ты не осуждала

И матери не прокляла…


***

Один другого донимаем:

Для праведности или зла

Нас мать на свет произвела?

Зачем живем? Чего желаем?

И, не дознавшись, умираем,

Оставив грешные дела…


Ну а меня, мой Боже милый,

За что бы осудить могли?

Когда бы дети не росли,

Тебя, святого, не гневили,

За то, что в рабстве народились —

Тебя б хулой не обнесли.

1847, Орская крепость


***

В неволе сам-один тоскую,

И сердце некому открыть.

И сам поэтому ищу я,

С кем было бы поговорить.

Ищу я Бога, а встречаю

Такое, не дай бог спросить.

Вот что со мной судьба лихая

И годы сделали; и то,

Что лето по земле святой

Прошло так пасмурно; не знаю

И ничего не вспоминаю,

Что ободрило бы опять.

А душу нужно утешать,

Ведь ей так хочется, так просит

Хотя бы слово… Нет тех губ.

И слово в поле снег заносит

Еще и не остывший труп.

Вторая половина 1848, Кос-Арал

***

Считаю в рабстве дни и ночи,

И счёт им теряю.

Боже! Как плетутся тяжко


Эти дни — я знаю.

Дни проходят, а за ними

Тихо льются годы,

В путь свой дольний забирая

И мои невзгоды.

То, что взято, не вернётся,

Так и канет в Лету.

И молитвою у Бога

Не найти ответа.


Колобродными болотами,

Меж бурьянами, за годами

Три года грустно протекли,

С собою взяли что смогли

Из той моей живой могилы —

И к морю тайно отнесли.

И молча море поглотило

Моё не злато-серебро —

Мои года, моё добро,

Мою тоску, мои печали

И те незримые скрижали,

Незримым созданы пером.

Так пусть болотами гнилыми

Плетутся дни мои, а с ними

Года невольничьи. А я!

Такая заповедь моя!

Перетерплю, переболею,

На степь, на море погляжу,

Спою что вспомню, что сумею

И на страничку уложу

Свой стих убористый скорее!

(Оренбург, 1850, Петербург, 1858)



следующая страница >>