litceysel.ru 1

Петр Купершмит



Детектив умер, да здравствует детектив!!!”

Размышления любителя жанра



Вступление


Детектив - это интеллектуальный жанр, основанный на фантастическом допущении того, что в раскрытие преступления главное - не доносы предателей или промахи преступника, а способность мыслить.

Х.Л. Борхес


После прочтения многих тысяч детективов различных направлений меня заинтересовал вопрос: есть ли реальная основа у столь популярных рассуждений об упадке и даже смерти детективного жанра? Нет, конечно же, я не буду “изобретать велосипед”. Ведь начало подобные настроения берут еще в те времена, которые нынче принято считать “золотым веком” классического направления в детективе. Причиной их стало появление на другом континенте жанра hard boiled — крутого детектива, герои которого предпочитали использовать в своей работе пистолет и кастет, а не “little grey cells”. Чуть позже, на другом берегу пролива Ла-Манш, во Франции зародилось и получило признание еще одно направление детективной беллетристики — психологический детектив. Немецкие писатели пытались привнести в детективный жанр свойственный их нации мистицизм — но не выдержали конкуренции.

Итак. На сегодняшний день есть три направления детективной литературы: Классический детектив – английская школа. Hard boiled, или крутой детектив – американская школа. Психологический детектив – французская школа.

Я отношу себя к почитателям именно английского классического детектива, а также психологического, опусы в стиле “руки и ноги отдельно, а голова по почте” меня вообще не прельщают. Не люблю читать детективные произведения, где успех поиска преступника зависит от случайных совпадений, точного удара в голову или скорости выхватывания “пушки”. При чтении я предпочитаю поработать “маленькими серыми клеточками”, пытаясь опередить сыщика в разгадке тайны, а не восторгаться точностью хука левой непобедимого красавца Майкла Хаммера.


Будучи не в силах примириться с мыслью о смерти любимого жанра, я постараюсь, на основе сравнения важнейших отличий английского классического детектива и “крутого детектива”, в стиле которого написаны практически все современные произведения, доказать, что английский классический детектив не умер, а “переродился”. И попытаюсь доказать это, в первую очередь, для самого себя.


Часть 1


Согласно Википедии, классическим детективом (или детективом “закрытого типа” (герметическим)) называется поджанр, в котором сюжет строится на расследовании преступления, совершенного в уединенном месте, где присутствует строго ограниченный набор персонажей. Никого постороннего в данном месте быть не может, а значит преступление совершено только кем-то из присутствующих. Работа сыщика заключается в том, чтобы получить об участниках событий как можно больше сведений, на основании которых можно будет выявить преступника. Дополнительное психологическое напряжение создается тем фактом, что злодеем окажется кто-то из хорошо известных, находящихся рядом людей. И этот “кто-то” может быть очень симпатичным. Надо отметить, что был период, когда авторы подбирали на роль жертвы отрицательных героев, этим как бы оправдывая убийцу.

Уже из определения ясно. насколько жесткими были “правила игры” классического детектива. Широко известны правила написания детективных романов: “Десять заповедей” Рональда Нокса и “Двадцать правил для пишущих детективы” Стивена Ван Дайна.

Возможно, здесь и таится причина, приведшая к действительной или мнимой смерти классического детектива: авторы по очереди перебирали одного за другим всех действующих лиц, делая преступником то дворецкого, то шофера, то безутешную вдову, то маскировали самоубийство под убийство, то обманывали читателя, и злодеем оказывался рассказчик или — хуже того — сам сыщик! И, в конце концов, произошло то, что неминуемо должно было случиться: герои кончились, и круг замкнулся. Как справедливо заметил один из критиков, теперь, чтобы прослыть оригинальным, автору нужно сделать убийцей самого читателя.


Второй отличительной чертой классического детектива является определенная условность повествования. Все герои в большей или меньшей степени подгоняются под стереотипы, напоминающие о старинном театре: благородный отец, невинная девушка, убитая горем вдова… Автору позволительно обманывать читателя, и описанный им “отец” может оказаться не столь уж благородным, а девица — не совсем невинной, но излишний психологизм не приветствуется.
Но уже в 30-е годы на пятки английским писателям начали наступать их французские коллеги. Эти авторы, хотя еще подчиняясь принципам английского классического детектива, все больше и больше привносили нового в его условный мир. Комиссар с набережной Орфевр предпочитал демонстрировать глубокое знание человеческой натуры, а не строгую, но бездушную логику.

Приведу цитату из эссе Хорсе Луиса Борхеса “Детектив”: “Перед нами — одна из составляющих детективной традиции: в основе детектива лежит тайна, раскрываемая работой ума, умственным усилием. Делает это одаренный особыми способностями человек, носящий имя Дюпена, а потом — Шерлока Холмса, а еще позднее — отца Брауна и многие другие громкие имена. Первым из них, образцом, своего рода архетипом, был дворянин Шарль Огюст Дюпен, живущий вместе с другом, который и рассказывает саму историю. Этот ход тоже вошел в традицию и через много лет после смерти По был развит ирландским писателем Конан Дойлем”.

Несколько по-иному выразились французы Буало и Нарсежак (к слову сказать, предпочитавшие вообще обходиться без героя-сыщика: в большинстве их романов обычно расследование вела сама жертва): “Сыщик вошел в литературу в облике богатого бездельника, интеллектуала, который ищет достойного применения своим способностям. Они отметили, что так любимый англичанами “сыщик”, обязательно культурный человек и джентльмен, берется за расследование “с благородным изяществом”. Он любовно исследует преступление, словно коллекционер — редкую находку”.

Ему они противопоставляли образцового французского полицейского — не обремененного теориями труженика, для которого раскрытие преступлений — ежедневная рутинная работа, а не экстравагантное увлечение.


Я человек небогатый” — произнес как-то Шерлок Холмс, подсчитывая гонорар. Однако этот “торгашеский” жест в классическом детективе, скорее, исключение, нежели правило. Трудно вспомнить мисс Марпл, обсуждающую свой гонорар, или же доктора Фелла, скрупулезно считающего деньги. Все эти подробности, если и существуют, то не выводятся на первый план. Деньги, гонорар за выполненную работу — это “вклад” американской школы в английский классический детектив.

Еще немного о гонорарах и полицейских и их методах расследования. В классическом детективе инспектор Скотланд-Ярда — тоже частый гость. Он мог быть глупым, как Лейстред у Конан Дойля, немного комичным, как сержант Берелл у Чарльза Сноу, или простым добросовестным служакой, как инспектор Джепп Агаты Кристи. Но ни в одном классическом детективе мы не встретим продажного полицейского!

Зато он весьма характерен для “hard boiled” — крутого детектива. Здесь расследование может вести и сыщик-интеллектуал, и полицейский (сам часто оказывавшийся преступником), но, как правило, на первый план выходит герой-одиночка, “одинокий волк”, человек, волею судьбы попавший в ненужное место и в неудачное время, который не стесняет себя особыми рамками для добычи информации. Очень трудно представить себе Эркюля Пуаро, ударом ноги “вырубающего” преступника, или же мисс Марпл с пистолетом в руках. Да, Шерлок Холмс владел приемами борьбы баритсу, а сэр Генри Мерривейл однажды повалил злодея ударом кулака по голове, но это всего лишь исключения, которые подтверждают правила.

Объяснить все эти изменения довольно просто: Первая мировая война, Великая депрессия, Вторая мировая война, холодная война и противостояние мировых разведок, полеты в космос, появление компьютеров — безусловно, все эти события не могли не сказаться на детективном жанре.

Большое значение в нашем случае имеет еще один аспект. Я условно обозначил его как “сказочность” (кто-то очень удачно назвал классический детектив сказкой для взрослых). Насколько возможно совершить преступление, описанное в произведении? Нужно ли реальному преступнику изобретать хитроумные способы убийства в “запертой комнате” или все же проще подкараулить жертву в толпе? Да и как вы думаете, часто ли в современной, перенаселенной, реальной, а не книжной Англии встречаются уединенные, занесенные снегом поместья? При этом не забывайте, что сами снегопады в Соединенном Королевстве – большая редкость.


Реальные же преступления – это область “крутого детектива”. Они, к сожалению, сплошь и рядом: убийство в порыве страсти, пьяная драка, вооруженное ограбление, террор и так далее и тому подобное. Преступники, убегая, убивают полицейских, гибнут случайные жертвы. Такое невозможно себе представить в классическом английском детективе. Его герои живут в условном мире, законы которого далеко не всегда соответствуют настоящей, а не “книжной” жизни.

Я приведу простой пример “сказочности”, невозможности осуществления в реальной жизни преступлений, которые встречаются в классических детективах. В Германии в 1858 году была издана странная книга, под названием ‘Nena Sahib’ Германа О.Ф.Гёдше [под псевдонимом Sir John Retcliffe]. Эта длинная и не всегда интересная история полна острой критики в адрес английской колониальной политики в Индии, и детективного содержания там крайне мало. Но, тем не менее, роман содержал подробное описание убийства в запертой комнате с решением столь простым и привлекательным, что реальный преступник воспользовался им в 1881 году. НО! Ему это не помогло, и он попал в руки полиции.

И последнее.

Теперь мы знаем шпионский, полицейский, судебный, пародийный, фантастический, исторический детективы, однако это разнообразие касается лишь декораций, сцен, в которых развертывается действие, а не сути происходящей драмы. В любом случае мы имеем дело или с классическим детективом, или с hard boiled. И примеров тому много. Та же Агата Кристи написала великолепный классический и в то же время шпионский детектив “Н или М”, Айзек Азимов создал цикл классических детективов о сыщике Элайдже Бейли и роботе Дэниеле Оливо. Не могу не вспомнить и один из моих любимых классических детективов, написанный в жанре фэнтези и включающий загадку запертой комнаты — “Слишком много волшебников” Рэндала Гаррета. Исторические детективы Сержа Брюссоло “Замок отравителей” и “Сатана в церкви” Пола Доуэрти написаны в классическом жанре, а приключения Джеймса Бонда — это американская школа детектива.



Часть 2


И вот теперь, когда я “по косточкам” разобрал главные особенности классического детектив “закрытого типа” времен “золотого века” и все грозившие ему опасности, давайте попробуем разобраться, жив ли еще классический детектив или такого жанра больше не существует.
Сразу оговорюсь. Я не буду писать о стилизациях а-ля классический детектив, вроде произведений Мэри Лондон о шахматисте и сыщике сэре Малькольме Айвори или трилогии “Эскапада”, “Клоунада” и “Кавалькада” Уолтера Саттертуэйта. Это местами отличные романы — но речь не о них! Моя цель другая. Попробовать доказать, что такие признанные авторы, на первый взгляд пишущие в жанре hard boiled, как Джеффри Дивер, Майкл Коннелли, Харлан Кобен, Ли Чайд и другие, пишут в жанре классического детектива, а вернее в его современном варианте.

Приступим.

Я нарисовал для себя такую схему.

Классический детектив — строго очерченный круг фигурантов и изолированное место действия (например, занесенное снегом уединенное поместье), в котором находятся жертва, свидетели, любой из которых может оказаться преступником, и сыщик. Действие происходит в рамках этого круга. Крутой детектив (hard-boiled) — “круг” (окружение) жертвы, из которого сыщик “пускает стрелы” в разные стороны, как правило выходящие за пределы “круга”, пока не находит преступника. Психологический детектив — расследование базируется не на сборе мелких пылинок с ковра, а на выяснении фактов из прошлого жертвы и тонкостей ее отношений с окружающими. Можно сказать, что сыщик вооружен лопатой и упорно роет землю как внутри круга, так и делая подкопы за его пределы, и в конце концов извлекает из ямы убийцу и его скрытый мотив.

И вот теперь я подхожу к тому, что называю современным классическим детективом. “Ребус”, “мозаика”, симбиоз трех основных направлений. Круг, в котором находятся и жертва, и подозреваемый. А также сыщик, который и роет землю, и “пускает стрелы” во все стороны, выходя за пределы так называемого круга. Он находит преступника! Но не “чертика из табакерки”, не человека со стороны, случайного убийцу, а именно персонаж, изначально входивший в тот узкий круг. То есть основной принцип “закрытости” детектива оказывается соблюденным.


В современных детективных произведениях очень часто автор не скрывает преступника от читателя. Нет, конечно, он не называет его по имени. Автор нарекает злодея каким-нибудь жутким или романтическим прозвищем. Это может быть романтический “Поэт” Майкла Коннелли, “Копатель” Д. Дивера. Примеры можно продолжить. Но, когда мы узнаем настоящее имя преступника, то убедимся, что автор уже называл его, и этот “герой” находился в “закрытом кругу”, что и является основным признаком классического детектива английской школы. Только нежелание раскрывать секреты конкретных произведений в этой статье не позволяет мне привести примеры для подтверждения моих выводов.

В современных классических детективах соблюдаются все “правила игры”, все основные признаки классического детектива английской школы. Даже сыщики часто “ходят парой” — почти как Холмс и Ватсон. Это Линкольн Райм и Амелия Сакс Джеффри Дивера; Майрон Болитар и Уин Хорн Локвуд Харлана Кобена.

Элиз Андриоли — серийная героиня Брижит Обер или же Гарри Босх Майкла Коннелли, хоть и действуют в одиночку, но в каждой книге у них есть новый помощник.

Главные серийные герои мастеров современного классического детектива очень редко, а зачастую вообще не применяют грубую физическую силу или оружие. Более того, авторы, пишущие в этом жанре, по моему личному мнению, специально ставят их в такие условия. Элиз Андриоли, героиня Брижит Обер, стала жертвой террористического акта, и теперь она прикована к инвалидному креслу, лишена зрения и речи, а с окружающими общается при помощи записок, которые пишет вслепую здоровой левой рукой. Серийный герой Джеффри Дивера, Линкольн Райм, один из лучших криминалистов страны, гений в области судебной экспертизы, стал инвалидом в результате несчастного случая и не может сам проводить расследования. Физические недостатки героев оставляют им только одно оружие — “little grey cells”, учитывая, конечно (как же иначе!), научно-технический прогресс.


В жанре современного классического детектива пишут Майкл Коннелли, Джеффри Дивер, Харлан Кобен, Ли Чайлд, Кристофер Фаулер, Серж Брюссоло, Брижит Обер, Пол Доуэрти. И, конечно же, “мастер невозможного преступления”, Поль Альтер. Таких мастеров жанра немного. Хотя, кто знает, возможно, есть и другие авторы, которые упрямо игнорируются российскими издательствами.

И в завершение своей статьи я хочу обратить ваше внимание на пару дополнительных наблюдений. Есть целая когорта прекрасных авторов, которые вроде пишут в поджанре “классический детектив”, но не имеют отношения к этому направлению детективной беллетристики. Приведу наглядный пример.

На обложках книг Элизабет Джордж пишут: “если бы Агата Кристи писала сейчас, то она бы это делала, как Э. Джордж” или “современная Агата Кристи”. Я никак не могу с этим согласиться. Произведения этой довольно популярной английской писательницы никоим образом нельзя отнести к английской классической школе детектива. От этого жанра в них остались только место действия — милая тихая английская деревня; мотив — “семейность” и иногда “закрытость”. Все расследование основано на натяжках, случайностях и прочих “прелестях” hard-boiled. То же в равной степени относится и к творчеству Вэл Макдермид, Фред Варгас, Иэна Рэнкина и др. Эти авторы пишут отличные детективы, но в другом жанре, не имеющем отношения к “современному классическому детективу”. Условно его можно назвать “мягкий hard-boiled”.

Сегодня детективный жанр переживает в Соединенных Штатах упадок. Он стал реалистическим и рассказывает о насилии, включая сексуальную агрессию. Так или иначе, жанр умирает. Интеллектуальные истоки детектива забыты. Кое-как они еще удерживаются в Англии, где до сих пор пишут безмятежные романы, действие которых разворачивается в английской деревушке; в них все расчислено, все безмятежно и не угрожает ни насилием, ни чрезмерным кровопролитием”, — писал Хорхе Луис Борхес в 1978 году.

При всем моем уважении к этому мастеру слова — он поторопился хоронить мой любимый жанр! На дворе 2010 год, а “больной” все еще жив, хотя все так же дышит на ладан. И все так же слышны заупокойные голоса.


[2010]


Текст предоставлен автором