litceysel.ru
добавить свой файл
1 2 ... 30 31



МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РФ

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

СТАВРОПОЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

СТАВРОПОЛЬСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АССОЦИАЦИИ

ЛИНГВИСТОВ-КОГНИТОЛОГОВ


Г.Н. МАНАЕНКО


ИНФОРМАЦИОННО-ДИСКУРСИВНЫЙ ПОДХОД К АНАЛИЗУ ОСЛОЖНЕННОГО ПРЕДЛОЖЕНИЯ


СТАВРОПОЛЬ 2006


УДК 801.561.3

8.070

ББК

М


Рецензенты:

Ю.И. Леденев, доктор филологических наук, профессор;

А.Л. Факторович, доктор филологических наук, профессор;

К.Э. Штайн, доктор филологических наук, профессор.


Манаенко Г.Н. Информационно-дискурсивный подход к анализу

осложненного предложения: Монография / Предисловие К.Я. Сигала. – Ставрополь: Изд-во , 2006. 263 с.


В монографии на основе исследования функционирования осложненного предложения в публицистических текстах рассматриваются актуальные проблемы теории языка и теории журналистики. Обосновывается и разрабатывается информационно-дискурсивный подход к анализу языковых единиц, интегрирующий достижения различных областей гуманитарного знания.


ISBN


© Манаенко Г.Н., 2006

© Сигал К.Я. (предисловие), 2006

© Издательство , 2006


4

ПРЕДИСЛОВИЕ 5

ВВЕДЕНИЕ 10

1. ОСЛОЖНЕННОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ И ПРЕДПОСЫЛКИ ИНФОРМАЦИОННО-ДИСКУРСИВНОГО ПОДХОДА 15

К ЕГО АНАЛИЗУ 15

1.1. Состояние и задачи исследования осложненного предложения 15

1.2. Положения когнитивной науки и теории речевой деятельности в аспекте информационно-дискурсивного подхода 23

1.3. Лингвистические идеи М.М. Бахтина в аспекте информационно-дискурсивного подхода 32

1.4 Соотношение семантический уровень, внутренняя речь и ментальный лексикон в аспекте информационно-дискурсивного подхода 44


Выводы 58

2. ОСНОВАНИЯ ИНФОРМАЦИОННО-ДИСКУРСИВНОГО ПОДХОДА К АНАЛИЗУ ЯВЛЕНИЙ ЯЗЫКА 62

2.1. Соотношение человек – информация 62

2.2 Соотношение информация – язык 72

2.2.1. Соотношение сознание – идеальное 72

2.2.2. Соотношение идеальное – язык 86

2.3. Соотношение язык – дискурс 102

2.4 Соотношение дискурс – информационное пространство 116

Выводы 125

3. КОНСТИТУТИВНЫЕ СВОЙСТВА СИСТЕМЫ ОСЛОЖНЕННЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ 129

3.1 Пропозиция в аспекте осложнения предложения 130

3.1.1. Пропозиция как семантическая структура знания 130

3.1.2. Коммуникативный компонент пропозиции 141

3.2. Переходность как системообразующий фактор осложненного предложения 146

3.3. Соотношение предикации и предикативности в аспекте осложнения предложения 157

3.4 Взаимодействие синтаксических единиц разных типов при организации информации в тексте 163

3.5. Сущность осложнения предложения и система осложняющих категорий 171

Выводы 187

4. МЕТОДЫ И ПРИЕМЫ АНАЛИЗА ОСЛОЖНЕННОГО ПРЕДЛОЖЕНИЯ 192

4.1 Анализ «от системы» (структурно-семантический): предложные осложняющие конструкции со значением пространства и времени 192

4.2. Анализ «от автора»: осложняющие конструкции как средство отражения авторских интенций 205

4.3. Анализ «от дискурсной формации»: вводные конструкции как прием реализации задач публицистического текста 213

4.4. Анализ «от жанра»: осложненное предложение при организации содержания и структуры комментария 221

4.5. Анализ «от содержания»: этический аспект организации информации в аналитическом жанре публицистики 226

Выводы 237

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 242

БИБЛИОГРАФИЯ 250

ПРЕДИСЛОВИЕ



Как известно, термин «осложненное предложение» был введен в тезаурус русской синтаксической науки А.Г. Рудневым в конце 1950-х годов [Руднев 1959]. Начиная с этого времени синтаксис осложненного предложения стал одним из основных разделов в описании синтаксического строя русского и многих других языков. При этом если в русистике нередко утверждают, что осложняющие предложение конструкции относятся к вторичным, дополнительным, периферийным явлениям (возможно, на такое решение наталкивает и сама внутренняя форма термина «осложнение»), то в других языках, в частности в тюркских, осложненное предложение является наиболее предпочтительным средством выражения целого ряда синтаксических значений (например, семантики блока обусловленности). Поэтому за термином «осложненное предложение» не может, скорее всего, стоять типологически однородное понятие (кстати, лингвистическая типология пока еще не открыла для себя эту сферу синтаксической «упаковки» мыслеречевых форм), равно как не установлено до сих пор и стоящее за ним единое, цельное лингвистическое понятие вообще. Это вытекает, на наш взгляд, из того, что за прошедшие с момента выхода книги А.Г. Руднева полвека даже в русистике не удалось выработать общепринятых критериев синтаксического обобщения осложняющих предложение конструкций. Достаточно сказать, что в различных синтаксических исследованиях неодинаков состав осложняющих конструкций (так, однородные члены предложения, по мнению целого ряда русистов, не осложняют предложение, а расширяют его структуру на уровне отдельных членов предложения, и, наоборот, средства номинализации, в том числе девербативы и деадъективы, рассматриваются некоторыми синтаксистами как осложняющие структурно-семантическую организацию предложения), неизоморфны принципы их выделения (семантический, синтаксический или же тот и другой вместе, логико-грамматический, коммуникативный), не вполне ясно выстраиваются парадигматические связи осложненных предложений с соотносительными простыми и сложными предложениями и т.д. и т.п. Возможно, именно поэтому синтаксисты нередко высказывают мнение о том, что осложненное предложение – это гипероним (родовое имя), востребованный школьной грамматикой, в которой необходимо было каким-то единым термином обозначить разнообразные структурные вариации простого предложения в речи, тогда как теоретический синтаксис вполне может обойтись без этого термина-понятия. Однако ни один вдумчивый синтаксист никогда не согласится с такой крайней точкой зрения, поскольку одной из важнейших социальных функций науки о языке является адекватное описание живого, функционирующего и развивающегося национального языка, а в русском языке широко употребляются и усиливают его экспрессивный потенциал различные конструкции, создающие особый тип предложения, обладающий свойствами как простого (по структуре), так и сложного (по семантике) предложения. И следовательно, поиски интегральных признаков всех этих конструкций и тем самым дальнейшая разработка понятия «осложненное предложение» не только не лишены эвристической ценности, но и в высшей степени значимы для русской синтаксической науки.

И вот перед нами еще одна книга, посвященная исследованию осложненного предложения в русском языке. Что же нового вносит ее автор, Г.Н. Манаенко, в научные представления об осложнении и в методологию анализа этого синтаксического явления?

Свой подход к осложненному предложению автор книги называет информационно-дискурсивным. Он составляет общеметодологическую установку исследования и заключается в том, что синтаксическое явление (в данном случае – осложненное предложение) раскрывает свою природу при взгляде на него не только и не столько с имманентно-структурных позиций, сколько при рассмотрении его в контексте речемыслительной деятельности говорящего, передающего определенную «порцию» информации в дискурсе того или иного типа. Подобный методологический подход можно охарактеризовать как антропоцентрический, ибо в нем в фокусе внимания находится не синтаксическая единица, а человек, выбирающий и употребляющий ее, и как когнитивный, ибо в нем строятся предположения о том, как осуществляется переработка (в смысле processing) информации при порождении речевого высказывания и какие дискурсивные факторы влияют на этот латентный процесс. Отсюда следует, что данный методологический подход вписывается в систему постулатов так называемой когнитивной лингвистики в ее отечественном варианте (см. [Кубрякова 2004]), но у него есть и одно существенное отличие, заключающееся в том, что он, помимо общей методологической установки, содержит набор конкретных методических приемов анализа осложняющих конструкций (или категорий, в терминологии автора книги) в когнитивно-дискурсивном аспекте, позволяющий уйти от априорных утверждений о сущности языка вообще и исследуемых синтаксических явлений в частности и в ходе непосредственного лингвистического анализа, собственно и составляющего компетенцию языковеда, раскрыть структурацию стоящих за осложняющими конструкциями знаний и дискурсивную обусловленность их употребления. Весьма примечательно и то, что эти методические приемы дают возможность строить анализ осложняющих конструкций с разных гносеологических позиций: «от системы», «от автора», «от дискурсной формации», «от жанра», «от содержания», – обнаруживая многофакторную детерминацию их функционирования в речи. Тем не менее все эти методические приемы не выходят за рамки описательного (дескриптивного) метода, тогда как введение человеческого фактора в синтаксическое исследование, безусловно, требует привлечения широкого спектра психолингвистических экспериментальных методик (см. в связи с этим [Сигал 2004]). Заметим, что многие положения, выдвигаемые Г.Н. Манаенко, вполне могут быть экспериментально верифицированы.


В синтаксисе осложненного предложения как разделе русской синтаксической науки можно выделить два направления поисков интегральных признаков осложнения: условно назовем их «умеренное» и «радикальное». Для «умеренного» направления характерно введение двух или более частных интегральных признаков (например, семантические субпризнаки «дополнительная предикативность» и «внутрирядные отношения» в общеизвестной концепции А.Ф. Прияткиной) и обобщение лишь соответствующих этим признакам осложняющих конструкций в два или более класса, в свою очередь объединяющихся благодаря тому, что составляющие их осложняющие конструкции создают особый тип предложения-высказывания, обладающий признаками как простого, так и сложного предложения. При «умеренном» подходе избирается путь синтаксического анализа «от частного к общему», а главное, допускается неполный охват традиционно квалифицируемых как осложняющие конструкций (ср., в частности, вводные и вставные конструкции или обращение). Для «радикального» направления, к которому, на наш взгляд, можно отнести Г.Н. Манаенко, характерно введение одного интегрального признака, объединяющего в одну суперкатегорию всевозможные осложняющие конструкции, и дальнейшее членение единой категории осложнения на субкатегории в соответствии с целым рядом дифференциальных признаков. Тем самым при «радикальном» подходе избирается путь синтаксического анализа «от общего к частному», а также предполагается включение в состав осложняющих не только традиционно квалифицируемых подобным образом конструкций, но и конструкций, получавших в синтаксической традиции иную трактовку (ср., например, парцелляцию или синтаксические конструкции чужой речи у Г.Н. Манаенко). По сути дела, единственным предшественником автора книги в таком подходе к осложнению в русской синтаксической науке является Л.К. Дмитриева, концепция которой сложилась еще четверть века назад (см. [Дмитриева 1981]).

Осложнение предложения рассматривается в книге как языковое средство, создающее в линейном развертывании речи многомерность за счет перераспределения информации в высказывании и оценки ее коммуникативного ранга и степени иллокутивной выделенности в «возможном мире» говорящего. Реализуясь в простом по структуре предложении, осложняющие категории, по наблюдениям автора, прежде всего обращены к тексту (ср. в связи с этим разработку понятия «текстопроницаемость» применительно к сочинительным конструкциям в [Сигал 2004, 144-151 и сл.]). В любом осложненном предложении, согласно Г.Н. Манаенко, отображены как минимум два коммуникативных действия, в «снятом» виде представленные двумя пропозициями, одна из которых – основная, а другая – комментирующая. Отсюда вытекает, что языковая специфика осложненного предложения заключается в том, что в нем вербализованы две коммуникативно неравноценные единицы информации. Иными словами, интегральным признаком всех осложняющих конструкций является понижение ранга коммуникативной ценности (или приоритетности) информации и тем самым маркирование ее комментирующего статуса. При дополнительном учете четырех перекрещивающихся рядов дифференциальных признаков в книге определяются типы осложняющих конструкций (см. их обобщение в схеме № 2). Так, например, сочинительный ряд трактуется как синтаксический результат «слияния» (по характеру «внутреннего» коммуникативного действия говорящего), «представления» (по типу речемыслительного действия), выражения логической пропозиции (по характеру пропозиций), «редукции» (по характеру «внешнего» коммуникативного действия говорящего) и благодаря совокупности этих дифференциальных признаков образует особый тип осложняющих категорий (или конструкций).


В свете общей методологической позиции автора книги осложнение интерпретируется как дискурсивно преднастроенный блок синтаксических категорий, маркирующих иллокутивную асимметрию двух или более пропозиций (= «квантов» информации) и делающих каждую из осложняющих конструкций конкурентноспособным средством синтаксического построения текста.

Безусловно, книга Г.Н. Манаенко вызовет споры среди синтаксистов, так как в ней, с одной стороны, ставятся проблемы, не относившиеся ранее к вéдению синтаксиса осложненного предложения, а с другой стороны, многие проблемы данного раздела русской синтаксической науки, решаемые в традиционном плане, освещены по-новому и принципиально иначе. И тем не менее мы с радостью представляем уважаемому читателю эту книгу, богатую идеями и содержащую образцы тонкого и проницательного анализа речевого материала. Будем надеяться, что книга Г.Н. Манаенко оживит дискуссии в области синтаксиса осложненного предложения и привлечет к этой синтаксической проблематике внимание новых поколений лингвистов.

Литература



Дмитриева Л.К. Осложняющие категории и осложнение предложения в современном русском литературном языке: АДД. – Л., 1981.

Кубрякова Е.С. Язык и знание. – М., 2004.

Руднев А.Г. Синтаксис осложненного предложения. – М., 1959.

Сигал К.Я. Сочинительные конструкции в тексте: опыт теоретико-экспериментального исследования (на материале простого предложения). – М., 2004.


Сигал К.Я.,

доктор филологических наук, профессор,

заведующий отделом экспериментальных исследований речи

Института языкознания РАН



следующая страница >>