litceysel.ru
добавить свой файл
  1 ... 111 112 113 114 115

286 — ИУДЕЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ



«Равно как тело человеческое состоит из членов и частей разного ранга, воздействующих друг на друга и взаимно противодействующих с тем, чтобы сформировать цельный организм, так и этот огромный мир построен из иерархии сотворенных вещей, которые, взаимодействуя между собой и противодействуя друг другу, образуют в буквальном смысле единое органическое тело».

Зогар

287 — АТАКА НА КРЕПОСТЬ «СОЛОМЕННЫЕ ГОРКИ»



Это злодеи любители. Должно быть, Стефания приказала им разрушить наш танатодром. Сквозь окна первого этажа и магазина мы видели, как они крушили все вокруг бейсбольными битами и велосипедными цепями.

Рауль пихнул меня локтем.

— Ты и я против слабоумных?

Эти слова тут же заставили меня нырнуть в прошлое. То самое прошлое, когда мы с ним еще были лучшими друзьями на свете и когда он так поразил меня своим голосом, направив его против почитателей Вельзевула. Задача была трудной, но мы все равно одержали верх. Здесь же победа казалась вне досягаемости. Но видеть, как громят магазин моей матери, как треснувшие стеклянные шары сувениры истекают своими снежинками, как рвут плакаты с картинами Рая, как топчут футболки, пририсовывают к фотографиям Амандины усы и прочие непристойные штуки — это привело меня в бешенство.

Мы ворвались сквозь распахнутую дверь. Поначалу на нас никто не обратил внимания. Рауль смог даже вытащить длинную стальную трубу, на которой раньше висел большой плакат, и сунул ее мне в руки.

Он передал мне эстафетную палочку. Я сразу забыл, как мы злились друг на друга, забыл, как он стал алкоголиком. Я крепко стиснул в руках свое импровизированное оружие.

Мы вместе. Он и я против слабоумных. Он и я против всего мира.

Он тоже схватил себе трубу, из алюминия. Метров в десяти от нас шуровала парочка довольно страшных хулиганов, волосатые, вонючие, все в татуировках из черепов и адских картинок, на мордах застыла гримаса злобы и дикости.


Один из них кромсал ножом карту Рая, а второй рвал зубами куклы наиболее популярных ангелов.

— А ну стоять! — рявкнул Рауль.

Они обалдели от такой наглости. Им казалось, что в этом кротком мире уже никто не мог осмелиться встать на пути их разнузданных рейдов. Они глумились над бессилием полиции и солдат, считали себя непобедимыми.

На мгновение застыв от неожиданности, они быстро пришли в себя. Самый здоровый пошел навстречу, почти улыбаясь. Он протянул было руку, будто собираясь схватить одного из нас, а потом резко ударил меня ногой в пах. Этого то я не ожидал. Я совсем забыл, что адепты Зла не уважают никаких правил и не имеют кода чести.

Я упал на колени, сложившись перочинным ножиком. Краем глаза я заметил, как Рауль прыгнул с места, в полете попав концом своей алюминиевой трубы по голове моему обидчику. Второй бандит приземлился на него сверху.

Магазин превращался в сцену побоища. Я вскочил на ноги и что было сил бросился в атаку. К моему великому удивлению, я выступал не так уж плохо. Может, войны за Рай придали мне больше уверенности в себе? В конце концов, разве не я завалил хашишинского предводителя? (Ладно, пускай с помощью Амандины, но было же такое!)

Я ухватил наперевес гипсовую статую Феликса и с размаха врезал ею по голове верзилы. Того как подрубило. Спасибо, Феликс. Второй тип не стал разбираться, что к чему, и ринулся по лестнице наверх искать подкрепления. Мы за ним.

На седьмом этаже мы застали врасплох четверку здоровяков, вооруженных топорами и забавлявшихся тем, что все кругом превращали в мелкие кусочки. Они уже уничтожили пусковые кресла, разбили управляющие экраны и осциллографы полетных датчиков.

Один из них, выглядевший предводителем, мне кое кого напомнил. Узнавание было взаимным.

— Ты смотри, кто к нам пожаловал, — сказал он.

Рауль его тоже узнал. Мартинес. Наш школьный враг, которому мы спасли жизнь в эпоху первых танатополетов. Мне пришел на ум один из уроков Мейера: «Если кто то причинит вам зло, а вы не отомстите, то он захочет гадить вам еще больше. Если кто то причинит вам зло, а вы не только не отомстите за себя, но еще и спасете ему жизнь или сделаете добро, то ненависть его не будет знать границ. Но все равно надо любить своих врагов, тем более что это им сильно действует на нервы».


Именно такая ситуация. Ничуть не признавая наших заслуг за спасение его жизни в опасных экспериментах тюрьмы Флери Мерожи, Мартинес считал, что мы украли у него шанс стать знаменитым вместо Феликса. Он кинулся с топором на Рауля, который неуклюже попытался защититься своей трубой. Одним ударом ее рассекло пополам.

В этот же миг на меня прыгнули два мерзавца.

Непонятно как изловчившись, Рауль ногой выбил топор из пальцев Мартинеса. Зловещее оружие забряцало по полу.

— Щенок, я тебе кожу сдеру! — пообещал наш бывший школьный товарищ.

Он захватил голову Рауля в замок и стал давить. Но мой худощавый и гибкий друг вывернулся и в свою очередь обнял его за талию.

У меня не было времени следить за развитием их отношений. Оба моих противника уже повалили меня и мы боролись как мальчишки, я драл их за волосы, а они царапали мне шею своими грязными ногтями. Мы катались по полу. Враги уже начинали брать надо мной верх, как тут раздался громкий голос:

— Ребята, я здесь!

К нам на подмогу мчался Максим Вийян, вооруженный нунчаками. С этими восточными палками он выглядел нелепо, но подкрепление было как нельзя кстати. Вот что значит иметь друзей.

— Зови полицию! — крикнул я.

— Не поможет, — отозвался Вийян. — Они за свою карму дрожат!

Бардак был кромешный. В воздухе носились подозрительные предметы, отыскивая первую попавшуюся морду, над головами свистели бейсбольные биты, сопровождаемые сочными ударами кулаков по мясу. Мы так увлеклись увертыванием от ударов и удушений, что не обращали внимания на рев мотоцикла, рвущегося вверх по ступеням лестницы.

В амбразуре входной двери возник силуэт.

Стефания.

— Сидеть! — скомандовала она.

В ее кулаке матово отсвечивал пистолет калибра 9 мм. Мы подняли руки.

Круглотелая итальянка изрядно сбросила в весе в своих лесах. Каштанами и бурундуками особенно не наешься. Она была великолепна в большой шляпе, черный верх, красный низ. Немножко даже напоминала мои фантасмагорические видения с третьей территории. Она с наслаждением взирала на нас.


— Давненько мне хотелось с вами побеседовать, — сказала Стефания.

— Хватило бы и телефонного звонка. Могли бы договориться о встрече, — дразнясь, ответил Рауль.

Судя по всему, она не уважала чувство юмора своего бывшего мужа. За спиной Стефании заворчали ее приспешники.

— Хватит валять дурака, Рауль, — презрительно бросила она тоном военачальника, которым, в общем то, и была.

— Но я тебя слушаю, Стефания, — елейным голосом произнес я.

— Знайте, что я со своими людьми пришла сюда, чтобы уничтожить танатодром. Я много об этом думала, Рауль, очень много. Мы ошибались. Мы шли по неверному пути с самого начала. Надо убить монстра, что мы создали.

Мартинес, поминутно сплевывая кровь и потирая щеку, предложил:

— Может, тогда начнем с этих?

— Нет, — твердо заявила Стефания. — Это мои друзья.

Она подошла ко мне и легко коснулась плеча:

— Вы все мои друзья. Мишельчик, Рауль, Максим. Я никогда не сделаю вам плохого. Но вот это — это все надо снести с лица земли. За работу! — скомандовала она.

И ее банда опять принялась все ломать, все крушить.

Они раздирали пусковые троны, разбивали аппараты, швыряли об пол бутыли.

— Рауль, — просительным тоном обратилась Стефания, все еще поигрывая перед нашими носами пистолетом. — Ради всего святого, поставь ты точку на танатонавтике. А не то будет худо.

Рауль опустил руки и шагнул к ней. Я думал, она выстрелит, но не одного ядра не вылетело из пушки, когда он прильнул к губам итальянки.

Прав был Мейер, когда говорил, что «все равно надо любить своих врагов, тем более что это им сильно действует на нервы!» Все сконфузились и разгром на мгновение прекратился волшебной силой поцелуя. Слишком волшебной. Мартинес не мог ее вынести, эту силу. Воспользовавшись всеобщим обалдением, он подобрал с пола топор и вонзил его Раулю в спину.

Все произошло так быстро, что я не успел среагировать.


Рауль широко распахнул удивленные глаза, но потом, поняв, что его убивают, он улыбнулся и с еще большей жадностью обнял Стефанию. Он любил ее и хотел уйти с поцелуем. Он открыл смерть, конечный смысл жизни и все же, приближаясь к своей собственной гибели, он думал только о последнем мгновении наслаждения. Еще немного полюбить на этой земле, прежде чем отправиться в другое место.

Потом он упал на колени, ушедший по самый обух топор торчал из под лопатки.

— Скорей, — закричал я, — еще не поздно, надо починить хотя бы один пусковой трон и мы его вернем, пока его душа не достигла мира мертвых!

— Нет! — вскрикнула Стефания, в голосе дрожали всхлипы. — Нет, дайте ему умереть спокойно.

Она подала знак своим головорезам и нас с Максимом скрутили.

Со связанными за спиной руками я пополз к Раулю. Он еще не совсем ушел. Он открыл глаза, узнал меня, улыбнулся и пробормотал слова, которые я один мог слышать:


Оборваны путы. Бросаю на землю

Все зло, что во мне обреталось,

Могучий Озирис! Узри мя, молю!

Лишь только сейчас я рождаюсь!


Он попытался обхватить ноги итальянки и затем вздрогнул последний раз.

Мы потеряли время, я был вне себя от бешенства. Но Стефания уже приняла решение: Рауль должен умереть «нормально». Как это было раньше, чтобы никто не пытался его вернуть. Раньше, подумал я, люди умирали и все занимались только их похоронами и своей скорбью. И если в наши дни было можно вернуть умирающего, теперь об этом, похоже, придется позабыть.

Душа Рауля ушла с поцелуем, последним воспоминанием об этом нижнем мире

Да, красивая смерть, ничего не скажешь! Хотел бы я, чтобы и у меня была такая. Мне пришло в голову, что Рауль знал, как надо любить. Он любил своего отца до такой степени, что пошел на всю эту авантюру. Он любил свою мать до такой степени, что сумел простить ее за недостаточную к себе любовь. Он любил меня до такой степени, что смог увлечь вслед за собой. Он любил Амандину. Он любил Стефанию. Мейер говорил: «Очень трудно любить по настоящему. Но на это отпущена только одна жизнь, так что ошибка недопустима».


Труп Рауля лежал в руках Стефании. Ее глаза заволокло влагой. Вокруг нас ее приспешники уже не знали, что делать дальше. Их предводительница плачет: это же идет вразрез всем заповедям Зла! Они стояли с опущенными руками.

— Ладно, пошли, — сказала она.

Застреляли мотоциклы. Злодеи испарились, как будто их и не было.

Я смотрел на тело моего друга. Телесная оболочка уже, наверное, освободилась от души. Можно ли вернуть ее в эту груду плоти?

Слишком поздно, должно быть, душа Рауля уже на оранжевой территории, смешавшись с миллиардами покойников. Мы никогда его не вернем. Лишь когда я осознал, что он умер, безвозвратно умер, я понял, что он был моим братом. Моим единственным, настоящим старшим братом.

Я хотел выть на луну, как волк. Аууууу! Но никто не понимал, что это был мой единственный, естественный способ избавиться от душевной боли. Когда умирает твой лучший друг, надо не выть по волчьи, а плакать. Весь мир это знает.

288 — УЧЕБНИК ИСТОРИИ




В 2068 году Максим Вийян, один из столпов танатонавтики, заявил:

«Пока человек смертен, он может расслабиться».

Таков был его ответ, брошенный через столетия американскому философу Вуди Аллену.

Действительно, что может быть страшнее бессмертия? Можете представить себе жизнь, что не прекращает тянуться, повторяться, продолжаться до бесконечности?

Все быстро наскучит, люди станут мрачными, разочарованными, раздраженными. Со временем исчезнут цели, потом надежды, потом ограничения, потом страх. Люди будут проживать дни впустую, машинально, не радуясь ничему. Правительства будут править вечно. Все станет заблокировано самыми сильными, которые никогда не состарятся. Никто не сможет положить конец своей собственной жизни.

Бессмертие в тысячу раз хуже смерти.

К счастью, наши тела стареют, наше время на этой земле ограничено, наши кармы возобновляются, каждая последующая жизнь наполнена сюрпризами и обманами, радостями и предательством, злобой и великодушием.


Смерть незаменима для жизни. Так расслабьтесь… потому что мы, к счастью, когда нибудь умрем!

Учебник истории, вводный курс для 2 го класса

289 — ЭКТОПЛАЗМА РАЗОРБАК



Архангел Гавриил принял эктоплазму Рауля Разорбака со всем пиететом, подобаемом Великому Посвященному.

— Ну вот и чудненько, — констатировал он, завидя Рауля.

Посовещавшись в кулуарах, три архангела вспомнили, что в случае Великого Посвященного нет никакой нужды взвешивать душу или торговаться насчет будущей жизни. Такая душа уже и так в курсе всего. Процедура, таким образом, будет решительно иной.

Архангел Рафаэль вкратце пояснил Раулю, что именно его заслуги в прошлых жизнях позволили организовать эту достаточно скоротечную смерть — топором по спине. Именно эти заслуги позволили ему получить доступ ко всему знанию, что он хотел обрести и, в особенности, стали предпосылкой его производства в чин Великого Посвященного. Но все же не наступило еще то время, чтобы его душа могла быть трансформирована в чистый дух: Рауль слишком грешил гордыней, увлекался пьянством и отличался некоторой, небольшой, впрочем, мстительностью.

Тем не менее, раз он был Великим Посвященным и принимая во внимание его качества, позволившие взойти до такого ранга, обычай требовал, чтобы архангелы оставили в стороне свои судейские прерогативы. Другими словами, эктоплазме Рауля Разорбака предоставлялась возможность самой выбрать себе следующую реинкарнацию.

Душа нашего друга благодарно раскланялась. Она лучше всех знала, что и впрямь не обладала шестьюстами баллами, нужными для прекращения цикла.

— Хотелось бы реинкарнировать деревом, — объявила эктоплазма Разорбак.

— Чего?! — перепугался архангел Гавриил.

— Деревом, — твердо повторил Рауль.

Архангел Михаил попытался было его урезонить.

— Постойте ка, вы же сами отлично знаете, что сознание эволюционирует от минерала к растению, от растения к животному, от животного к человеку. Мы резервируем такой тип регрессии только для законченных негодяев. Дерево — это же вас недостойно!


— Может быть, но я так устал! Я полностью отдаю себе отчет в своих словах, но настаиваю, чтобы вы предоставили мне такую регрессию. Даже животные, и те слишком суетливы. Я хочу вернуть себе неподвижность растения. Для меня это будет не регрессией, а утешением.

— Ну что ж, если такова ваша воля…, — вздохнул архангел Гавриил.

— Очень хорошо, — оживилась душа. — Давайте посмотрим, что вы можете мне предложить из растительного ассортимента. Должна найтись где то парочка растений, прямо сейчас занятых совокуплением, скажем, пыльца маргаритки, обволакивающая тычинку… э э… маргарита. Поместите меня в зернышко, клубенек, луковицу! И я всю жизнь буду тянуться к солнцу, пребывая в просветленной неподвижности. Покой, наконец то покой!

— Но у растений не бывает целиком спокойной жизни! — воскликнул архангел Рафаэль. — Их лупит ветер, объедают травоядные, топят ливни, животные и люди давят, даже не замечая.

— Да, но раз у растений нет нервной системы, они от этого не страдают.

Один из серафимов спроецировал пузыри с изображением растений любовников. Все это очень поэтично. Рауль с архангелами сообща принялись их критически разглядывать.

— Эй, смотрите, вот! — показал рукой архангел Михаил. — Семечко винограда проклевывается во Франции. Это Шато Икэм, великолепный сорт. Вы только посмотрите, какой благородный экземпляр! Прекрасная почва, достаточная влажность, любящие, заботливые виноградари. Да, пожалуй, это любопытная мысль — обернуться хорошей виноградной лозой.

Рауль с нежностью взирал на куст, который готов был стать его родителем. Он нашел своего будущего отца немного узловатым, но вполне симпатичным. Вот так он решил превратиться в изюм.

290 — ФИЛОСОФИЯ ИНДУИЗМА



Для каждого имеется своя Книга жизни . Жители Востока называют такие книги «Архив хассидов». На их страницы нанесены деяния и мысли прошлых жизней каждого человека, а также жизней будущих, необходимых для умиротворения кармы. Дух может выбирать, с чего начать, с одной жизни или с другой, может даже решить оплатить долги, сделанные не в предшествующем существовании, а в жизни, прожитой, к примеру, в XVII ом столетии. Зло, причиненное в последней реинкарнации, может быть уже заглажено добром, совершенным еще в предшествующей жизни.


Отрывок из работы Френсиса Разорбака, «Эта неизвестная смерть»

291 — ПОЛИЦЕЙСКОЕ ДОСЬЕ



Рапорт в компетентные органы

А сейчас?


Ответ компетентных органов

Вы правы. Самое время вмешаться.

292 — ДЕДКА ЗА РЕПКУ, БАБКА ЗА ДЕДКУ…



В 2 часа 11 минут утра на тротуаре орала кошка. Кто то из страдавших бессоницей окончательно вышел из себя и, кляня на чем свет стоит проклятую тварь, распахнул окно и швырнул в нее тапком. Метательный снаряд в цель не попал, но зато врезался в лобовое стекло проезжавшей машины. Водитель резко тормознул. Тем лучше для кошки, которая в этот момент решила пересечь улицу, и тем хуже для идущего следом грузовика и его водителя, который не успел среагировать и врезался в зад передней машины.

От удара треснул бензобак. На улицу спустился народ. Пока обсуждалось, что делать с протоколом и кто платит страховку, один из зевак швырнул тлеющий окурок, попавший в приличную уже лужу. Бензин вспыхнул. Обе машины взорвались. Объятое пламенем правое переднее крыло залетело в мусорный бак, где нашла прибежище кошка. Та, обезумев от ужаса, прыгнула на груду ящиков из под консервов, где отдыхала здоровенная крыса. Спугнутый грызун, в свою очередь, кинулся на близлежащую спортплощадку.

Там, под светом уличного фонаря, упражнялась пара великовозрастных оболтусов, забрасывая мяч в баскетбольную корзину. Когда один из них увидал крысу, то подскочил от неожиданности и послал свой мяч высоко над ограждающей сеткой. Следуя по своей траектории согласно законам физики и на большой скорости, мяч влетел в стекло телефонной будки, откуда одна женщина звонила своему мужу. Под жалящими осколками та издала душераздирающий вопль. Муж ее был авиадиспетчером и разговаривал прямо со своего рабочего места. Когда испуганный крик его жены раздался в трубке, он непроизвольно дернулся и рукавом задел один из многочисленных переключателей.


Этот переключатель стоял в контуре подстройки глиссады для заходящего на посадку пассажирского самолета.

293 — ВСЕ ТОЧКИ НАД "И"



У меня на часах два тринадцать утра. Вроде я сказал все, что хотел.

Хотя нет! Я смотрю в свои записи и вижу, что позабыл показать, как нарисовать круг с центром, не отрывая карандаша.

Надо загнуть угол листа бумаги. Поставить точку у самого кончика угла, на лицевой стороне. От этой точки провести произвольную дугу до любого места на кромке загнутого участка и там остановиться. Потом, не отрывая карандаша, отогнуть угол обратно и начертить круг вокруг точки, которая будет его центром. Рисовать, так сказать, с помощью изнанки.

Вот так вы можете совершать своего рода поход в другое измерение, чтобы лучше понять какую нибудь вещь, раньше казавшуюся невозможной. Использовать другое измерение…

Рауль был прав, так как для решения определенных задач надо допустить, что можно перейти в другой тип пространства, где будешь обладать новыми правами. Именно так уходили на тот свет все мистики. Это просто расширение горизонта сознания. Сами попробуйте поиграть с этим. Как говорил Максим Вийян, единственная цель писателей должна быть такой: «привить людям дерзкое воображенние». Вообразите себе изнанку листа бумаги. Вообразите себе изнанку смерти. В литературе все возможно, так почему бы не воспользоваться ее достижениями?

Иногда, когда я просто читаю или пишу, мне действительно удается проникнуть в другие измерения.

Думаю, что то же самое относится и к судьбам. Чтобы полностью реализоваться, они должны начинаться в одной вселенной и завершаться в другой.

Если передо мной поставить сейчас те извечные вопросы — «кто я?», «откуда я?» и «куда?», — то, как мне кажется, я мог бы попробовать на них ответить.

Я знаю, что я человек, живущий здесь и сейчас. Зачем? Чтобы принять участие в открытии танатонавтики. Я знаю, что мысль человеческая способна на все: летать и проникать сквозь материю со скоростью воображения, накапливаться в книгах, все создавать, все изменять, все убивать. Я знаю, что время, пространство, знание, красота — все это заключено внутри. Все находится в центре. Снаружи нет ничего, кроме их отражения.


Я знаю, что я всего лишь труп, которому дали временную отсрочку .

Я перечитываю написанное, все, что хотелось сказать — сказано. Я все написал, теперь можно все позабыть.

Спасибо ангелам, что дали мне время поведать историю завоевания Запредельного Континента. Но должен ли я ее публиковать? Что принесет это человечеству: Добро или Зло?

Орел, я опубликую. Решка, не буду. Вечная рефлексия о времени и пространстве. Я подбрасываю монету. Она закатывается под кресло. Встав на все четыре точки, я разглядываю, чем она выпала. Орел.

А вот и заключительная фраза для моего объемистого труда: «Как ни странно, до самого последнего момента я не мог поверить, что они позволят мне написать эту кни…»

294 — ЧИТАЯ ПРЕССУ



"Мишель Пинсон, Амандина Баллю и Роза Пинсон, виднейшие пионеры первопроходцы танатонавтики, погибли прошлой ночью в результате необычного стечения обстоятельств. На их танатодром упал «Боинг 747». Катастрофа обусловлена человеческим фактором, вина за который ложится на одного из авиадиспетчеров. В настоящее время специалисты ищут в руинах «черный ящик», расшифровка данных которого позволит уточнить картину происшествия.

Их смерть была мгновенной. Эксперты полиции пришли к заключению, что в момент своей гибели Мишель Пинсон работал за письменным столом. Все бумаги обратились в пепел и теперь навсегда утрачена возможность узнать, что же этот пионер танатонавтики хотел сообщить своим современникам.

В настоящий момент они без сомнения уже прибыли в Рай, в открытие которого сами внесли столь большой вклад. Да упокоятся их души с миром".

(Читайте на следующей неделе: спецвыпуск, посвященный жизни и работе французских танатонавтов).

295 — ИНДИЙСКАЯ МИФОЛОГИЯ



Древняя индийская легенда уверяет, что в свое время люди сами были богами. Но они настолько злоупотребляли своей божественностью, что Брахма, повелитель богов, решил отнять у них божественную силу и поместить ее в то место, откуда ее невозможно извлечь. Тут трудность заключалась в том, как отыскать подходящий тайник.


Младшие боги, созванные на совет по решению этого вопроса, предложили так: «Давайте закопаем божественность человека в землю». Брахма ответил: «Не пойдет, потому что человек землю вспашет и обнаружит эту силу».

Тогда младшие боги внесли новое предложение: «В таком случае, давайте бросим божественность в самый глубокий из океанов». «Нет, — опять ответил Брахма, — потому что рано или поздно человек обследует глубины океана и нет никакого сомнения, что однажды он ее там найдет и вытащит на поверхность».

Младшие боги пришли к заключению: «Мы не знаем, куда запрятать эту божественность, так как похоже, что ни на земле, ни в океане нет места, куда в свое время не добрался бы человек».

Брахма подумал и вынес своей вердикт: «Вот что мы сделаем с божественностью человека — мы ее спрячем в самую глубину его самого, потому что это единственное место, где ему никогда не придет в голову искать».

И затем, гласит легенда, человек обошел всю Землю. Он искал и тут и там, поднимался на горы, опускался в океаны, вспахивал без устали, но никогда не нашел того, что заключено в нем самом.

Отрывок из работы Френсиса Разорбака, «Эта неизвестная смерть»

296 — УЧЕБНИК ИСТОРИИ ВОПРОСЫ ДЛЯ ПРОВЕРКИ



При подготовки к сдаче экзамена на аттестат зрелости проверьте свое знание танатонавтики, ответив менее чем за пять минут на следующие вопросы:

1.Назовите имя и фамилию танатонавта, совершившего первый официально признанный эктоплазменный полет.

2.Процитируйте знаменитое высказывание американского философа Вуди Аллена.

3.Сколько коматозных стен находится на Запредельном Континенте? (Будьте внимательны! Стен, а не территорий…)

4.Назовите три основные методики, позволяющие добиться декорпорации.

5.Что такое тахион?

6.Как звали первого танатонавта, пробившего вторую коматозную стену?

7.Где был построен крупнейший танатодром Парижа?


8.В чем заключается единственное регистрируемое проявление эктоплазменного вылета?

9.Где находится Рай?

10.Чем привлекла танатонавтика Фредди Мейера?

11.Назовите дату битвы за Рай.

12.Назовите христианские имена трех архангелов, судящих наши судьбы.

13.Как выполняется медитация с целью декорпорации?

14.Почему Стефания Чичелли стала мятежницей?

15.Как предохранить свою серебристую пуповину во время полета души?

16.Кем становятся невежды?

17.Кем становятся мудрецы?


Учебник истории для выпускных классов

297 — ПОЛИЦЕЙСКОЕ ДОСЬЕ



Рапорт в компетентные органы

Все готово. Ждем вашего приказа.


Ответ компетентных органов

За работу.

298 — ЭПОХА ЗАБВЕНИЯ



Вновь я лечу в Рай в компании своих друзей. Но на этот раз наши пуповины оборваны и мы знаем, что в этом существовании наш полет будет последним.

Мы с Розой и Амандиной погибли в своих квартирах на танатодроме «Соломенные Горки», став жертвами потерявшего контроль «Боинга». Вийян в это время был у себя на кухне и взрывом его со всего размаха швырнуло виском об угол автоматической посудомойки. Мы все вылетели в одну и ту же секунду. Без аппаратуры, без экипировки, без пусковых тронов, не нажимая ни на какие груши. Не отсчитав пресловутые «шесть… пять… четыре… три… два… один. Пуск».

Мы больше не танатонавты. Мы заурядные покойники, хотя, впрочем, довольные, что оказались вместе в этом последнем вояже.

Ходким аллюром мы проскакиваем Солнечную систему и ее окрестности. По плану скоро наступит момент выхода на финишную черту перед центром галактики.

Мы не испытываем никаких опасений у дверей смерти. Нынче Запредельный Континент стал нашим домом. Мы так часто уже бывали здесь с экскурсиями, что ничем не уступаем другим, кто ездит по курортам Палава ле Фло или Трувиль.


Я не обращаю никакого внимания на подмигивания женщины в белом атласном платье и маской скелета. Вот уже давно, как я не страшусь ее пустых глазниц и зубастого оскала.

Мы проходим по всем кулуарам самой обычной смерти. Голубой, черный, красный, оранжевый, желтый, зеленый, белый. Кажется все же, что кто то из начальства хочет побыстрее нас увидеть. Мы мчимся сквозь толпу ожидающих покойников, как будто все еще работаем танатонавтами.

Вскоре мы появляемся на горе света. Действительно, мы не ошиблись: там нас поджидают архангелы. Чтобы было удобней разговаривать, они перекрывают движение на реке мертвецов, невзирая на протесты душ торопыг.

Св.Петр выглядит расстроенным. Обычно именно он отвечает за ориентационные занятия. С незапамятных времен сюда попадали танатонавты, жаждущие исследовать Запредельный Континент. Ангелы ласково встречали этих редких посетителей и с удовольствием посвящали их в мистерии Рая. При возвращении кое кто их них распространял эти «откровения» среди остальных людей. Авраам, Иисус, Будда, Магомет и все прочие пророки приносили с собой свидетельства. Так родились Библия, тибетская Книга мертвых , Евангелие, Коран, китайская Дао де Цзин… и все прочие священные книги мира.

Ангелы возвели этих людей в ранг Великих Посвященных и те не замедлили выказать свою благодарность. Они искали, как все поколения могли бы воспользоваться их знаниями в целях улучшения, прогресса и наискорейшего совершенствования, чтобы стать чистым духом. Так Великие Посвященные внесли свой вклад, как в дело людское, так и небесное.

Все же они окружали свои «откровения» облаком тайны, мистицизма, герметического символизма. Они распространяли их в форме легенд и удивительных мифов. Ну а мы, что мы сделали? Вскрыли секрет, предали тайну и одним махом сбили с толку своих современников и посеяли на Земле невиданные доселе проблемы.

Ангелы всегда были благодушно настроены к Великим Посвященным, потому что — пока сюда не забрались мы — все такие люди были мудрецами. Мы же оказались бессовестны. Мы разбрасывали драгоценное знание направо и налево, звали за собой кого ни попадя, привели с собой толпу туристов туда, где тайна должна была остаться тайной, а секрет — секретом.


«Пока мудрец ищет правду, глупец ее уже нашел».

Архангел Гавриил вконец расстроил нам нервы своими разговорами о нашей «работе». Баталии за овладение Раем, рекламные щиты в кулуарах смерти, опубликованное гигантскими тиражами "Интервью со смертным ", кармографы на каждом углу… Ах! ну что за беспорядок! И впрямь пришло время положить конец нашей глупой суете.

— Очень хорошо, — сказала Роза. — Надо спустить нас на Землю и мы переделаем все, что натворили!

— Разбежались, — усмехнулся Сатана. — Да кому вы там нужны? Мы тут спокойно посидели, покумекали и решили, что пусть ангельская полиция этим всем и займется. Нуте ка, взгляните, что там сейчас происходит.

Херувимчик спроецировал несколько видеопузырей. Все танатодромы, большие и маленькие, официальные и не очень — взрывались под ударами молний. Пусковые троны разлетались осколками. Учебники истории танатонавтики распадались в прах. Музей Смерти при Смитсоновском институте горел синим пламенем, как, впрочем, и лавка моей матери. Эктоплазменная реклама растворялась на наших глазах. По нижнему миру несся тайфун, смахивая на своем пути последние следы танатонавтики, навсегда стирая память о ней из умов человечества. Все наши труды обращались в ничто.

— Вы хотели поиграть в богов, — высказался архангел Гавриил. — Но каждый человек должен сам понять правду. Священное знание не может быть популяризовано.

Из меня неожиданно выскочил вопрос:

— Так вот почему вы уже убили Рауля?

— Да. Он был самым первым и самым опасным из вас.

Было заметно, как в одном из обаятельных серафимов закипает гнев.

— Из за этой вашей маниакальной страсти светить, куда не следует — еще немного, и на дороге к реинкарнации появились бы фонарные столбы, подпираемые уличными девками.

Я робко попытался нас защитить:

— Мы всего лишь только люди и, как людям, нам свойственно ошибаться.

— Нет, — проворчал архангел Михаил. — Вы Великие Посвященные. Вместо того, чтобы просто поиграться в науку, вы разгласили смысл жизни и тем самым уничтожили самый двигатель существования: любознательность, жажду познавать, стремление двигаться вперед по пути к спасению.


— Но как раз этого и хотел Рауль!

— И именно поэтому он заслужил стать посвященным. Но наше знание не может подвергаться вульгаризации. Даже самые отпетые члены самых оголтелых сект, так же как и просвещенные мудрецы — все они понимали, что должны держать язык за зубами и изъясняться не иначе как метафорами. Но вы себя посчитали умнее других. Вы популяризировали смерть, всюду нагадили…

Архангелы наперебой принялись зачитывать реестр наших проступков.

— Вы рисовали и продавали географические карты Рая, — мрачно изрек архангел Рафаэль.

— Вы публиковали… туристические справочники.

— Вы придумали машины смерти.

— Вы всем повторяли наши слова.

— Вы довели лучшие души до проповеди самоубийства.

— Вы смотрите на нас без должного страха.

— Вы нас не уважаете.

— Вы принимаете нас за своих слуг, а не за учителей.

Стоявшие в очереди ожидания покойники перестали нетерпеливо вертеть головами и с интересом прислушивались к происходящему. С тех пор, как они здесь оказались, никто еще не видел архангелов, потерявших свою невозмутимость и столь бурно реагировавших на злосчастные человеческие эктоплазмы.

— Предатели, вы самые настоящие предатели!

С самого начала этих выговоров меня преследовал один вопрос. Я их прервал:

— Пусть так, но почему же вы позволяли нам это делать?

Несколько ангелов обменялись между собой сардоническими улыбками. Может, они и есть те самые «небесные полицейские», что вмешались в наши дела? По видимому, они то хотели нас обезвредить с самого начала. Это как раз другие, кто сейчас нянчится с нами, что разрешали нам продолжать.

Архангел Гавриил не растерялся:

— А мы хотели посмотреть, докуда у вас хватит наглости дойти.

— Видите ли, мы и сами иногда испытываем любопытство: на что же способны люди? — подхватил архангел Михаил честным голосом. — У них иногда бывает такой извращенный ум… Например, насчет отца Рауля уже было проведено совещание. Своей диссертацией «Эта неизвестная смерть» он перешел всякие границы. Ее публикация слишком высоко задрала бы занавес.


— Впоследствии, когда эстафету перенял его сын, мы задавались вопросом, как поступить с этими танатонавтами, что считали открытие смерти своего рода спортивным состязанием. Именно те — и я в том числе, — кому было интересно узнать, чем все это кончится, были сторонниками дать «зеленый свет». Разумеется были и противники и «небесная полиция», которая беспрестанно била в набат. Тем не менее, в самой высшей инстанции из семидесяти двух белых и семидесяти двух черных ангелов, большинство высказалось за политику «поживем — увидим». Они рекомендовали ангелам на местах, то есть нашей полиции, не паниковать. Танатонавтика, считали они, саморазрушится. Обычные люди не сумеют стать достаточно собранными, чтобы добиться успеха в критических экспериментах. Но вы оказались людьми неординарными. Вы добрались до нас и тем самым заслужили звания «Великий Посвященный». Но потом вы причинили слишком много вреда. Ох уж эти ваши агентства эктоплазменного туризма!… Но даже при всем своем желании ангелы не могли более терпеть подобные экскурсии в свой секретный мир. Точно так же они не могли больше выносить заявления людей, дескать, «я все знаю!» Вам следовало бы получше обдумать библейскую аллегорию про Адама и яблоко познания. Никогда не надо взаправду постигать абсолютное знание, надо просто тянуться к нему, вот и все…

— В любом случае, в том, что вас касается, обмен любезностями закончен, — обрубил архангел Рафаэль. — Танатонавтика умерла одновременно с вами.

— Но ведь слишком поздно, — пожаловалась Роза. — Слишком много людей читало наши работы. Опасение за свою карму уже стало всеобщей привычкой…

Архангел Гавриил прервал ее негодующим жестом.

— Вы заново грешите сомнением в наших силах. Сомневаетесь в нас, кто уже устроил Всемирный потоп, где захлебнулись все грехи человечества. После всех тех изображений, что мы вам показали, вы до сих пор считаете, что мы не в состоянии предать забвению все такие воспоминания? Все воспоминания?


— Никто не вспомнит о вашей деятельности, — объявил Св.Петр. — Вы будете не более, чем те сомнительные легенды, в которые никто по настоящему не верит, вроде Лох несского чудовища, гималайского йети или Бермудского треугольника. Без сомнения, мифы будут упоминать про танатонавтов, но — слушайте меня внимательно! — никому и в голову не придет, что танатонавтика действительно существовала. В этом я вам торжественно клянусь . Она будет что то вроде фоновой мысли в сознании наиболее восприимчивых и впечатлительных людей.

— А Стефания? — спросил я.

— И Стефания тоже все забудет. Но, в отличие от вас, она будет спасена, потому что попыталась продолжить труд Сатаны во времена, когда царила вся эта бесцветность, слюнявая доброта и предрассудки, когда мир по настоящему нуждался в серьезной встряске.

Сатана кивнул головой, вполне удовлетворенный.

Матери запаниковали:

— А Фредди младший?

— А Пимпренела?

— Тоже забудут. Да вы за них не беспокойтесь. Сын за отца не отвечает…

299 — МИФОЛОГИЯ МЕСОПОТАМИИ




"Целых шесть дней, семь ночей миновали,

Шторм и вода все еще бушевали.

Южная буря накрыла страну.

В день же седьмой солнце взрезало тьму,

Волны потопа, что длинной косой

Все уничтожив до земли пустой,

Медленно стихли и, хлынув обратно,

Ветер с собой унесли, столь превратный.

Я видел людей, превратившихся в глину,

Облепленных грязью, в корягах и тине,

Изломанных балками сброшенной крыши…

Я люк распахнул и на палубу вышел.

Солнечный свет мне ударил в глаза,

Я пал на колени и лишь тогда

Я слезы пролил, не таясь никого:

Кончилось все… Мир опять ничего!"


Эпопея Ума Напиштима, известного также под именем… Ной, в Библии.

300 — ИУДЕЙСКАЯ МИФОЛОГИЯ



Согласно Каббале, человеческий плод — великий мудрец. Уже в утробе матери он знает все секреты мира. Но за мгновение до рождения на него снисходит ангел молчания. Он прикладывает к его губам палец и говорит: «Тсс с…» С этого момента плод все забывает. Только его подсознание едва едва помнит о каких то туманных «великих тайнах». Именно из за этого ангельского прикосновения у нас всех есть вмятинка под носом: та самая ложбинка над верхней губой.

Фредди Мейер, Рабочий дневник

301 — РЕШЕНИЕ



Мы все еще перед горой света.

Ни один ангел и не подумал выступить в нашу защиту, ни ради Розы, ни ради Амандины, ни Вийяна, ни меня. Все они светились ровным сиянием, показывая, что их решение окончательное и обжалованию не подлежит. Архангел Гавриил вновь взял слово:

— Может быть, позднее, в далеком предалеком будущем, даже, наверное, через тысячи лет, здесь появятся другие Великие Посвященные, настоящие посвященные, потому что отныне мы не будем принимать туристов. Мы расскажем им о вашей авантюре и медленно, очень медленно, они узнают о вашей разведке.

Слабое утешение! Про нас напишут — кто его знает когда — какую то новую Одиссею , библию, роман… еще неизвестно, что они там напишут! Впрочем, Рауль был прав, считая, что все так называемые «мифологии» таят в себе истину.

— Что вы собираетесь с нами сделать? — поинтересовалась Амандина.

— Пойдете с общим этапом. Как и все прочие покойники, не набравшие 600 очков, вы перевоплотитесь и, разумеется, ваша новая реинкарнация ничего не будет знать о своей прошлой жизни.

Я неустанно твердил про себя: «Я танатонавт, я танатонавт, я танатонавт». Если я достаточно сильно вобью в свою душу уверенность в том, что танатонавтика действительно существовала, то — может быть — она немножко будет помнить про это в своей следующей жизни.

— Вперед шагом марш, — приказал архангел Гавриил. — Вы хотели узнать, что прячется за горой света Последнего суда, не так ли?


И он улыбнулся.

— Еще парочка шагов — и узнаете.

— Вы наконец решили нам показать самое дно Рая? — восторженно поразилась Роза.

— Да конечно, раз вы не вернетесь на Землю разбалтывать направо и налево, что удалось увидеть.

Моя жена шагнула вперед как во сне. Даже в это последнее мгновение живший в ней астроном был счастлив, что удовлетворит свое любопытство. Вот вот она узнает, что прячется с изнанки черной дыры.

— Ваша очередь, Мишель.

— Меня не будут судить?

— Великих Посвященных не судят. Я еще до вас это объяснял Раулю. Но вы уж нам, пожалуйста, доверьтесь. Вы еще молоды. За вашими плечами всего лишь сто пятьдесят три человеческие формы. Мы подготовили для вас одну вполне симпатичную реинкарнацию.

Я пошел вперед. Роза с тревогой смотрела на меня.

— Ты и я против слабоумных, — послал я ей телепатически.

Она бросилась ко мне и ее эктоплазма надолго завладела моим ртом. Губы ничего не чувствовали, но зато моя душа преисполнилась нежности.

— Ты и я, — повторила она за мной вслед.

Когда пришла моя очередь, я проник за гору света и то, что предстало передо мной, было великолепным, невероятным, потрясающим. Вот куда уходят все те, кого мы видели в других зонах Рая.

Внезапно я понял все. Как далеко мы были от истины. Никто не ожидал, что здесь на самом деле. Сказочно, просто сказочно.

Я смотрел в самую глубокую из всех глубин черной дыры и был ошеломлен, изумлен до потери дара речи. Это совершенно не то, что я думал. Меня трясло от возбуждения. Сейчас я знал.

По ту сторону смерти, там находится…

УЧЕБНИК ИСТОРИИ




ДАТЫ ДЛЯ ЗАПОМИНАНИЯ


1492 г.: Первые шаги на американском континенте

1969 г.: Первые шаги на Луне


Из учебника для 2 го класса



<< предыдущая страница   следующая страница >>