litceysel.ru
добавить свой файл
1


В. ШЕРВАРЛЫ

(г. Холм, Новгородская область)


ФАНТАСТИЧЕСКИЙ РАССКАЗ «СОН СМЕШНОГО ЧЕЛОВЕКА» В КОНТЕКСТЕ «ДНЕВНИКА ПИСАТЕЛЯ»

Ф. М. ДОСТОЕВСКОГО


В «Дневнике писателя» Федора Михайловича Достоевского за 1877 год напечатан фантастический (как он сам назвал его) рассказ – «Сон смешного человека». Рассказ странный, на первый взгляд.

В этом произведении человек, которого называют смешным и над которым все смеются, рассказывает о своем сне, после которого полностью изменилась его судьба. Он, «смешной человек», мучился из-за того, что над ним все смеялись, а потом пришел к убеждению, что «на свете везде все равно» (25; 105)1. Ночью, когда он шел домой с намерением застрелиться, его за локоть схватила плохо одетая девочка, испуганно прося о помощи, но он отогнал ее. Дома он задумался и неожиданно заснул. Ему приснилось, как он застрелился, его похоронили, он не мог пошевелиться и лежал, а когда сверху начала капать вода «воззвал к властителю всего, что совершалось с ним» о более разумной участи. И тогда с каким-то существом очутился в пространстве и прилетел на планету, на которой жили люди без греха и порока, в атмосфере счастья и любви друг к другу. Но он заразил их грехом, он и сам не понял, как это получилось. Проснулся «смешной человек» и понял истину – люби других как себя, и все устроится, и пошел проповедовать ее.

Достоевский помещает рассказ «Сон смешного человека» в публицистический контекст «Дневника писателя», эти тексты проясняют друг друга. «Дневник писателя» - ежемесячное издание, в котором все статьи были написаны Достоевским; в нем писатель высказывал свои рассуждения на разные темы, часто это были волнующие читателей и самого автора события в жизни людей и страны.

В истории литературы известны примеры, когда писатель после научного или публицистического произведения писал художественное, на ту же самую тему, которое более ярко показывало его идеи. Таковы «История Пугачевского бунта» и «Капитанская дочка» А. С. Пушкина, «История Малороссии» и «Тарас Бульба» Н. В. Гоголя.


Перед рассказом «Сон смешного человека» Достоевский поместил свою статью о начавшейся русско-турецкой войне. Как известно, весной 1875 года в Боснии и Герцеговине началось восстание против турецкого ига. В 1876 году восстание вспыхнуло в Болгарии. Турецкие каратели действовали крайне жестоко, только в Болгарии они вырезали более 30 тыс. человек. Сербия и Черногория летом 1876 года начали войну против Турции, но их армии терпели неудачи. В России ширилось общественное движение в защиту славян, на Балканы ехали тысячи добровольцев. Отовсюду неслись призывы к военному вмешательству России. Сербия потерпела поражение и сербский князь Милан обратился к царю с просьбой о помощи. 12 апреля 1877 года Александр II подписал манифест об объявлении войны Турции.

Еще в начале войны Достоевский, в своей статье апрельского номера «Дневника» за 1877 год, перед фантастическим рассказом «Сон смешного человека», заметил великую русскую силу, основанную на единстве и вере русского народа, и предугадал победу русских войск в этой войне. Он ясно высказывает свое отношение к ней, говоря, что если не встанет Россия на защиту братских народов и своей веры, то это будет предательством, а вступив в эту освободительную войну и дойдя до победы, Россия не будет вести себя как захватническая страна, а образует братский союз, который может послужить началом всемирному союзу и единению всех людей, и тогда люди будут счастливы.

Статья о войне перед рассказом «Сон смешного человека» является очень важной для понимания самого рассказа. В контексте «Дневника писателя» он уже не кажется таким странным. При внимательном прочтении здесь обнаруживается множество смысловых параллелей.

Самого «смешного человека» можно сопоставить с Россией, которая в глазах западных стран и недалеких «мудрецов» кажется смешной.

У «смешного человека» и у «смешной» России много сходства:

1) Они смешны только в чужих глазах, сами они это понимают, но для себя они не смешны. В статье Достоевский пишет: «…мудрецы всё еще, как и недавно, продолжают смеяться над народом…» (25; 95). Над русским народом, над Россией, над её решимостью воевать. Смеются, не замечая истины, не замечая народной целостности России. «Я смешной человек. <…> …они смеются надо мной» (25; 104), - говорит герой в рассказе. На самом деле «смешной человек» и Россия не смешные, а другие, поэтому те «они» и не хотят понимать их. «…они совсем не понимают России, ничего не понимают в России!» (25; 97) - восклицает Достоевский.


2) Несмотря на то, что над ними смеются, они не отказываются от своих убеждений и не пытаются стать «как все», понимают, что у них свой путь.

3) И «смешной человек», и Россия идут на самопожертвование. «Смешная» Россия - когда вступает в освободительную войну не ради себя, а ради братских народов; «смешной человек» - когда идет проповедовать истину, несмотря на смех, непонимание и восприятие его, как сумасшедшего: «Они меня называют теперь сумасшедшим. <…> Но теперь уж я не сержусь…» (25; 104).

4) Их цель – не личная выгода, а торжество истины и счастья на земле, свобода и единство людей. Не зря русско-турецкая война зовется освободительной: «…мы не только ничего не захватим у них и не только ничего не отнимем, но… <…> …получим наконец возможность… <…> …явить собою пример уже искреннего мира, международного всеединения и бескорыстия» (25; 100), а «смешной человек» (мы даже не знаем его имени!) идет проповедовать истину ради других.

Подобно тому, как сербский князь Милан обратился к русскому царю с просьбой о помощи, так и маленькая девочка в своей беспомощности схватила за локоть «смешного человека». Того, над кем смеются, принимают за глупого, или по крайней мере странного человека, слишком ничтожного для того, чтобы относиться к нему как-нибудь еще, кроме как с презрительным смехом. Так относились к России накануне войны в 1877 году и наши «мудрецы», и Европа, не верящие в Россию и её войну; такое же отношение приходится испытывать «смешному человеку». Но Россия победила, не зря Достоевский пророчил ей победу. Надеется он, что и смешному человеку люди поверят когда-нибудь, поймут его, примут его истину.

В статье Достоевский пишет об общественном пробуждении в России: «Все чувствуют, что началось что-то окончательное, что наступает какой-то конец чего-то прежнего, долгого, длинного прежнего и делается шаг к чему-то совсем уже новому, к чему-то преломляющему прежнее надвое, обновляющему и воскрешающему его уже для новой жизни…» (25; 94). Эта фраза описывает состояние «смешного человека» после его удивительного сна и пробуждения, переломный момент в судьбе героя, переход от разочарования и равнодушия к жажде жизни и стремлении проповедовать людям истину: «…а сон мой, сон мой, - о, он возвестил мне новую, великую, обновленную, сильную жизнь!» (25; 109).


Достоевский говорит с каким-то сожалением: «Нет, видно правда, что истина покупается лишь мученичеством» (25; 95), - и, читая «Сон смешного человека», становится понятно, почему «…они жаждали мучения и говорили, что Истина достигается лишь мучением» (25; 116), - рассказывает смешной человек свой сон. «Они» – это уже развращенные люди, которые ступили на путь грехопадения на некогда счастливой и безгрешной планете. До этого, пока эти люди любили друг друга и не знали пороков, они такого и не говорили. Но мы, жители Земли, не знаем и не помним такой жизни, и поэтому Достоевский говорит о мученичестве.

«Миллионы людей движутся и страдают и отходят бесследно, как бы предназначенные никогда не понять истину. Они живут чужою мыслию, ищут готового слова и примера, схватываются за подсказанное дело. <…> …на самом-то деле эти массы кричащих людей предназначены послужить собою лишь косным средством для того, чтоб разве единицы лишь из них приблизились сколько-нибудь к истине или по крайней мере получили бы о ней хоть предчувствие» (25; 95). «Смешной» человек выделился из толпы, попробовал искать, сам еще не понимая, что ищет, однако, сбился с пути. Но остановленный рукой маленькой дрожащей девочки и проснувшийся после необыкновенного сна он стал одним из тех, кто приблизился к истине.

Достоевский убеждает в своей статье: «…если предположить… <…> …невозможно худший исход для начавшейся теперь войны, то хоть и много вынесем скверного, уже надоевшего до смерти старого горя, но колосс все же не будет расшатан и рано ли, поздно ли, а возьмет всё свое» (25; 96). «Смешной человек» в рассказе говорит: «Уклонюсь, конечно, даже несколько раз, и буду говорить даже, может быть, чужими словами, но ненадолго: живой образ того, что я видел, будет всегда со мной и всегда меня поправит и направит» (25; 118). Призывая к освободительной войне, Достоевский уверен, что Россия просто не может проиграть, потому что на ее стороне истина.

Достоевский верит в «союз любви и братства» России с освобожденными народами. Идеал «любви и братства» писатель показал в «Сне смешного человека», на планете, еще не тронутой пороками. В «Дневнике писателя» он говорит, что эта освободительная война может стать началом «мирового общения народов», «всеобщего единства», и что «человечество... <…> …как великое и великолепное древо, осенит собою счастливую землю» (25; 100). Достоевский восклицает: «О, пускай смеются над этими ”фантастическими” словами наши теперешние ”общечеловеки” и самооплевники наши…» (25; 100). «Сон смешного человека» Достоевский назвал рассказом фантастическим, потому что в нем эти его фантастические слова вылились в образ истины.


Позже, в своей Пушкинской речи, Достоевский скажет: «…стать настоящим русским и будет именно значить: стремиться внести примирение в европейские противоречия уже окончательно, указать исход европейской тоске в своей русской душе, всечеловечной и воссоединяющей, вместить в нее с братскою любовию всех наших братьев, а в конце концов, может быть, и изречь окончательное слово великой, общей гармонии, братского окончательного согласия всех племен по Христову евангельскому закону! Знаю, слишком знаю, что слова мои могут показаться восторженными, преувеличенными и фантастическими» (26; 148). Эти фантастические слова и есть истина, истинное счастье, к которому должны стремиться люди и которое показывает нам Достоевский в своем фантастическом рассказе «Сон смешного человека».


1 Здесь и далее все ссылки на произведения Достоевского даются по изданию: Достоевский Ф. М. Полное собрание сочинений в 30 т. Л., 1972-1990. В скобках после цитаты указаны номер тома и страница.