litceysel.ru
добавить свой файл
1 2 ... 48 49
КЛОД ЛЕВИ-СТРОС.


СТРУКТУРНАЯ АНТРОПОЛОГИЯ


ПРЕДИСЛОВИЕ К ФРАНЦУЗСКОМУ ИЗДАНИЮ


Глава I. ВВЕДЕНИЕ: ИСТОРИЯ И ЭТНОЛОГИЯ*


ЯЗЫК И РОДСТВО


Глава II. СТРУКТУРНЫЙ АНАЛИЗ В ЛИНГВИСТИКЕ И АНТРОПОЛОГИИ*


Рис. 1


Рис. 2



Глава III. ЯЗЫК И ОБЩЕСТВО*


Глава IV. ЛИНГВИСТИКА И АНТРОПОЛОГИЯ*


Рис. 3.


Глава V ПОСЛЕСЛОВИЕ К ГЛАВАМ III И IV*


СОЦИАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ


Глава VI. ПОНЯТИЕ АРХАИЗМА В ЭТНОЛОГИИ*


Глава VII. СОЦИАЛЬНЫЕ СТРУКТУРЫ В ЦЕНТРАЛЬНОЙ И ВОСТОЧНОЙ БРАЗИЛИИ*


Рис. 4


Рис. 5


Глава VIII. СУЩЕСТВУЮТ ЛИ ДУАЛЬНЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ?*


Рис. 6. План селения виннебаго по сведениям информантов половины Верха (по Радину).


Рис. 7. План селения виннебаго по сведениям информантов половины Низа (по Радину).


Рис. 8. План деревни Омаракана (по Малиновскому).


Рис. 9. План селения бороро (по К. Альбисетти).


Рис. 10. Переход от концентрической структуры к диаметральной.


Рис. 11. План селения тимбира (по К. Нимуендажу).


Рис. 12. Изображение на прямой линии диаметральной структуры (слева) и концентрической (справа).


Рис. 13. Схема социальной структуры виннебаго


Рис. 14. Схема социальной структуры индонезийского типа


Рис. 15. Схема социальной структуры бороро


МАГИЯ И РЕЛИГИЯ

Глава IX. КОЛДУН И ЕГО МАГИЯ*



Глава X. ЭФФЕКТИВНОСТЬ СИМВОЛОВ*


Глава XI. СТРУКТУРА МИФОВ*


Рис. 16


Глава XII. СТРУКТУРА И ДИАЛЕКТИКА*


ИСКУССТВО


Глава XIII. СИММЕТРИЧНО РАЗВЕРНУТЫЕ ИЗОБРАЖЕНИЯ В ИСКУССТВЕ АЗИИ И АМЕРИКИ*


Илл. I (слева).


Илл. II (справа).


Илл. III.


Илл. IV—V. Женщины из племени кадувео с разрисованными лицами. 1935 год


Илл. VI. Женщина из племени кадувео, роспись лица, 1892 год.


Илл. VII. Роспись лица вождя из племени маори, XIX век.


Рис. 17. Хайда. Рисунок с изображением медведя (по Ф. Боасу).


Рис. 18. Слева: цимшиан. Рисунок на фасаде дома, изображающий медведя.


Рис. 19. Бронза, обнаруженная около Аньяна (Китай).


Рис. 20. Кадувео. Мотив росписи в фас, выполненный женщиной-туземкой на листе бумаги (коллекция автора).


Илл. VIII. Рисунок, сделанный женщиной из племени кадувео, 1935 год.


Рис. 21. Квакиютль. Роспись на фасаде дома, изображающая дельфина-касатку (по Ф. Боасу).


Илл. IX. Тики из нефрита с тем же трехмерным изображением лица.


Илл. X (слева).


Илл. XI (справа).


Илл. XII. Образцы татуировки у маори, деревянная скульптура, конец XIX века.


Илл. XIII. Скульптура на дереве, маори, XVIII или XIX век.


Глава XIV. ЗМЕЯ С ТУЛОВИЩЕМ, НАПОЛНЕННЫМ РЫБАМИ*


Рис. 22. Украшение на вазе из Наска.

Рис. 23. Ваза из Пакасмайо (по Басслеру).



ПРОБЛЕМЫ МЕТОДА ИССЛЕДОВАНИЙ И ПРЕПОДАВАНИЯ АНТРОПОЛОГИИ


Глава XV. ПОНЯТИЕ СТРУКТУРЫ В ЭТНОЛОГИИ*


I. ОПРЕДЕЛЕНИЕ И ПРОБЛЕМЫ МЕТОДА


а) Наблюдение и эксперимент


б) Осознанное и бессознательное


в) Структура и измерение


II. СОЦИАЛЬНАЯ МОРФОЛОГИЯ ИЛИ ГРУППОВЫЕ СТРУКТУРЫ


III. СОЦИАЛЬНАЯ СТАТИКА ИЛИ СТРУКТУРЫ КОММУНИКАЦИИ


IV. СОЦИАЛЬНАЯ ДИНАМИКА: СУБОРДИНАЦИЯ СТРУКТУР


а) Порядок элементов (индивидов или групп) в социальной структуре


б) Порядок порядков


Глава XVI. ПОСЛЕСЛОВИЕ К ГЛАВЕ XV*


Глава XVII . МЕСТО АНТРОПОЛОГИИ СРЕДИ СОЦИАЛЬНЫХ НАУК И ПРОБЛЕМЫ, ВОЗНИКАЮЩИЕ ПРИ ЕЕ ПРЕПОДАВАНИИ*


ПРЕДМЕТ ДАННОГО ИССЛЕДОВАНИЯ


Взгляд на современное положение


Разрозненные кафедры


Отделения


Школы или институты


ПРОБЛЕМА ФИЗИЧЕСКОЙ АНТРОПОЛОГИИ


ЭТНОГРАФИЯ, ЭТНОЛОГИЯ, АНТРОПОЛОГИЯ


СОЦИАЛЬНАЯ АНТРОПОЛОГИЯ И КУЛЬТУРНАЯ АНТРОПОЛОГИЯ


АНТРОПОЛОГИЯ И ФОЛЬКЛОР


АНТРОПОЛОГИЯ И СОЦИАЛЬНЫЕ НАУКИ


ЗАДАЧИ, СТОЯЩИЕ ПЕРЕД АНТРОПОЛОГИЕЙ


Объективность


Целостность


Значение


КРИТЕРИЙ НЕПОСРЕДСТВЕННОСТИ


ОРГАНИЗАЦИЯ АНТРОПОЛОГИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ


ПРЕПОДАВАНИЕ И ИССЛЕДОВАНИЕ

Подготовка преподавателей



Практические работы


Стажировка


Антропологические музеи


ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ И ПРИКЛАДНАЯ АНТРОПОЛОГИЯ


ПРИМЕЧАНИЯ


СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ


Постскриптум к переизданию «Структурной антропологии» Клода Леви-Строса


Добавления к библиографии


СПИСОК ИЛЛЮСТРАЦИЙ


ОГЛАВЛЕНИЕ


ПСИХОЛОГИЯ БЕЗ ГРАНИЦ


КЛОД ЛЕВИ-СТРОСС


СТРУКТУРНАЯ АНТРОПОЛОГИЯ


МОСКВА


ЭКСМО-ПРЕСС


2001


ББК87 Л 36


Claude LÈVI-STRAUSS ANTROPOLOGIE STRUCTURALE


Перевод с французского под редакцией и с примечаниями Вяч. Вс. Иванова


Серийное оформление художника Д. Сазонова Серия основана в 2001 году


Леви-Строс К.


Л 36 Структурная антропология / Пер. с фр. Вяч. Вс. Иванова. — М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2001. — 512 с. (Серия «Психология без границ»).


ISBN 5-04-008349-1


Эта книга из числа тех, которые, будучи написанными талантливыми и разносторонне образованными людьми, вызывают широкий резонанс и интерес далеко за пределами того научного направления, в русле которого созданы. Произведение известного этнографа и философа Клода Леви-Строса изучают и анализируют не только коллеги по цеху, но и социологи, лингвисты, психологи, литературоведы. Его имя ставят в один ряд с такими выдающимися мыслителями, как Фрейд, Камю, Хомской, и относят к ряду «властителей дум современности». Он популярен не только в научных кругах, но и в мире искусства.

Для широкого круга специалистов в области гуманитарных наук, преподавателей и студентов высших учебных заведений, всех, интересующихся вопросами человекознания.



ББК87


© Иванов Вяч. Вс. Перевод. © Оформление. ЗАО «Издательство ISBN 5-04-008349-1 «ЭКСМО-Пресс», 2001


ПРЕДИСЛОВИЕ К ФРАНЦУЗСКОМУ ИЗДАНИЮ

В недавно опубликованной статье Жана Пуйона1* есть фраза, которую я позволю себе привести в начале этой книги, поскольку в ней прекрасно выражено все то, что я хотел осуществить, хотя и часто сомневаюсь в том, что мне это удалось: «Леви-Строс, конечно, не первый и не единственный, кто обратил внимание на структурный характер социальных явлений; однако ему принадлежит первенство в серьезном отношении к этому вопросу, что и позволило ему сделать из этой мысли все вытекающие из нее выводы» [726, с. 158].


Я был бы счастлив, если читатели книги разделили бы это мнение.


Здесь представлены семнадцать из тех нескольких сотен работ, которые были написаны мной почти за тридцать лет. Некоторые из них утеряны; другие вполне достойны забвения. Я отобрал те из них, которые показались мне наиболее достойными, отложив в сторону имеющие чисто этнографический и описательный характер, а также теоретические труды, суть которых изложена в моей книге «Печальные тропики»2 [517]. Две работы публикуются здесь впервые (гл. V и XVI); они присоединены к остальным пятнадцати главам, посвященным структурному методу в антропологии.


При подготовке данного сборника я столкнулся с трудностью, на которую мне хотелось бы обратить внимание читателя. Многие из моих статей были написаны на английском языке и нуждались в переводе. В ходе работы я сам был поражен тем, насколько различны стиль и порядок изложения в статьях на том или другом языке. Я боюсь, что это об-


* Примечания редактора, помеченные арабскими цифрами, помещены после перевода.


5


стоятельство может нарушить цельность впечатления от сборника.

Это различие, разумеется, отчасти объясняется социологическими причинами: при обращении к французскому или англосаксонскому читателю изменяются как образ мышления, так и манера изложения мыслей. Но существуют также и причины личного свойства. Как ни велика моя привычка к английскому языку, на котором я преподавал в течение нескольких лет, я пользуюсь им не вполне безупречно и свободно. Я думаю по-английски, когда пишу на этом языке, но иногда, сам себе не отдавая в том отчета, излагаю не то, что хочу сказать, а то, что могу в пределах своих языковых возможностей. Отсюда и то странное чувство, которое я испытываю при попытке перевода своих собственных работ на французский язык. Я счел необходимым изложить все это потому, что читатель может испытать такое же чувство неудовлетворенности.



Я попытался устранить это затруднение с помощью очень свободного перевода, резюмируя одни абзацы и развивая другие. Французские статьи были тоже несколько переработаны. И наконец, я внес кое-где примечания, отвечая на критические замечания, исправляя ошибки или принимая во внимание новые данные.


Париж, 1 ноября 1957г.


6


Глава I. ВВЕДЕНИЕ: ИСТОРИЯ И ЭТНОЛОГИЯ*

Более полувека прошло с тех пор, как Хаузер3 и Симиан изложили и противопоставили основные принципы и методы, характерные, с их точки зрения, для истории и социологии. Напомним, что главные различия между этими науками заключались в том, что метод, которым пользуется в основном социология, — метод сравнительный, а в истории принят монографический и функциональный метод [341; 788]. Оба автора, единодушно признавая подобное противопоставление, расходятся лишь в оценке значимости каждого из этих методов.


Что же изменилось за это время? Следует отметить, что история ставила перед собой скромные, но вполне определенные задачи, которые она с успехом разрешила. Для истории вопрос о принципах и методах больше не стоит. В отношении социологии дело обстоит иначе, и было бы неверно отрицать ее развитие. Мы займемся здесь, в частности, такими ее разделами, как этнография и этнология, давшими за последние тридцать лет богатые всходы в виде теоретических и описательных научных работ; правда, это достигнуто ценой конфликтов, разногласий и ошибок, за которыми угадывается перенесенный в область этнологии традиционный спор (насколько более откровенный в такой форме!) о противопоставлении всей социологии (и этнологии) в целом другой дисциплине — истории, рассматриваемой тоже во всей ее со-аокупности. В дальнейшем окажется, что, как ни парадоксально, основной тезис историков будет буквально подхвачен теми из этнологов, кто считает себя противниками исторического метода. Подобное положение нельзя было бы понять

* Опубликовано ранее [см. 482].



7


без беглого изложения его причин и без введения для большей ясности предварительных определений.


В этой работе мы не будем касаться самого термина «социология», поскольку он в этом веке не объединил еще все общественные науки, о чем мечтали Дюркгейм4 и Симиан. Если рассматривать ее в том понимании, которое еще принято в ряде европейских стран, включая Францию, то эта наука, занимающаяся изучением основных принципов социальной жизни и тех идей, которых люди придерживались и придерживаются по вопросам социальной жизни, сводится к социальной философии и не имеет отношения к нашей работе. Если же в ней видеть, как это имеет место в англосаксонских странах, совокупность позитивных исследований, посвященных организации и деятельности обществ наиболее сложного типа, то социология становится особого рода этнографической дисциплиной. Однако именно из-за сложности ее предмета она не может претендовать на столь же точные и богатые результаты, какими располагает этнография и изучение которых, таким образом, представляет с точки зрения методологии гораздо более общее значение.

Остается дать определение самой этнографии и этнологии. Мы установим между ними очень общее и условное, хотя и вполне достаточное для начала исследования, различие, утверждая, что этнография занимается наблюдением и анализом человеческих групп с учетом их особенностей (часто эти группы выбираются среди тех, которые наиболее отличаются от нашей, по теоретическим и практическим соображениям, не имеющим ни малейшего отношения к существу исследования) и стремится к наиболее верному воспроизведению жизни каждой из этих групп. Этнология же занимается сравнением предоставляемых этнографом описаний (цели этого сравнения будут изложены ниже). При подобном определении этнография приобретает одно и то же значение во всех странах; этнология же соответствует приблизительно тому, что в англосаксонских странах (где этот термин малоупотребителен) понимается как социальная и культурная антропология (социальная антропология занимается по большей части изучением социальных установлений, рассматриваемых как системы представлений, а культурная антропология — исследованием средств, обслуживающих социальную



8


жизнь общества, а в известных случаях также социальных установлений, рассматриваемых как такие средства). Наконец, само собой разумеется, что если когда-либо удастся обобщить результаты объективного исследования сложных и так называемых первобытных обществ, позволяющие сделать выводы, универсальные с диахронической или синхронической точки зрения, то социология, достигнув тогда своего реального осуществления, автоматически утратит свое первоначальное содержание, отмеченное нами ранее, и займет по праву положение, к которому она всегда стремилась, увенчивая собой результаты социальных исследований. Мы еще не достигли этого.


Таким образом, проблему отношений между этнологическими науками и историей, обнаруживающую их внутреннее противоречие, можно сформулировать так: либо эти науки рассматривают явления в их диахроническом измерении, т. е. в их временной последовательности, и оказываются неспособными создавать на их основе историю, либо они пытаются пользоваться теми же методами, что и история, и в этом случае от них будет ускользать их измерение во времени. Попытка воссоздания прошлого, оказывающаяся бессильной подняться до истории, или желание построить историю настоящего без прошлого, внутреннее противоречие в этнологии в одном случае и в этнографии — в другом — такова, во всяком случае, дилемма, с которой эти науки, видимо, слишком часто сталкиваются по мере своего развития за последние пятьдесят лет.



следующая страница >>